Лирей. Сердце волка

Размер шрифта: - +

Глава 26.4

- Лирей! - торжественно возвестила Вилла, словно глашатай на площади. – Твое право не присутствовать на ранних этапах боев, но на завершающем быть ты обязана.

Я настойчиво, прямо с жаром, возразила, что я никому ничем не обязана и тем более не обязана участвовать во всем этом.

Женщины морщили лбы, хмурили брови, пытались что-то патетически восклицать, чтобы вразумить меня, точь-в-точь гранд-дамы на приеме в замке Ньюэйгрин, или на балу в королевском дворце… только практически голые, в коротких кожаных юбках и звериных шкурах, наброшенных на плечи. Оружия в священных землях никто не носит.

Но Вилла и Лил, которые знали меня лучше, не стали тратить время на патетику, а просто подхватили под руки, и, слегка пригладив волосы, буквально вынесли из шатра.

Стоило нам покинуть шатер, как пространство взорвалось приветственными криками, воем, улюлюканьем, визгом и просто воплями.

Оказавшись под сотнями пристальных глаз, я задергалась и в полный голос потребовала, чтобы меня поставили на ноги и дали идти самой. Все равно в этом гаме можно было хоть орать, никто ничего не разберет.

Шагая сквозь расступающуюся толпу к площади, на которой идут бои, я подумала, что это, по сути, и есть мой дебют, что-то вроде первого бала во дворце. То, что он также и последний, лишь усугубляло его значимость.

Вспомнила Виталину и Микаэлу в качестве дебютанток – кринолиновые платья, отделка жемчугом и золотой парчой, черепаховые гребни в высоких прическах, несколько локонов спускается вдоль длинных изящных шей. Видели бы сестры меня – серая бесформенная туника до середины бедра, голые, успевшие загореть, ноги, огненно-рыжие волосы распущены, опоясывают мою щуплую фигурку до едва угадываемого под туникой изгиба бедер.

Виталина наверняка бы наморщила нос и скривилась, а Микаэла сочувствующе покачала головой.

Впрочем, даже сейчас есть у меня кое-что, чего никогда не было и никогда не будет у сестер.

По крайней мере, в таких количествах.

Внимание.

Сотни карих, желтых, красных, как сверкающие угли глаз.

Мужчины, женщины – все пялились на меня, бесцеремонно ощупывали глазами, так, что я лишний раз ощутила беспомощность своей наготы. Впрочем, тут пройдешься в шляпе с перьями, плаще и карнавальной маске, и то ощутишь себя голой. Но я-то Виталину знаю: она и здесь нашла бы, чему позавидовать.

К площади, на которой велись бои, мы шли, минуя ряд похожих на наш шалашей, мимо каких-то каменных глыб, врытых в землю, спускались по пологой дороге и снова поднимались, пока не оказались на чем-то среднем между ареной, амфитеатром и городской площадью. Толпа, окружающая круг с небольшими бортиками, восторженно заорала, стоило нам появиться. Чего мне только стоило не прижать ладони к ушам… Для меня самой было загадкой, как я смогла пройти с ровной спиной, с гордо вздернутым подбородком.

Разглядывая огромные тела, с широкими плечами, жилистыми руками, мускулистыми ногами, вдыхая запах пота, мускуса и леса, я подумала, что вряд ли переживу сегодняшнюю ночь.

Меня усадили на высокий, укрытый шкурами каменный выступ, остальные остались стоять.

С одной стороны от меня встала Вилла, с другой – одна из прибывших с ней женщин. Я уже поняла, что это левые лапы, иначе говоря, главные гранд-дамы стай. Почему тогда их всего лишь четверо, подумала я, но додумать не успела.

Раздалось знакомое сопение, фырканье, кряхтенье, и стоявшую по правую сторону от меня гранд-волчицу оттеснила взлохмаченная Лил.

- Я по закону, советом матерей, - клацнула она белоснежными зубами в ответ на приглушенное, угрожающее рычание. – Я должна быть при ней!

Отчего-то это подействовало, а может, с Лил просто не захотели связываться.

Впрочем, неизвестно сколько бы они препирались и чем бы все это кончилось, если бы на площадь не вышла восьмерка победителей, и рев толпы, звонко отразившись от небес, покатился тяжелой волной над землей.



Диана Хант

Отредактировано: 13.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться