Любовь на обломках мира

Глава 27

На драконоведении Мария сидела и слушала учителя вполуха. Она вообще не понимала целесообразность этих занятий. Ведь побывав рядом с живым драконом совсем непродолжительное время, она узнала о нём почти всё, о чём говорилось в этом учебнике. А не проще ли заменить такие занятия практикой? Процесс обучения рядом с живым драконом прошёл бы с наибольшей пользой и интересом.

Тем не менее, Мария сидела и, старательно делая умное лицо, думала совсем о другом. Ведь любое упоминание об огромных ящерах тут же переносило её к воспоминаниям о Фонтее. И от этого ей становилось просто невыносимо!

Интересно, что теперь будет со Стинком? Ведь графа и дракона соединяла большая дружба. Как он сумеет пережить эту утрату? И кто теперь будет за ним ухаживать?

На перемене Мария обратила внимание, что её одногруппницы, входящие в фанклуб Амалии, бросали на неё насмешливые взгляды. А по обрывочным фразам, долетевших до её ушей, ей стало всё предельно ясно. Да они злорадствовали по поводу её несостоявшегося замужества!

Ярость тотчас затмила её разум, и если бы не проходивший мимо Барт, она бы разобралась с ними по-своему. И плевать ей на правила и нормы поведения в магическом заведении!

— Мария! Что с тобой? — поинтересовался он, увидев её состояние.

— Ничего! Вот только сейчас повыдираю космы вон тем идиоткам, — со злостью прошипела она, кивая головой на своих обидчиц.

Колдун, видимо, сразу же понял в чём дело, так как он тут же взял её за локоть и повёл в кабинет. И когда за ними закрылась дверь, он чуть слышно процедил сквозь зубы:

— Ты с ума сошла? А ты чего ожидала? Что многочисленные подруги твоих сестёр будут тебе сочувствовать?

— Нет, конечно. Но чтобы злорадствовать… — Мария судорожно вздохнула, из последних сил сдерживая слёзы.

— Вот только не надо плакать, — уже по-доброму заметил Барт. — Этим ты только распишешься в своём поражении. Пускай они не увидят твоей слабости. И ещё одно, Мышка. Вообще-то я искал тебя по одному делу. Ты не могла бы после занятий пойти со мной в пещеру к графскому дракону?

— К Стинку? — тут же позабыв о своих обидах, откликнулась она.

— Вероятно. Я не знаю его кличку. Но дракон уже второй день отказывается от пищи. Наверное, он очень переживает. Ведь ящеры чувствуют смерть своего хозяина, тем более что их связывала многолетняя дружба. Может, тебе удастся его как-нибудь успокоить. Ведь ты с ним знакома, в отличие от меня.

Согласившись с большой охотой, Мария побежала на следующий урок по амулетозащитным силам и оберегам. Но как только она зашла в аудиторию, тотчас почувствовала неладное. Мария медленно подошла к своему столу и остановилась в нерешительности. Ведь её интуиция буквально сорвала себе горло в беззвучном крике.

Осторожно дотронувшись до своего стула, она почувствовала на пальцах что-то липкое. Мария поднесла руку к носу и понюхала это совершенно невидимое липкое вещество, хотя и так уже знала ответ.

Так оно и есть! Смола местного дерева «Слеза призрака». Своё название это дерево, вероятно, получило из-за волшебной смолы. Дело в том, что в это время года она становилась абсолютно невидимой. Это уникальное свойство нашло для неё много применений, в том числе и для сотворения мелких пакостей подобно этой.

Как мелко! Могли бы придумать что-нибудь и пооригинальнее. А невидимая липкая гадость на стул — это старо как мир. То же самое, как в её мире канцелярская кнопка.

Мария молча села за свободный стол, краем глаза наблюдая за реакцией своих «доброжелателей». Как она и предполагала, исполнителем оказалась одна из шестёрок Амелии. Потому что эта девушка даже и не скрывала своей злости, увидев, что Мария догадалась о подвохе.

Любое зло, пускай даже самое мелкое, должно быть наказано. Поэтому Мария, уверенная в своей правоте, отправилась на большой перемене в дом Барта. Там она стащила из лаборатории колдуна банку с колонией местных листорезов (насекомое, очень напоминающее муравьев из реального мира). После чего выловила оттуда их матку и отсадила её маленький коробок. Затем она вернулась в колледж, пряча за пазухой банку с семейством листорезов.

Воспользовавшись толкучкой в дверях, Мария ловко подбросила за шиворот той самой зловредной ученицы матку листорезов. После чего с невозмутимым видом села за стол и быстро спрятала банку с насекомыми в свою сумку. Теперь оставалось дело за малым — Мария лишь приоткрыла на сосуде крышку, оставаясь при этом абсолютно спокойной.

Возмездие не заставило себя долго ждать. И почти сразу маленькие букашки отправились искать свою потерянную королеву. С помощью её феромонов (в Обломках это считалось волшебством) листорезы быстро нашли свою матку. Они моментально облепили девушку и стали её нещадно жалить, видимо, наказывая так злостную похитительницу своей королевы.

А Мария сидела и наблюдала, как её обидчица носилась по классу, в безумии стягивая с себя одежду… Это было очень занятное зрелище!

Как выяснилось, это горе-ученица подкладывала себе в лиф большие комки ваты, чтобы грудь казалась больше. И теперь этот секрет выплыл наружу самым неподобающим образом.

Мария смогла бы до бесконечности наблюдать эту картину, но в ту же секунду колдун подскочил к мечущейся ученице и прочитал какое-то заклинание. Девушка тотчас замерла, после чего с огромным облегчением рухнула на стул.