Любовь на обломках мира

Глава 26

Мария открыла глаза и обвела взглядом незнакомую ей комнату. Она села в кровати, но тяжесть в голове тут же всколыхнула в ней тошноту. На всякий случай она прикрыла рот ладонью, прикидывая, куда лучше бежать: направо или налево, ведь обе двери выглядели абсолютно одинаковыми.

— Налево, эта дверь ведёт в уборную, — послышался голос Барта.

От неожиданности Мария даже вздрогнула. Она и не заметила, как сюда вошёл колдун. К тому же, ей хватило одного только взгляда на его скорбное лицо, как у неё тотчас всплыли воспоминания. Серое, затянутое сеткой из мелких трещин лицо Фонтея, острокрылая бабочка…

Вместе со слезами вновь подступила и рвота, поэтому она тут же вскочила и побежала в левую дверь, как ей и советовал Барт. Но от неожиданной слабости её сильно качнуло в сторону. Мария еле успела схватиться за дверной косяк, а то бы она точно упала. В ту же секунду около неё оказался колдун, который поддержал её и проводил в уборную.

— Спасибо, дальше я сама, — вяло пробормотала она, еле сдерживая рвоту.

— Как же, сама она… — И, несмотря на её протесты, Барт подвёл её к дырке в полу, выложенной декоративной ракушкой (местный аналог унитаза).

И не успела Мария опомниться, как он, ухватив её сзади за шею, заставил её в буквальном смысле согнуться пополам. Отчего содержимое её желудка тотчас устремилось вниз, ввергая её в пучину невыносимого стыда. После чего он бережно вытер ей лицо мокрым полотенцем, придерживая её за талию одной рукой.

— Тебе надо обязательно похлебать горячего супчика, у тебя в желудке уже двое суток кроме воды ничего не было. От этого у тебя слабость и тошнота, — уговаривал её колдун, словно девочку.

— Я не хочу есть.

— Знаешь что? А я тебе уже и не предлагаю, я тебе приказываю есть для твоей же пользы, — совершенно другим тоном откликнулся колдун.

И как бы ей того не хотелось, но пришлось подчиниться. Поэтому она съела суп, и сразу же почувствовала облегчение. В физическом смысле, так как душа у неё болела, как открытая рана.

Наверное, она никогда не сумеет оправиться после этого. Ведь Фонтей стал для неё самым близким человеком на свете! Как обидно, что она это поняла только после его смерти.

Словно прочитав её мысли, Барт тихо выдохнул:

— Подожди немного. Это тебе сейчас кажется, что ты не сумеешь с этим жить. Но пройдёт время, и ты найдёшь успокоение, поверь мне.

В памяти сразу же всплыла фраза Модеста о том, что после смерти Элизы прошло уже много лет. Ведь тогда она умудрилась подслушать разговор между Модестом и Бартом с помощью заклинания.

Интересно, кем эта девушка приходилась колдуну, женой или же просто возлюбленной? А ведь Барт её любил по-настоящему. Тем не менее, со временем его сердце заняла другая. А значит, слова колдуна об успокоении недалеки от истины. Просто надо ждать… А как ей, прикажете, жить сейчас?!

Слёзы брызнули с новой силой, несмотря на все её попытки сохранять самообладание. Поэтому колдун не церемонясь, сгрёб её в охапку и, прижав к себе, замер. А Мария, оцепенев от его искренности (неужели это тот самый Барт?), вдруг ощутила глухие удары его сердца. И ей сразу же стало легче! Ведь рядом был он.

Окончательно успокоившись, Мария осмотрелась уже вполне осознанно, после чего поинтересовалась:

— А где мы находимся?

— У меня дома. А так как я живу в пристройке к зданию колледжа, поэтому необходимо, чтобы тебя здесь никто не видел. Ученица ночует у своего преподавателя, сама понимаешь…

— Но ведь это не может продолжаться до бесконечности, — неуверенно возразила ему Мария.

— Я уже этот вопрос решил. И совсем скоро ты переедешь в надёжное место. Туда, где тебя не сумеет достать твоя приёмная семейка.

— Барт, ведь это они, вернее, герцог убил Фонтея? — почти неслышно прошептала она.

— Да. Я в этом даже не сомневаюсь. Но с его связями и колоссальной магической силой ему удалось ускользнуть от наказания. К сожалению, в нашем мире правда на стороне сильных.

— А разве есть миры, где дела обстоят по-другому? — с сарказмом отозвалась она.

Мария задумалась, размышляя о превратностях своей судьбы. А Барт, по-видимому, чисто из деликатности превратился в неподвижного и молчаливого сфинкса.

Через некоторое время колдун встрепенулся и промолвил:

— Мышка, и ни на секунду не забывай о своей безопасности! Дело в том, что я наложил на свои апартаменты защитное заклинание. И никто не сумеет проникнуть сюда кроме меня. Но запомни, если ты сама пригласишь кого-нибудь войти в дом, то моя магия будет нейтрализована. Так что сиди, молча, как будто тебя нет в доме. Поняла? — чересчур строго спросил её колдун.

— Поняла. Я же не дура. Барт, я давно уже хотела тебя спросить, а почему вы назвали свой мир Обломками? Согласись, довольно странное название.

Колдун усмехнулся и ответил:

— Раньше у него вообще не было названия как такового. Испокон веков существовали лишь два мира — магический и реальный. Говорят, где-то на других планетах якобы есть ещё миры. Но мне в это верится с трудом.