Лирей. Сердце волка

Размер шрифта: - +

Глава 6.4

Я с негодованием вырвала руку, и отвернулась, ощущая, как теплая волна вновь завладевает всем существом.

- Эя, слышишь меня, маленькая? Я никогда, слышишь, никогда не причинил бы и не причиню тебе боли, не обману тебя, - проговорил он, разворачивая меня к себе.

А как же случай за стеной замка? – чуть было не спросила я, вспомнив о Миле. Но промолчала.

- Ты веришь мне, Эя?

Андре взял меня за подбородок, поднимая лицо к себе, и заглянул в глаза. Я потупилась.

- Верю, - пробормотала я. – Забери медальон. Смотреть не буду.

- Посмотри, - сказал он настойчиво.

- Не буду.

- Ты очаровательна, когда злишься! Я, кажется, говорил тебе это. Но еще краше ты, когда ревнуешь. Я и не думал, что в моей маленькой Эе кипят такие страсти! Я счастлив, Эя!

- Я ревную?! – возмутилась я, ощущая, как сердце вот-вот выпрыгнет из груди. – И не думала!

- Ревнуешь-ревнуешь, моя маленькая страстная львица…

- И не думала! – воскликнула я. – Хочешь, чтобы я посмотрела? Вот, пожалуйста, пф-ф…

Я поддела замок ногтем, стараясь, чтобы руки не дрожали и не выдали меня. Ну, вот за что он так со мной? Но я покажу, что леди умеет держать лицо… Я докажу…

В следующий миг леди взвизгнула и подпрыгнула на сиденье.

Медальон Андре раскрылся, распавшись на две овальные половинки.

С одной на меня смотрит детская мордашка с пухло-малиновыми щеками. Огненные локоны выбиваются из-под чепца.

Со второй – моя миниатюра на фоне золотистого поля. На мне светло-коричневое платье с голубыми вставками спереди. Рукава длинные, но плечи открыты. Я стою боком, повернула голову на длинной тонкой шее. Волосы распущены, локоны огненным каскадом струятся по спине. Этот портрет писали прошлым летом, мама заказала для семейной галереи. Но как его миниатюра оказалась у Андре?

- Я с тетей Иолантой в переписке, - пояснил Андре, стоило мне поднять на него глаза. – Попросил ее заказать для меня миниатюру…

- Мама ничего мне не говорила, - пробормотала я.

Положила голову на плечо Андре, подняла медальон к глазам – на семейных портретах я намного лучше, чем в жизни.

Андре снова словно прочитал мои мысли.

- Ни одно перо не способно передать твоей красоты, моя маленькая Эя. Но эти портреты – все, что у меня было. До вчерашнего вечера.

Он сжал меня за плечи, прижимая к себе. И мне так хорошо-хорошо стало. Надо же, какая я глупая. Он ведь говорил, что всегда любил только меня. Что заставило меня снова усомниться в нем?



Диана Хант

Отредактировано: 13.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться