Любимый цветок фараона

Размер шрифта: - +

6.6 "Семейный ужин"

Дура ты, Суслик! Чего хамишь? Вы только неделю знакомы… Какая неделя? Вечность, и мы уже два дня как женаты. Два или больше? Мозги за ненадобностью я уже и в этом мире сдала в утиль! Да и извиняться глупо. И вообще он сам грозился уйти в библиотеку… А теперь будет делать вид, что спит. Ну так и ты, Суслик, притворяйся с ним на пару!

Только притворяться не пришлось. Сусанна открыла глаза, когда за отдёрнутой занавеской оказалась темнота. А разбудил её очередной спор братьев. Только голоса доносились на этот раз, наверное, из столовой! Это ж надо так орать! Если бы она уже даже вызубрила словарь арабского языка, из этой какофонии не выудила бы и слова.

Наспех одевшись, Сусанна выскочила в коридор, из коридора прямо на кухню, а вот дальше кухни не пошла. Мадам Газия встретила её приложенным к губам пальцем. Понятно — мужики дерутся, бабам лучше не встревать. Это по-арабски. Но не по-русски!

— Реза!

Она шагнула мимо Латифы в столовую, и оба брата мигом затихли.

— Welcome to the family, sister! (Добро пожаловать в семью, сестра!)

Аббас швырнул на стол папку и хлопнул входной дверью.

— Семейный ужин отменился, — скривился Реза. — Надеюсь, этот придурок вернётся, чтобы отвезти нас в аэропорт.

Снова хлопнула дверь: это Латифа побежала за сыном.

Реза отодвинул Сусанне стул и сел напротив. Брошенная папка продолжала лежать между ними.

— Что это? — осторожно спросила Сусанна.

— Он привёз по моей просьбе выписку из актов гражданского состояния о том, что я пока не женат. Надеюсь, российские власти больше ничего, кроме визы, от меня не потребуют.

— Я привезу тебе всё, что пожелаешь! — Аббас вновь возник в столовой. — Я заодно подал на российскую визу. Даже не надейся, что наймёшь на свадьбу другого фотографа! Или я не соответствую твоему имиджу? Дурак, тебе не скрыть арабскую кровь — ты такой же англичанин, как и я, хоть сотню коттеджей сними в Англии.

— Аббас!

В дверях кухни стояла Латифа с подносом. Самое время для успокоительного чая со смирительной рубашкой. Странно, что Аббас в запале ещё не сорвал футболку! Он обернулся к матери и затараторил по-арабски с таким жаром, что мадам Газия с трудом донесла поднос до стола.

— Ты своей невесте переведи! — огрызнулся Аббас в сторону брата и тут же затараторил по-английски: — Уверен, что он тебе ещё не сообщил, что снял для вас дом в Ноттингеме.

— Аббас! — зарычал Реза, придавливая сильнее стул, чтобы побороть желание наскочить на брата. — Она не может заканчивать школу в Египте!

— А в Англии может?! Ты послушай её английский!

Сусанна прикрыла глаза в ожидании очередного плевка.

— А я на что? Я буду ей помогать!

— Так бы и говорил, что воплощаешь в жизнь мечту — учиться в школе для девочек!

Аббас, кажется, сдулся и рухнул на стул. Мать тут же поставила перед ним стакан с чаем.

— А я пока должен стеречь твою кошку?!

— Санура вряд ли вернётся. У меня теперь есть другая кошка с именем на ту же букву…

Здесь надо смеяться или плакать, мистер Атертон?

— Реза, а ты не подумал, что лучше жениться, когда ей исполнится восемнадцать? Она свою школу закончит к тому времени, да и ты…

— А ты не подумал, что некоторые вопросы тебя не касаются?

Аббас поднялся и, оставив чай нетронутым, вихрем взлетел по лестнице к себе.

— Латифа, неси ужин! — приказал Реза совершенно спокойным тоном.

Мадам Газия внесла картошку с огромными кусками говядины. Реза пододвинул к себе тарелку Сусанны и принялся нарезать мясо на мелкие кусочки.

— Я могу сама, — несмело запротестовала Сусанна.

— Мне приятно ухаживать за тобой.

— Про Англию это правда?

Реза кивнул:

— Я действительно думаю, нам разумнее держаться подальше от этих статуй. И от Египта вообще.

Сусанна прикрыла на миг глаза. Он боится больше за себя или за неё?

— А твоя работа? Ты в Англии сможешь её продолжить?

— Я заслужил медовый месяц длиною в год, не находишь? Вернее в два. А если ты надумаешь поступить в университет. На кафедру древних языков, например…

Он усмехнулся, и Сусанна подхватила его улыбку:

— Меня востоковедение на данный момент больше интересует.

— Об этом мы поговорим через два года.

— А Санура…

Реза подвинул к ней тарелку с аккуратными кусочками мяса и перегнулся через стол:

— Она ушла так же, как и фараон. Это была Нен-Нуфер. Её дух вселился в кошку, чтобы следить за тобой. Теперь кошка свободна. И от меня тоже.

Реза улыбнулся совсем по-мальчишески, и Сусанна понадеялась, что говорил он не серьёзно. Кошка на месте. Он просто хочет избавить себя от всех возможных воспоминаний своей болезни.

— Жалко, я хотела взять её с собой, — произнесла она, чтобы убедиться в своей правоте.

— Не надо. Мы должны оставить всё это позади. Обезопасить себя со всех сторон, если это вообще возможно, — Реза откинулся на спинку стула и взял свои столовые приборы. — Ешь. Нам надо позвонить твоим родителям. Дать им время хоть немного подготовиться к встрече со мной.

Сусанна кивнула.

— Что я должна им сказать? Я поспала. Теперь имею полное право услышать новую историю.

— Они ведь знают, что ты пишешь роман? — Сусанна кивнула. — Скажи, что нашла мои координаты на сайте каирского музея. Они действительно там есть. И написала мне письмо с вопросами. Слово за слово мы разговорились и переписывались несколько месяцев, а потом я неожиданно прислал тебе сообщение, что нахожусь в Санкт-Петербурге, и предложил встретиться лично.



Ольга Горышина

Отредактировано: 08.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться