Ломбард Проклятых душ. Четвертая часть. Сибирская баллада

Размер шрифта: - +

Глава 50. Ничто не может ранить сильнее

       Тем временем Гуля, выйдя с больничного, решила вернуться домой.

А подвиг больную на это, ещё когда она лежала в стационаре, утренний звонок от Моти Гончаровой, соседки-товарки Зухры Никитичны, которая замещала сейчас гардеробщицу и лакея, пока те болели. Постоянная лакей тут же испугалась, что это новенькая выживет её и Стешу, что хозяйка хачапурной их уволит и возьмёт подружку. В больнице, где лечилась, у Гульнары имелся блат в лице кузена-главврача, который положил сестру к себе в отделение. И сейчас она попросила родственника дать ей выписку. На другой же день девушка вернулась в столицу и сразу же поехала навестить Стешу.

Морозову тоже собирались выписывать со дня на день, и пациентка пребывала в прекрасном расположении духа. Тем более они с Араиком часто созванивались. Девушка очень обрадовалась подруге. Гуля тоже обрадовалась.  Но когда прошла в палату и села на стул рядом с кроватью больной, то счастливую улыбку сменило серьёзное выражение лица. Степанида сразу заметила, что что-то не то, и попросила подругу «колоться и всё выкладывать». Девушка не дала себя долго уговаривать, сразу же «раскололась» и сразу же «выложила»:

−    Мне звонила Женщина, которая, пока мы на больничных, нас замещала. Скажу тебе, что голос у неё хотя и вежливый, но заинтересованный. Мне кажется, ей понравилось работать у подруги, и она пыталась мягко выведать у меня, собираемся ли мы возвращаться.

−    Ну, ничего себе, - Морозова свободной от капельницы рукой почесала затылок. - Я вообще-то не хотела увольняться. И где я так быстро новое место найду? И что же теперь делать?

−    А ничего пока. Я сразу же попросила врачей меня выписать. Ты тоже скоро выпишешься. Пока ты ещё тут, я за тебя словечко замолвлю. Я тоже увольняться не хочу. В принципе работа там не пыльная, и зарплата меня устраивает. Для лакея очень даже ничего. В других местах платят лакеям меньше. Разве что в дорогих отелях в центре города зарплата выше, но там и требования выше. Там этикет, например, надо знать, и нервы железные иметь, и на ногах весь день, а тут у меня стул есть. И вообще тут мне нравится.

−    Да, какой бы Зухра Никитична ни была тёткой, но начальница она вот, - Стеша показала большой палец. - Она Араика, конечно, терпеть не может, но меня всегда поддерживала и под…

−    Стеш, - неожиданно прервала подругу Гуля, - может, хватит его проблемы решать? Чать не маленький! Ему восемнадцать весной исполнится.

−    Но он мой – близкий человек, в конце концов, он был моим женихом.

−    И чего он за тебя не пошёл? Знаю-знаю, Аглашка заставила, но сколько времени прошло между тем как его Аглашка заставила, и как ты ему предложение сделала?! Я помню, ты показывала мне обручальное кольцо, которое ему купила. Ещё тогда Чарльз обозлился, и я сделала вид, что это моё кольцо для какого-то моего жениха. Ну, а после-то вы больше и ничего и не сделали, чтобы жениться. К Торжеству Бытавухи не готовились. Костюмы не шили, лимузины не искали, кафе-рестораны для банкета не заказывали, приглашения не рассылали, у тебя даже девичника не было. Стеш, что ты вообще сделала, чтобы с Араиком быть-то?! Не так, значит, он тебе и нужен! Значит, переставай, давай его проблемами заниматься. Он, тебе, муж, что ли? Нет! Не жених, и не парень давно!

 

Морозовой слова подруги не понравились, но почему-то признала, что та права. Гульнара ведь не знала, что она и Араик только претворялись парой… А потом…? Потом Стеша сама запуталась: влюбилась ли в юношу на самом деле, или нет… И тут неожиданно пришло озарение:

 

−    Ну, ему всего семнадцать! Потому ещё и не готовились! Кто у нас заявление в ЗАГС примет? - объяснила Стеша.

 

Гуля немного помолчала, задумавшись, но всё-таки нашла себе объяснение и парировала, заявив, что всё равно дел, помимо заявления в ЗАГС, перед Торжеством Бытавухи полно. Например, Морозова могла бы искать квартирку для съёма, чтобы отдельно жить, деньги на костюм порядочный копить. Да и заявление в ЗАГС отлично было бы подать за столько месяцев. Наверняка, там «красивые» даты можно было бы занять. День Валентина, День Рождения какой-то великого человека, например, или День Победы над Старым Укладом.

−    Но вы же ничего не делали! Обжимались по углам только! Ты не баба, что ли?! Если бабе надо, то она будет со своим женихом, найдёт способ!

−    Ага, - угрюмо и обидчиво ответила Стеша и улыбнулась горько, с самоироничным сарказмом: - «Была» я с женихом со своим. С Димой. У меня было их два, ни с одним ничего не вышло. Значит, баба из меня никакущая! Правильно Стрижевые про меня говорили!

И тут Гуля словно бы вспомнила, что хотела что-то спросить, и услышав фамилию известных шоуменов, сказала:

 

−    Кстати, о Стрижевых!

−    А что о них? – грустно подняла глаза Степанида.

 

И подруга спросила, до сих пор ли у них Араик, нравится ли парню там, и вообще какие у них планы.  Морозова лишь пожала плечами, ответив, что каждый день созванивается с юношей, что поддерживают друг друга морально, но о планах этих двоих ни ей, ни ему ничего не известно. Стрижевые водят опекаемого по врачам. Два раза показания снимали, а потом к психотерапевту несколько раз на беседу возили. Стеша сказала, что, вот выпишется, заберёт Араика к себе.

 

−    Может, пора твоему «подкрылышу» из-под крыла вылетать? – однако же Гуля подругу в этом решении не поддержала. - Хватит его проблемами заниматься. Ты, чего, нанималась? Я верю, что ты любишь Араика. Я это понимаю, но то, почему ты Тюльпановой дала клятву отстать от Димы, не могу понять. Ты, что же, надеялась к бывшему вернуться когда-нибудь? А зачем? Впрочем, не важно! Стеш, - голос девушки стал мягким участливым, Гульнара накрыла ладонью руку подруги и взглянула в её глаза, - ты это, не подумай что-то... Я ведь стараюсь ради тебя, беспокоюсь. Ты ведь хотела в ПТУ поступить, потом высшее получить. Тебе двадцать два года будет. В это время многие уже на последних курсах в высшках учатся. А у тебя девять классов. Сколько ещё Араик будет тебя мучить? Хватит, может, уже? Пусть сам свои проблемы решает! Ты из-за него время теряешь, а могла бы готовиться к поступлению, ты из-за него в больницу угодила… И раз клялась Тюльпановой отстать от Димы, значит, всё ещё не отпустила Криленкова в душе, а из-за Араика теперь тебе придётся забыть его навсегда.



Maria Shmatchenko

Отредактировано: 29.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться