Ловушка для Котенка

Размер шрифта: - +

Глава 18

Получив новый работающий браслет с моими данными, а также ТПТ-устройство, я наведалась к ближайшему автомату с водой. Мне давно уже хотелось пить, и сильно, поэтому, получив вожделенную бутылочку чистой, восхитительно холодной воды, я с наслаждением напилась. Только после шатания в джунглях осознаешь, каким удовольствием может быть обычная чистая вода… Напившись, я пошла к своему жилому модулю, надеясь, что не встречу знакомых – мне было не до разговоров и объяснений, хотелось какое-то время побыть одной и прийти в себя.

Мне повезло, и по пути к своему модулю и комнате я никого из знакомцев не встретила. Открыв дверь, я вошла в комнатушку. Все, как обычно: на тумбочке Джуди в беспорядке навалены какие-то безделушки, на ее кровати – смятый порванный комбинезон, на полу – крошки и масляный развод. Моя милая соседка, вероятно, на генетическом уровне имеет расположенность к беспорядку.

Улыбнувшись, я подошла к панели, которая скрывала от любопытных глаз Джуди и ее загребущих рук мои вещи, и, поднеся браслет к датчику, получила к ним доступ. Панель отъехала в сторону, открывая мои богатства – дорогие костюмы, обувь, еще более дорогое нижнее белье, кое-какую косметику, личный планшет и прочие мелочи.

Я задумчиво окинула взглядом свою одежду.

Строгое нижнее белье. Белый брючный костюм. Черный брючный костюм. Повседневный, сдержанного серого цвета брючный костюм. Спортивный костюм. Одно платье до колен. Туфли без каблуков. Туфли с каблуками. Несколько эластичных лент для волос…

Подумать только: ни одной легкомысленной вещицы, ничего экстравагантного или яркого, всего одно платье, да и то делового стиля. Такой гардероб мог быть и у женщины, разменявшей седьмую сотню лет… Интересно, сколько лет прибавляли мне эти вещи? Определенно, с длинными волосами, убранными в тугую косу или хвост, с неброским макияжем и в этих закрытых костюмах, я казалась старше, уверенной в себе женщиной, и мне нравилось чувствовать себя таковой.

Я медленно подошла к зеркалу, единственному в комнате, и всмотрелась в свое отражение. От уверенной в себе женщины ничего не осталось: я опустилась до девчонки, у которой ни в чем нет уверенности. Да еще и эти волосы…

Мне впервые выдалась возможность как следует оценить свою, с позволения сказать, стрижку. Локен обкорнал меня камнем с острым краем, и обрезанные концы волос выглядели соответствующе. Я выглядела, как жертва слепого парикмахера; самые длинные пряди едва достигали плеч… Такие даже лентой для волос не собрать!

С этим нужно что-то делать. Вряд ли на станции есть мастера парикмахерского искусства, поэтому рассчитывать мне придется только на себя (не на мисс Козловски же!). Я вернулась к своим вещам и взяла расческу. Инструментов для стрижки у меня, конечно, не было, зато имелся нож с хорошо заточенным лезвием. Я носила нож в сумке не потому, что мне было нужно оружие, а по традиции. Покидая планету рождения, принято брать с собой что-то, связывающее с Родом.

В семнадцать-двадцать пять лет центавриане становятся совершеннолетними и получают в дар оружие от Главы Рода, или, если семья не имеет статуса Рода, от самого старшего члена семьи. Как правило, это нож, стилет, кинжал с гравировкой-пожеланием или девизом Рода. На моем ноже пожелания или девиза не было, только узор, в котором при усердном разглядывании можно было угадать кошачьи очертания. Вот он и пригодился мне…

Я расчесала волосы и мысленно представила, как можно улучшить ситуацию. Добиться прямого среза не получится. Решив срезать понемногу, я взяла в одну руку нож, другой вытянула  прядку и, вздохнув, начала работу…

Я долго крутилась возле зеркала и так, и эдак, отрезая понемногу, и замирала, когда получалось отрезать слишком много. Я сама не знала, чего хочу, и действовала по простому принципу – отрезать все неровное и придать волосам максимально аккуратный вид. Оказалось, что максимально аккуратный вид гарантирует только очень короткая стрижка. Единственное, что я не стала трогать, это несколько прядей у лица – они красиво смотрелись и так. Попыхтев еще немного, я добилась того, что перестала выглядеть жертвой слепого парикмахера и стала выглядеть, как жертва косого парикмахера. А это все же лучше!

Закончив со стрижкой, я прибралась, переоделась в один из своих строгих костюмов и наложила макияж. Макияж, костюм, идеально стервозное выражение лица исправили ситуацию, и зеркало вновь отразило ту Кэю, к которой я привыкла. В таком виде можно показаться людям, не вызывая смешков и недоумения. Взглянув на часы, я вышла из комнаты: пора ужинать.

Я нервничала, вышагивая по коридорам, и надеялась лишь, что этого по мне не видно. Каждый шаг, приближающий меня к столовой, давался тяжелее предыдущего. Я привыкла быть красивой, и довольно ранима, чтобы спокойно выдержать насмешки по поводу прически, если они будут. Мужчины-сотрудники, которые встречались по пути, одаривали меня заинтересованными взглядами, но так было и раньше. Женщины никак на меня не реагировали, из чего я заключила, что моя само-стрижка не так уж плоха по исполнению и не бросается в глаза.

— Унсури? — услышала я голос, который ни с каким иным не спутать, и повернулась к Локену. Орионец, как и я, переоделся; помимо этого, он чисто побрился и перестал выглядеть заросшим грязным варваром. Разумеется, внешние метаморфозы не затронули его взгляда хищника.  Раскосые голубые глазищи мужчины изучили мое тело от макушки до пят.

— Что скажешь? — с вызовом спросила я, готовая отразить даже самый ядовитый сарказм, и легким движением поправила и без того недурно лежащую длинную челку.

Локен задумался ненадолго – наверняка, чтобы подобрать какие-то мерзкие слова – и, шагнув ко мне, взял да запустил свои большие ручищи в мои волосы.

— Ты что? — возмутилась я и попыталась отойти; он не убрал рук.



Агата Грин

Отредактировано: 22.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться