Любимая игрушка Осени

Размер шрифта: - +

Глава 8

В голове как будто пел колокол. Беспрерывное, гулкое - "буммм!", "буммм!", отдавало в виски, било в затылок. Ева с трудом различала то, что происходило в Зале Переходов. Перед глазами плыли красные круги, тело вопило о боли. Но самым страшным было не это.

"Любимая".

Ни разу в жизни Ева не слышала такого обращения. Никто никогда не говорил ей - люблю. Да что там - в доме своей тети она только и слышала "дура", "сволочь", "психичка". Она привыкла к грубости, злобе, а перед искренним теплым чувством растерялась.

Когда Орфей обнял ее и сказал это ласковое, щемяще-нежное слово, в груди взорвалась тысяча петард. То, что долгие годы она скрывала за плотной броней прорвалось наружу. На миг, один короткий миг, Ева почувствовала себя живой, полноценной и счастливой. Вот, что значит, жить каждой клеточкой своей души. Это как будто вздохнуть полной грудью после тугого корсета. Даже дыхание перехватило от восторга и радости, а потом... Потом пришли они.

Зал Переходов словно заволокло туманом, все люди исчезли, крики Златы и Лионы стихли как будто она погрузилась в воду. По телу пробежала противная дрожь и она увидела их. Призраки явились, раскрывая свои леденящие объятия. Тонкий протяжный вой и сырой могильный запах налетели на нее, вцепились и стали душить. Ее сердце, только что открытое для счастья и любви, оказалось беззащитным перед потусторонними непрошенными гостями.

Ева слышала их всех. Давно ушедших женщин и детей, мужчин, стариков, младенцев. Они рыдали, кричали, угрожали, что-то говорили ей. Их предсмертные вопли  и проклятия резали словно нож, бестелесные руки вонзались в тело острыми длинными иглами. Каждый призрак требовал внимания к себе, с отчаяньем вечной муки в глазах кружил над Евой. И она хотела бы помочь, хотела откликнуться, но - их были сотни, а она одна.

Сил бороться с нахлынувшим ужасом не было. Ева безвольно отдала себя во власть мертвых, позволяя им терзать, высасывать ее собственную душу. Краешком сознания она еще видела Орфея, чувствовала как его черные, ставшие уже родными, глаза пристально и тревожно следят за ней. Ей хотелось сказать что-нибудь... Да нет, не что-нибудь. То самое - главное.

Может, если бы они встретились в другой жизни, они бы были счастливы. Если бы Ева была простой девушкой, а у Орфея не было бы его страшного дара... Если бы... если...

Но судьба распорядилась иначе и все пришло к тому, к чему пришло. Ева умирает. Орфей уходит навсегда. Судьба злорадствует и ликует.

Ева видела, как страшная ведьма, обнимает Орфея, целует его и он отвечает ей. Видела, как Судьба прижимается к ее жениху и забирает его себе.

Она все забрала у нее. Детство, родителей, нормальную полноценную жизнь, любовь... Ева смотрела на безумную богиню и сквозь свой собственный дар различала настоящую суть ведьмы. Сильнейший медиум, она видела черный скелет, с длинными белыми, седыми волосами. Пустые глазницы с красными светящимися зрачками. Вот ее истинный облик, настоящее лицо Судьбы.

От всесильной богини исходили клубы черного тумана, не простого. Страшная аура окружала Судьбу и все, что попадалось на пути, все живые существа склонялись перед ней. Ева видела как золотистое облако вокруг Орфея и серебристое вокруг Лейдина рассеиваются под напором темной дымки. Девушки, жены Лордов, почти бездыханные, также не смели противиться натиску этой силы. Их собственная человеческая аура слегка теплилась и пульсировала, но с каждой минутой все слабее и слабее.

Только призраки, они свободно летали надо всеми, не обращая внимания, словно не видя Судьбу. Ева сначала удивилась, но потом поняла. Ведь призраки - мертвы. Судьба уже не властна над ними. Они больше не зависят от прихотей судьбы. Смерть освободила их от нее.

Как во сне видела Ева Судьбу и Орфея, ставших рядом перед зеркалом. По движениям губ различила клятвы, которыми они обменялись. Торжество в безумных глазах ведьмы и мертвенная отрешенность во взоре Осеннего лорда. Все как в фильме, не по настоящему. Даже собственные раны от тугих пут и те Ева почти не ощущала. Реальными были только призраки, которые стремились выпить ее душу, или проникнуть в нее - Ева не знала.

Громовой голос Судьбы донесся с помехами и запозданием, как при плохой видео-связи:

- Ты рад мой любимый?

- Ты получила, что хотела. Это все. - холодный голос Орфея тоже долетел не сразу.

- Нет, не все. Это только начало, дорогой. Теперь, мы с тобой будем жить вечно и другие нам не нужны.

- Ты обещала отпустить их.

- Отпущу. И начну... с твоей бывшей невесты.

Еву подняло над полом, из ран закапала кровь. Прутья сжались на теле сильнее, врезаясь глубже и глубже.

- Нет! Судьба, не смей! - крикнул Орфей.

- Ты же сам просил, милый. Я отпускаю ее... туда, откуда она явилась!

Еву бросило к Зеркалу со странным светящимся стеклом. В его отражении мелькали разные двери и проемы, которые выходили в парки, на улочки, широкие проспекты, чьи-то квартиры. "Портал!" - догадалась Ева. Последним, что она увидела в зеркале было ночная мгла, прорезанная одинокими фонарями и летящий снег. 

Судьба вскинула тонкой кистью и Еву развернуло к ней лицом.



Сказа Ламанская

Отредактировано: 15.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться