Лунная пыль || Lunar dust

Семейные путы

1

Спенсер и Грант едва ли успели отшатнуться, когда Иан вылетел из окна на руках со своим братом. Он успел перегруппироваться и мягко телепортироваться с воздуха в кузов пикапа. Рене запрыгнул к ним, подгоняя остальных. Спенсер села на одну из подушек и изумлённо уставилась на братьев, всё ещё не понимая происходящего. Грант бегло прошёлся по всей истории, пока машина отъезжала на возможное для перемещения расстояние.

Айрис и Тайрон решили на время вернуться в «Электру», чтобы забрать всё необходимое и придумать, что делать с бизнесом, пока угроза в лице Клинта ещё существует. Он наверняка догадался, какую роль в похищении Дилана эти двое играли, и несомненно не оставит их поступок без внимания, поэтому стоило действовать осторожнее.

Все остальные же решили отправится в квартиру Иана, так как никто из «Капли» не знает, где она находится. Сейчас это самое безопасное для всех место. Иан связал Дилана на стуле в спальне, а Рене напряг свой дар, чтобы предотвратить его телепортацию, и теперь над головой черноволосого соната мерцал, вращаясь, голубой нимб, который не даёт вспомнить о возможности у него перемещения.

Спенсер, Грант и Рене наконец устроились на кухне, оставив Иана побыть с братом, дожидаясь, пока тот очнется.

– До сих пор не понимаю, зачем была нужна им. В первые они захотели избавиться от меня, когда я подслушала их разговор с Артуром, но разве в их глазах я настолько опасна, чтобы они тратили на меня время? – спросила Спенсер, облокотившись на чёрную мраморную барную стойку.

– Ты их не интересуешь, – ответил Рене. – Они забрали тебя, рассчитывая, что Иан придёт. А у них с ним, как ты знаешь, свои счёты.

– Тогда почему они так легко его отпустили? Иан их враг номер один, а он ушёл из клуба ещё и с важным членом, – заметил Грант и, сложив руки, опёрся ногой на стул.

– Этот вопрос тоже меня беспокоит. Я был одним из самых приближенных к Клинту на равне с Малкольмом, Эшем и Майком, если не считать Роя, то есть Дилана, который заправлял экспериментами. С ним мы редко сталкивались, в основном потому, что медицинская часть никого из приближенной группы не касалась. Мы были теми, кто разбирается с сонатами, находит людей для передачи проклятия. Но не смотря на свой авторитет, я ничего не слышал от Клинта о сегодняшней ночи и похищении Спенсер, хотя меня должны были оповестить в первую очередь. Возможно… Клинт раскрыл меня.

– Как это могло произойти?

Рене хмыкнул.

– Не сложно что-то заподозрить, когда ближайший подчиненный вечно где-то пропадает, задаёт странные вопросы и сомнительно выполняет порученные задания.

– Тогда почему они и тебя отпустили?

– Понятия не имею.

– И это пугает.

Грант шумно выдохнул. У всех появилось яркое впечатление, что их обвели вокруг пальца, несмотря на то, что несколько минут назад были точно уверены, что выиграли этот бой. 
Рене откланялся и принял решение уединиться в ванной, дорогу в свою квартиру придётся на время забыть. Грант и Спенсер остались вдвоём.

– Я боялся, что они что-то сделают с тобой, – вдруг сказал Грант, нарушив звенящую тишину.

– Всё обошлось. Благодаря вам.

Спенсер тепло улыбнулась, а затем лица коснулась тень вины и отчаяния. Она поджала губы, спрыгнула со стула и, взглянув в болотные глаза, усыпанные вкрапинками, так похожими на одуванчики посреди летнего поля, прошептала:

– Прости.

– Не понял.

– Я ничего не рассказала. Вокруг творилось столько всего, о чём я нагло молчала. Я лишь хотела разобраться самой, не втягивая тебя, но теперь понимаю, что поступала глупо, как одна из персонажей фильма с дешевым сценарием. Ты должен был знать, потому что только зная об этом, можно было защититься.

Грант криво улыбнулся. Ей не стоило извиняться. Он поступил бы так же. К тому же, не только у неё были секреты...

– Помнишь, я звал тебя на крышу? Сейчас самое время, чтобы рассказать, иначе боюсь, снова случиться что-то, что мне помешает.

– Я слушаю.

Спенсер внимательно взглянула на него, перебирая в голове все возможные варианты. Чего она так ждала? Тело Гранта натянулось, словно струна, руки похолодели. Он ждал этого момента. Момента, когда можно сорвать завесу, открыться, обнажить душу. И пусть, может, всё только усложнится, но к чему жить эту жизнь и оставаться в оковах страха, если можно распустить крылья? Допустимо не взлетать, но не хотеть взлететь не допустимо.

Он открыл рот, но вырвался только сдавленный стон. Куда делись все слова? У него была подготовлена целая речь: извинения, объяснения, признание. Сейчас он мог только упереться взглядом и застыть на её губах. К чёрту слова! Грант резко подался вперед, оттолкнувшись от барной стойки, он коснулся ладонями нежных щёк, запутался пальцами в прохладных волосах, всё ещё немного мокрых после душа, и коснулся губ.

Спенсер удивлённо распахнула глаза. Что это? Она упёрлась руками в его грудь. Он отпрянул, ощущая, что отдаляется.

– Грант?

– Прости.

Он отчаянно вздохнул, немного рвано. На что он надеялся?

– Не прощу, – твёрдо ответила Спенсер, и Грант поднял на неё взгляд. – Я не прощу, ты слишком долго собирался...

И в этот раз наступила она. Притянула, обняла, вдохнула хвойный аромат тела, сжала крепкие руки, поднялась к шее. Его поцелуи, мягкие и тёплые, ответили, полностью отдались моменту, утопая в необъятных чувствах. Тела пронизывал то холод, то жар, то скопления звёзд, проходящих сквозь, вскользь, оставляя томный волшебный след. Они забылись, утонули друг в друге.

***

Иан осел на пол, прижавшись спиной к холодной стене. Он знал. Знал, что когда-нибудь до этого дойдёт. Знал, что он расскажет ей, а она ответит. Знал, что проснувшееся сердце заставит чувствовать эту странную боль, – сдавливающую, скользкую, колючую.

Он пытался предотвратить, ещё тогда, перед посещением охраны в доме, но надолго ли? Нет. Он скрывал от них их настоящие чувства, копаясь в мыслях то одного, то другого. Сначала это было ради плана, ради спасения, а затем…