Любовь начинается с ненависти

Размер шрифта: - +

Глава 15

Проснувшись, поняла, что лежу в кровати, однако не поняла, как я собственно здесь оказалась. Я же кажется с лекций в общежитие шла… потом в комнату и… Не помню.

О! Так я оказывается вообще не в своей кровати! И в комнате не своей! Та-а-ак, вот это уже интересненько. А что еще интересней, это – кто мать вашу продолжает слюнявить мое плечо?!? Я, кажется, бульдога не покупала. И верблюда тоже. Да что уж там, и осла у меня нет. В ту же секунду, пожалела, что резко развернула голову на право, так как там меня ждал ох какой неприятный сюрприз. В виде Александра. Македонского.

Ха-ха. Вовсе нет. В плечо мне сопел похрапывающий Алекс. Голый. Спящий. Черт бы тебя побрал, Алекс Стоун. Вот и спришвается «Какого ХРЕНА?!?!?»

И в этот же момент, я вновь распахиваю глаза. С чего это вдруг мне снятся такие дебильные сны?!

Каково было мое удивление, когда я не находилась в чьей-то спальне, а в больнице. Как я это поняла? Странный вопрос. Лежу на больничной койке, рядом какие-то аппараты, стены мрачно-белые. Жуть. А что я вообще-то здесь забыла? Мне никто не объяснит?

Потом, как поварёшкой по башке приложило, в мозгу стали проявляться события прошлого дня… или сегодняшнего… Что я встретила Алекса, когда шла с лекций в свою комнату, а потом… точно не помню, но кажется, я скатилась с лестницы. И весьма неудачненько так приземлилась. И вот, я в больнице. Одна…?

Меня услышали свыше, потому что в следующую милисекунду дверь открывается, и в комнату входит доктор, а за ним – он.

- Ну что, пациентка, - весело обратился ко мне врач, имя которого – Мистер Вэнс (на бэйджике прочитала), - как ваше самочувствие?

А, собственно, как я себя чувствую? Минуту назад болела голова, сейчас вроде нет. Еще шея болит и спина, но, думаю, это не серьезно.

- Я… эээ… Кажется, нормально. – Это было сказано гораздо неуверенне, чем в моих мыслях.

- Хорошо. Для человека, который достаточно долго был в состоянии анестезии, «нормально» - это очень хорошо.

Не поняла.

- Что?! – воскликнула я, пытаясь подняться с койки.

- Так-так! Не встаем с кроватки! Я пошутил. На счет анестезии. Не обижайтесь, мисс Сойер, но, как сказал ваш друг, - жестом он показал на Алекса, - вы очень позитивная особа, и будить вас нужно хорошенькими шуточками или анекдотами. Вот я и подумал на счет постоянно-работяющей «докторской» шутки про анестезию. – Он улыбнулся.

Алекс, ты совсем охренел? Какие нахрен шуточки, которые я «так люблю»?! Или как он там сказал… А мы еще с ним друзья!?! Ну, чертов сказочник, сейчас ты тоже в больницу ляжешь.

Я слишком наигранно засмеялась, а потом серьезно проговорила:

- Если еще раз услышу такие «шуточки» в свой адрес, то каждый раз, когда вы будете садиться, будет больно. – Их лица исказила гримаса непонимания, и я притворно-весело заголосила: - Шу-у-утка! – Они переглянулись, а затем неуверенно постарались засмеяться.

- Стоп. – До меня мало-по-малому начинало доходить, но все же надо было объяснить какого лешего я делаю в больнице. – Что я здесь делаю?

Алекс хотел ответить, даже рот открыл, но мистер Вэнс его опередил:

- У вас сильные ушибы правой руки, ноги, шеи и спины. – Вот это да. Никогда у меня не было ничего такого серьезного. - Это вы еще легко отделались, падая с лестницы, как сказал ваш…

- Он мне вовсе не друг! – перебила я его.

- И то верно, - на мое удивление согласился Алекс. – Мы с Ханной встречаемся, но всем она говорит, что мы просто друзья. Стесняшка ты моя! – он послал мне воздушный поцелуй.

- Стоун, ты больной?! – Ну не выдержала я. Это выше моих сил.

- С тобой я всегда будто заболеваю. Заболеваю тобой! – невозмутимо ответил актер Большого театра, который что-то позабыл в… здесь.

- Боже. Кто-нибудь, уведите этого ненормального отюсда! Видеть его не могу! Да я вообще впервые его вижу! – завопила, застонала, что есть сил.

- Бредит, бедненькая, - ответил Алекс.

Да чтоб тебя!!!

Нравится насмехаться над больными?!

Ну мы еще посмотрим, кто кого.

Это война!

***

После спектакля Алекса, меня проверяли, задавали вопросы, поставили какой-то укол. Ну а я решилась спросить у доктора о том, сколько я уже нахожусь в больнице.

- Почти сутки, - последовало ответом.

Надо же! Так долго пролежать здесь…

Честно, я никогда не задерживалась в больницах. Бывало, может, пищевое отравление, или небольшой ушиб, из-за которого приходилось делать рентген-сканирование; но всё это мелочи по сравнению с тем, что сейчас у меня большое количество ушибов. И хорошо еще, что только ушибов, ведь я с лестницы упала! А всё из-за Алекса, который еще и притворяется моим «другом»! Вот и чего он полез ко мне тогда? А, ну теперь же все думают, что он «по мальчикам». Но даже это не стоит того, что теперь я не знай на сколько останусь в больнице!

Очень надеюсь, что ненадолго.

***

Спустя два дня, меня наконец-то выписали из больницы, ушибы побаливают, но ходить и писать я вполне могу, так что, можно сказать, я сама настояла на том, чтобы меня освободили от постоянных медицинских проверок. Ну тошнит уже, честно.

Эти два дня прошли монотонно и очень скучно. Я просто лежала в кровати и, большую часть времени, смотрела в потолок. А еще, я думала. Думала о многом. О том, что произошло за последние два года: мама бросила нас с отцом в абсолютном недоумении, лишь сказав, что уходит к другому мужчине; из-за этого переломного момента, мы с папой помогали друг другу, что повлияло на наши крепкие «дружеские» отношения; я поступила в один из лучших университетов Сиэтла и нашла там много друзей и новых знакомых. В общем, очень насыщенный был год. А почему же «был»? Он до сих пор продолжается.



Анна Блеск

Отредактировано: 21.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться