Любовь на обломках мира

Глава 23

Кажется, надо объясниться с графом. Ведь у него были глаза по плошке, когда он смотрел, как из её спальни выскакивают два волка. Конечно, он догадывался, что к чему, но всё-таки лучше найти его и успокоить.

И не успела Мария подумать о нём, как Фонтей собственной персоной появился в начале длинного коридора.

— Машенька, я очень рад, что вы окончательно выздоровели! Поэтому я хотел бы пригласить вас на ужин, — низким бархатным голосом заявил граф.

— А мы что, опять перешли на «вы»? — Мария посмотрела на него и улыбнулась.

Вот ведь чудак-человек! Стоило ему лишь увидеть её обнажённую грудь, как он снова заВЫкал. Интересно, все влюблённые мужчины такие странные?

Фонтей рассмеялся:

— Да, ты права. Сам не знаю, как это получилось. Наверное, отчасти потому, что я сейчас от Бартоломеуса. И он был настолько официален… Можно сказать, он выдал мне целый свод указаний касательно того, как я должен с тобой вести.

— Не обращай внимания, он всегда такой, — отмахнулась Мария. — Ну ладно меня он воспитывает, теперь и за тебя принялся?

— Ты к нему несправедлива, он же ведь о тебе беспокоится. Кроме того, он просил тебе передать, чтобы ты срочно явилась к нему.

Граф сделал шаг ей навстречу и оказался рядом с ней. Мария сразу же почувствовала его волнение, отчего ей враз стало жарко.

— Я на твоём месте не заставлял бы его ждать, — почти шёпотом продолжил Фонтей. — Успехов в учёбе, моя дорогая. А вечером я за тобой зайду.

Это прозвучало настолько проникновенно и чувственно, что у Марии сразу же появилась в ногах слабость. Она слегка пошатнулась и, неожиданно для себя самой, потянулась к нему! Словно в тумане она поцеловала графа в уголок его красивых губ и тотчас в страхе отшатнулась.

Кажется, его и без того белая кожа стала светлее снега. И Фонтей в свою очередь ответил на её поцелуй. Но совсем не так, как ей бы того хотелось. Его прикосновение губ показалось ей настолько целомудренным, что Мария даже почувствовала лёгкое разочарование. Ведь в его глазах пронёсся такой ураган страсти, что она, честно говоря, рассчитывала на другое.

В прошлый раз он был совершенно другим. По всей видимости, на него здорово влияли нравоучения Барта. Интересно, до каких пор граф будет сносить её провокации? Ведь он мужчина, причём очень темпераментный, хотя по его виду этого и не скажешь. Ему нужно гораздо больше, чем обжимания и поцелуи.

— До вечера! — как ни в чём не бывало пролепетала Мария, и лихо крутанулась на своих каблучках.

Она направилась в сторону учебного крыла, чувствуя спиной горячий взгляд Фонтея. Завернув за угол, она с облегчением выдохнула, вытерла с висков холодный пот и вновь заспешила навстречу неизвестности.

Барт встретил её холодно, даже слишком. Да он вообще сделал вид, что не заметил её появления! Поэтому Мария тихо присела на краешек стула и замерла.

— И долго ты будешь прикидываться мебелью? — процедил сквозь зубы Барт, не подымая головы и не отрывая взгляда от тетради. — Ты должна была появиться у меня ещё полчаса назад. С графом не могла расстаться?

— А ты мог бы предупредить меня заранее. Ровно час назад тебе ничего от меня не было нужно. Что изменилось? — ровным голосом заявила она, стараясь не выглядеть оправдывающейся.

— Изменилось. Заболел преподаватель по тёмным силам и меня попросили заменить его. И я хотел бы, чтобы ты присутствовала на занятии по проникновению в призрачные миры.

— Но ведь это третий курс! Нашёл вундеркинда! Ты совсем сошёл с ума? — воскликнула Мария и тотчас осеклась.

— Ты как со мной разговариваешь?!

Не успела Мария и глазом моргнуть, как он очутился перед ней с глазами, налившимися от праведного гнева. И её вдруг обожгла мысль, что он ей сейчас влепит пощёчину. От страха она даже от него непроизвольно отшатнулась.

Барт тут же побледнел и гнев в его глазах сменился неописуемым удивлением. И Мария еле расслышала его слова:

— Неужели ты подумала, что я тебя ударю. Я?!

— Не знаю… — прошептала Мария, и картина перед её глазами сделалась размытой из-за подступивших слёз.

Барт поднёс свою руку к её щеке и нежно провёл по ней тыльной стороной ладони. Затем он прикоснулся указательным пальцем к её нижней губе и застыл так, глядя на неё остекленевшим, ничего невыражающим взглядом.

Мария отрывисто вздохнула и тем самым вывела его из ступора. Барт сразу же отдёрнул руку от её лица и тихо произнёс:

— Ты должна этому научиться. Возможно, в призрачных мирах ты найдёшь поддержку.

Зависла напряжённая пауза.

Кажется, сейчас самое время расспросить его о тайнах, в которых она оказалась замешанной против своей воли. А о том, что сейчас приключилось, она подумает позже.

И Мария, набравшись смелости (скорее, наглости), спросила:

— Бард, а кто такой Хранитель? И почему мои приёмные родители, если так можно выразиться, хотят сплавить меня ему вместо своей дочери? И что это за дань такая?