Любимая, останься

Глава 13. Избавление

 

Глава 13. Избавление

 

Уловка Бадди сработала. Старший конвоир распорядился сделать остановку на время, пока не будет проверено, насколько серьёзно повреждён мост. Однако, что толку? Сам он из кареты не вышел. Продолжал сидеть рядом с Мартой. Она догадывалась, что на самом деле мост цел. Не могла же атильда успеть его повредить? Откуда у неё на это силы и время? Тут непонятно, как ей удалось хотя бы нагнать ищеек, а что уж говорить о работах по разрушению инженерных сооружений. А раз так, значит, через несколько минут конвоиры убедятся, что можно спокойно продолжать путь, и Марта так и останется их пленницей.

Надо было как-то подыграть Бадди. Только вот как? Что та задумала? В голову не приходило ни одной идеи, но Марта понимала — для начала неплохо бы выбраться из кареты.

— Господин офицер, раз уж у нас вынужденная остановка, позвольте мне выйти… эээ… освежиться. Мы уже несколько часов в пути, а у меня ещё не было такой возможности.

Во всех фильмах именно с этого и начинаются побеги — арестанты просят выпустить их по нужде.

— Очень надо, — добавила Марта, страдальчески изогнув брови, на что пошло всё её актёрское мастерство.

Конвоир посмотрел на неё снисходительно. Думал не долго — пару секунд. Потом подхватил как тряпичную куклу и вынес из кареты. Марта опять была бесцеремонно перекинута через плечо. Но возмущаться пока не стала. У неё статус арестантки, обвиняемой в госизмене — сложно ожидать, что тебя будут носить на руках.

Она попыталась быстро оценить обстановку. Но трудно сориентироваться, когда тебя держат вниз головой. К тому же, уже начинало смеркаться, а от реки поднимался густой туман. Очертания моста терялись в густой пелене. Двое конных конвоиров двинулись проверять исправность сооружения, один остался дежурить возле кареты. А вот Бадди уже нигде не было видно.

Марту отнесли недалеко — всего метров на пять от дороги. Поставили на ноги возле небольших кустиков. Конвоир небрежно помахал кистью руки — мол, можешь делать свои дела, но при этом даже отвернуться не потрудился.

Чёртовы Путы мешали ужасно — Марта с огромным усилием сделала несколько шагов, чтобы зайти за кусты. Но чем ей поможет эта жиденькая невысокая растительность, отделявшая её от конвоира? В фильмах у арестантов, которые пытались сбежать во время вылазки по нужде, всегда был план. Но у Марты его не было. Надеяться оставалось только на Бадди. У неё-то должна быть какая-то задумка. Не зря же она всё это затеяла.

Марта напряжённо вглядывалась в полумрак сумерек, пытаясь заметить малейшее движение. Ей казалось, что кто-то там, в прибрежном тумане, есть. Но вдруг её внимание привлёкло громкое лошадиное ржание. Оно казалось каким-то неестественным — раздражённым, нетерпеливым, зловещим. Причём звуки издавала не одна лошадь — это был целый конский хор. Тут же послышались и зычные окрики конвоиров.

Марта смотрела во все глаза, что происходит на дороге, и не могла понять. Кони будто ополоумели. Не слушаясь людских команд, вставали на дыбы, неистово брыкались, а потом вдруг бешено понесли в противоположную от реки сторону. Это случилось одновременно со всеми лошадьми. И теми, что были запряжены в карету, и теми, на чьих спинах сидели стражники.

Неразбериха и переполох забрали всё внимание конвоира, стоявшего по ту сторону кустов. Выкрикивая ругательства, он бросился к дороге. В этот момент кто-то бесшумно подкрался сзади.

— Ни звука, — шепнули Марте в самое ухо и подхватили на руки.

От неожиданности чуть сердце не выпрыгнуло из груди. Но страха не было. Другая мысль радостно билась в висок — спасение! Однако это точно была не Бадди. А кто? Генрих. Марта узнала эту мощную грудную клетку, к которой её прижали. Эту ауру силы и уверенности. А он-то откуда здесь взялся? Они что, с атильдой заодно? Это их совместная операция по спасению Марты? Радость растекалась по жилам. В общем-то, Генрих ничем хорошим по отношению к ней пока не отличился, но откуда-то взялась уверенность, что если уж он лично участвует в операции, то Марта точно будет спасена.  

Да, это-то хорошо. Но куда он её тащит? Где-то должна быть его лошадь. Сейчас он посадит Марту на своего заговорённого Грома, на которого старец Вилхерт наложил заклинание неутомимости, и отвезёт в безопасное место. Интересно, а что, всё-таки случилось со скакунами конвоиров? Это Бадди постаралась?

Все эти мысли пронеслись в голове буквально за несколько секунд. И этих нескольких секунд хватило, чтобы Генрих гигантскими прыжками спустился к берегу реки. Но, вопреки ожиданиям Марты, там не было никакого скакуна — а только заросли высокого камыша. Герцог ловко пробрался через них к воде, и Марта увидела лодку, в которой сидели Бадди и двое людей Генриха.

Он выгрузил Марту на скамью рядом с Бадди, оттолкнул лодку от берега и запрыгнул сам. Его бойцы тут же взялись за вёсла. Атильда сняла с себя накидку и заботливо набросила Марте на плечи. Как же Марта была им всем рада. Такое чувство — будто от врагов попала к своим. И когда уже она успела так привязаться к этой разношёрстой компании?

Ей хотелось расспросить, как они её нашли, что, вообще, произошло, почему они в лодке, куда плывут. Но ей же сказали молчать, и она молчала. Через несколько минут Генрих заговорил сам.

— Скоро ты будешь в безопасности. 

— Спасибо, Ваша Светлость, — благодарность была искренней, но голос противно скрипучим. На человеческую речь Марта пока была не способна из-за Пут на шее.

— Вообще-то, это меня надо в первую очередь благодарить, — задрала свой большой нос Бадди. — Я всё придумала, я почти всё сделала.

Марта была уверена, что без помощи Генриха и его бойцов, атильда вряд ли бы справилась, и ещё не понятно, кто играл первую скрипку. Однако герцог спорить не стал, лишь чуть заметно усмехнулся, позволив Бадди взять лавры спасительницы себе.



Ольга Обская

Отредактировано: 18.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться