Любовь начинается с ненависти

Глава 39

Ханна

Вчера, после прогулки с Робином, я вернулась только поздним вечером, и он (не вечер, а мой новый друг) проводил меня аж до комнаты. Я так устала, что, как только плюхнулась на кровать, заснула без задних ног.

С рыжиком, как я теперь называю Робина, мы много болтали и рассказывали друг о друге, потом неожиданно похолодало, и мы решили зайти в ближайшую кофейню, где согрелись и зарядились каким-то запасом кофеина. Это, кстати, мне снова не помогло, ведь, как только я увидела перед собой здание университета, ноги подкосились и безумно захотелось спать. И я невольно вспомнила, как мы с папой ехали сюда, а по дороге я решила заскочить в дорожную кафешку и захватить какой-то да кофе, заодно "познакомилась" с женщиной-да-не-женщиной и поняла, что больше никогда в жизни не буду покупать латте из дорожного ларька.

Воспоминания о папе навеяли какую-то тоску. Я с ним так нормально и не поговорила, а до его дня рождения осталось ровно две недели. И мне нужно что-то с этим делать! Что ему подарить? Вот главный вопрос! И вот сейчас я сижу за столом, смотрю на свое отражение в зеркале, вижу один прыщ на лбу, который портит все мое лицо, однако думаю даже не о нем.

Папа.

Ну, он любит читать детективы, а-ля боевики и триллеры. Да, именно читать, а не смотреть! Странный человек, да? При чем, его вечная отговорка от моих упреков, что он далеко ушел от современности, - это: "Ну, знаешь ли! Мне нравится, как человек красочно описывает свои эмоции. А не то, что в ваших сериалах-фильмах, типа, - здесь он делает писклявый голос, - "Боже мой! Я же такая дурочка-бла-бла, что даже понятия не имею, что прямо за этой дверью есть хренов Клоун!" Нет, книги в сто раз лучше, чем вот это вот все!".

Папа - человек, с которым можно спорить бесконечно, но не добиться своего. Он будет отстаивать свое мнение до последнего. Стальной человек. Ох, такая же манера и у меня, именно поэтому мы не можем нормально договориться.

Что ж, придется ему дарить какой-то детектив Стивена Кинга. Ну или еще кого, - кроме Стивена я никого не знаю. Может, сходить в магазин с Клер - что-что, а она уж должна хоть чуть-чуть разбираться в книгах.

Дальше. Проблема номер два. Точнее, их сразу две. Кларисса и Диа-а-аночка. Я быстро подавила в себе рвотный рефлекс, возникший, казалось бы, из ниоткуда. На празднике они точно будут, а значит, нужно произвести такое впечатление, чтобы после него у них еще осталось желание скинуться с крыши пятнадцатого этажа. Как минимум. А у Дианочки, желательно, чтоб еще год зубы сводило от моей превосходности. Мымра на шпильках.

Ну, для этого, мне всего лишь нужно одеться просто потрясающе (ладно, вовсе необязательно тратиться в "Кельвин Кляйне" и "Томми", хотя-я...) и, да, притащить с собой какого-нибудь парня. А вообще-то, почему "какого-нибудь"? У меня же есть Дин! Ох, как трудно привыкнуть к тому, что я встречаюсь с нормальным парнем! 

Я скажу ему, что у моего папы юбилей. В него (в юбилей, а не в папу) входят семейный ужин, хотя Кларисса и Диа-а-аночка таковыми не являются, но все же это папин праздник и не мне решать, фейерверки, обязательный просмотр старых фотографий (эту часть я люблю больше всего, потому что на ней недомачеха и недосестрица отправляются баиньки, типа им пора спать, но им просто неохота смотреть наши фотки), ну и конечно же знакомство! Я  наконец-таки познакомлю папочку с достойным его уважения юношей!

Воодушевленная этим, я быстренько наношу макияж, замазав консилером Стива (мой прыщик), и одеваюсь на занятия. Джинсы, свитшот, вансы - все, как обычно. Но после этого я еще пшикаю на себя пару раз духами со вкусом апельсина, корицы и бергамота.

Но когда я открываю дверь, то едва не спотыкаюсь о приличную такого размера красную коробку, перевязанную черной лентой. Нехваткой любопытства и храбрости я никогда не страдала, поэтому, смело взяв в руки коробку, я прочитала записку:

"Ханне Сойер,

укравшей мое сердце..."