Литератор

Размер шрифта: - +

Лёгкий поцелуй Темноты, оставленный на щеке|Глава 6

— Если я тебе скажу, что попросту эксплуатирую тебя, что ты ответишь на это?

— Спасибо. 

_____________________ 

 

©Литератор 

 

 

Из обрывков бреда его вырвал настойчивый звонок в дверь. Противный звук на высоких нотах, будто бы молотком разбивающий на части голову, сначала пытался быть заглушен подушкой, прижатой к ушам, но все попытки пошли прахом, и литератору всё-таки пришлось с неимоверным трудом приподняться с кровати, после чего он, конечно же, сразу упал обратно. Но вечно трезвонящий механизм был неумолим и лишь громче, как тогда показалось мужчине, начинал звонить, разрезая воздух и несчатный слух больного. 

 

Замолкла эта фурия, лишь когда ей в ответ заскрипела дверь, впускающая в апартаменты запах сырости и уличной грязи, чернозёма, а вместе с тем чего-то сладкого и тягучего, будто бы смутно знакомого. 

 

— Кого нелёгкая принесла по мою душу..? — прохрипел литератор, поднимая взгляд сонных глаз с полоповшимися капиллярами на новоприбывшего гостя... гостью. — Вы тут как оказались? 

 

Вопрос сорвался с языка быстрее, чем брюнет успел это осознать. В некоторой мере смущённый своей несдержанностью, литератор глухо откашлялся и уже более серьёзно взглянул на замеревшую в дверном проёме шатенку, чьё лицо, как показалось мужчине, выражало крайнюю степень взволнованности и нервозности, о чем говорили искусанные до крови губы и натянутая нервная улыбка. 

 

— Вы не пришли на презентацию, я волновалась о вас. 

 

Ей очень шли рыжие кудри, но она никогда не любила свой цвет волос... 

 

— Извините, я войду? — тихий вопрос, слетевший с уст юной обладательницы медовых глаз, растворился в мраке лестничной клетки. 

 

Ответ не потребовался: мужчина лишь сделал шаг в сторону и подтолкнул дверь, которая, издав ещё более отчаянный скрип, чем в прошлый раз, медленно раскрылась перед шатенкой, как бы приглашая её вовнутрь. Девушка неуверенно перешагнула порог квартиры, чудом не запнувшись о высокий порог. 

 

Рука скользнула по стене в поисках выключателя, но безрезультатно, пришлось положиться исключительно на интуицию, пока зрение адаптировалось к темноте комнат, что позже уже позволило разглядеть некоторые элементы декора. Углубляясь в квартиру, девушка для себя подметила, что уж больно тут всё замершее, будто бы лишённое жизни, как давно заброшенный кем-то дом, где даже время течёт немного иначе, нежели за его пределами. 

 

Вдруг что-то шевельнулось в темноте, двинулась какая-то тень, и удивлённому взгляду шатенки представился большой белый кот. Густая шерсть свисала с его тела равномерным потоком, обволакивая его и делая похожим чем-то на небольшой пуфик. Но грациозности этому животному явно было не занимать. В несколько ловких скачков этот пушистый зверь преодолел пространство коридора и прошмыгнул в одну из комнат, напоследок вильнув хвостом, поднимая в воздух слой шерсти, покоившейся на полу. 

 

Казалось, мужчину совсем не смущало присутствие посторонней у него дома, будто бы так и должно было быть, и никак иначе. А ведь действительно... Что, если этому следовало произойти? Возможно, в какой-то момент Судьба просто решила забросить все свои попытки сделать эту жизнь хоть более-менее интересной и пойти по банальному сценарию старых черновиков. Или же причиной был необдуманный поступок затуманенного сознания литератора, когда тем вечером он, будучи почти в бреду, сам не понимая зачем, согласился на очередную встречу с этой юной особой и слабой рукой написал на бумажной салфетке свой телефон да адрес. Сие казалось теперь ему странным, но тогда... Тогда мужчина просто не осознавал, что творит. 

 

Знакомые черты лица, тонкая лебединая шея и рыжие кудри, вьющиеся от природы; этот взгляд, полный какой-то светлой тоски. Он видел её снова и, зачарованный, уже не мог себе сопротивляться. 

 

Всё произошло так быстро и нелепо, когда имя слетело с уст, а уставшие глаза с горечью взглянули на обладательницу карамельных глаз; та лишь непонимающе посмотрела на литератора, как ей казалось, пропустившего мимо ушей всё то, что она ему говорила. Сердце дрогнуло, и внутри разлился неприятный липкий холод, из-за чего девушка невольно передёрнула плечами. 

 

И вот теперь, когда мужчина с трудом опустился на кушетку, он, хотя и не подавал почти никаких внешних признаков, показался юной особе очень уставшим. Если присмотреться, можно было увидеть болезненную бледность лица, будто бы постаревшего за последние несколько дней на добрый десяток лет. Литератор сидел, откинувшись на холодную кожаную спинку дивана, закрыв уставшие глаза, которые резал любой источник света, и тяжело дыша. Грудная клетка высоко вздымалась и резко опускалась, в комнате катастрофически не хватало воздуха. Быть может, в этом виновато отсутвие любых домашних растений и высокий этаж или вечно закрытые и занавешенные окна. Но именно в эту минуту романист впервые ощутил эту потребность свежего кислорода. Голова, будто налитая свинцом, казалась очень тяжёлой, при этом возникло ощущение, что кто-то её сдавливает руками. Сердце болезненно закололо, и его удары стали ещё тяжелее. Они выбивали последние силы из почти неподвижного тела. В висках почувствовалась ноющая боль, а вдыхаемый воздух казался слишком густым, каждый вздох давался с трудом. Наконец появилось слабое головокружение, в продолжение которого мужчина уже начал терять границу меж реальностями и тихо проваливаться в бессознание, но тут он ощутил на своём лбу едва заметное прикосновение, которое запросто можно было списать на больной рассудок, запертый в душной духовой печи и забытый неряшливой хозяйкой. Но голос, прозвучавший совсем рядом, заставил литератора всё же усомниться в промыслах собственной уставшей фантазии, мечущейся в агонии. 



Кузьмина Татьяна

Отредактировано: 14.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться