Любительский театр А. Горошко

Любительский театр А. Горошко

— Не заводится, — сообщил Федя, мрачно глядя на руль. Другой бы на его месте хлопнул бы по рулю или хотя бы выругался, но Федя редко показывал свои эмоции.

— А это мы и так заметили, — раздражённо бросил Денис. – Что-нибудь новое нам сообщи, будь добр.

Их «газель» застряла посреди леса. Это всё навигатор, который поставил Фёдор несколько дней назад. Новая игрушка его так увлекла, что он слушал рекомендации приятного механического голоса и тогда, когда все, даже Артём, неизменно доверявший Фёдору в выборе маршрутов, уже убедились, что навигатор ведёт их куда-то не туда.

Артём, Денис, Фёдор и ещё четверо остальных были любительской театральной труппой, которая направлялась в соседний город на Рождественский фестиваль любительского театра, чтобы показать там написанную Артёмом пьесу. Артём Горошко был их режиссёром и художественным руководителем, и иногда предлагал собственные пьесы для постановки, обычно неудачные, но эта – ряд предрождественских сценок из жизни супермаркета с диалогами, которые даже Света и Денис посчитали смешными, – была охотно принята труппой. Артёму что-то в пьесе не нравилось, но он так и не сумел сформулировать, что именно. Финал, который всем показался гениально смешным, самому Артёму казался натянутым, ненастоящим. Словно история был не о любви и поиске себя, а о любви к потребительству и поиске нужной пачки макарон на полке, как однажды метко пошутил Денис. Но остальные считали, что пьеса удачна и вполне проникнута рождественским духом, даже Жора так считал. Отчасти в память о Жоре Артём и решил поставить-таки именно эту пьесу, хотя уже давно устал от бесконечных попыток сделать финал более осмысленным.

Открытие фестиваля было назначено на завтра, по прибытии труппу Артёма ждали номера в самой дешёвой гостинице — и они должны были быть на месте часа два назад: судя по карте, дорога занимала хорошо если час, но чёртов навигатор… Фёдор, не подумав, свернул в лес, предполагая, что так будет быстрей: «Через четверть часа на месте будем», — но и через полчаса, и через час вокруг был всё тот же заснеженный лес. Разве что густота его менялась, и вскоре дорога превратилась в кочки и ямы, наполненные снегом, валежником и бог знает чем ещё (как нервно заметил Денис). Каждые пять километров Фёдор обещал, что вот-вот они выедут из леса. А потом «газель»  застряла в одной из таких ям, и после десятой попытки выкатить её оттуда заглохла.

— Ладно, — бодро сказал Артём, — я пойду проверю – вдруг мы в паре километров от выезда из леса, а? Темней всего – перед рассветом, правда?

Он посмотрел на хмурые лица своих актёров и спросил без особой надежды в голосе:

— Кто со мной? Денис? Дима? Антонина Аркадьевна?

Последняя только фыркнула. И тут неожиданно раздался голос Светы:

— Тут всё равно делать нечего. Давай я с тобой. Будем разговаривать – хоть надежда есть, что волки не съедят.

— Идём, — с облегчением сказал Артём, которого молчаливый зимний лес всё-таки немного пугал, даже в сочельник. Или, может, особенно в сочельник.

Когда их фонарик пропал в темноте, Фёдор пошёл проверить, что могло случиться с «газелью». Остальные занимали себя как могли. Дима, завернувшись в шарф, ловил связь, чтобы позвонить в гостиницу и предупредить, чтоб их не ждали. Антонина Аркадьевна в полурасстёгнутой шубе прогуливалась вокруг автобуса, собирая на подол своей длинной шубы снежинки, и бросала беспокойные взгляды на Фёдора, что-то высматривавшего в моторе «газели». Катя и Денис пытались заснуть.

Артём и Света вернулись скоро с почти хорошими новостями: недалеко от застрявшего автобуса отыскался дом.

— Двухэтажный, деревянный, представляете? – размахивал руками Артём, стоя в проходе между сиденьями «газели». – И там свет горел, но внутри никого нет. Как будто его обитатели недавно ушли.

— Как раз в Сочельник там ночевать, — прибавила Света, — наверняка это дом с привидениями.

— Тебе это кажется привлекательной идеей? – пробормотал Денис хоть полусонно, но ядовито. Спать в автобусе посреди леса его не пугало, но привидения не нравились, пусть даже они были плодом воображения Светы.

— Пойдёмте, спать в автобусе в моём возрасте вредно, — решила Антонина Аркадьевна, застёгивая шубу.

— Это немного напоминает фильм ужасов, вам не кажется? – спросил Дима, а окончательно проснувшийся Денис с ненавистью посмотрел на него.

— Давайте представим, что это не фильм ужасов, а рождественская история, а? – предложила Катя. – И скоро из-за сломавшегося автобуса на нас на всех низойдёт какое-нибудь важное озарение.

— Особенно это успокоит атеистов, — бросил Денис. Но Артёма уже было ни унять – ни привидениями, ни ужасами.  Спать в доме – пусть и очень странном – ему хотелось куда больше, чем в автобусе.

— Закрывай, Федька, «газель», и пошли! Проведём Сочельник в тесном, практически семейном актёрском кругу! – весело сказал Артём, ероша волосы – шапки он не носил даже в самый мороз. – Всяко интересней, чем в гостинице киснуть. А завтра, по светлому, починим автобус и успеем на открытие. Всё равно выступление только через два дня.



Valeria Antoniadi

Отредактировано: 14.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться