Любовь начинается с ненависти

Размер шрифта: - +

Глава 52

Вот уже несколько долгих минут Алекс, папа, бабушка и дедушка сидят на диване в гостиной и о чем-то очень увлеченно болтают, а Стоун даже смеется над несмешными шутками! Я с кислым лицом сижу у барной стойки и смотрю за всем этим зрелищем, завтракая салатом из огурцов и помидоров. Кларисса с Дианой, к слову, тоже не особо довольны тем, что все внимание теперь привлечено только к "моему другу из университета". Однако младшая из блондинок все-таки надоедает мне своими дифирамбами по одному тугомылсящему:

- Ах, Алекс такой красивый! Такой мужественный и привлекательный! Мы идеально подходим друг другу!

Спустя еще много каких эпитетов и моих закатываний глаз на каждом, я уже не выдерживаю и, схватив вилку, на которой наколот кусок огурца, поворачиваюсь к ней лицом:

- Диана, если ты сейчас не замолчишь, узнаешь, каково это жевать без зубов!

Она наконец замолкает и кривит в недовольстве свое лицо.

- А что, боишься, что я уведу его у тебя? 

- Вынь из ушей помидоры, Диана. Я не раз говорила, что у меня есть парень! - Я начинаю постепенно закипать. Почему все думают, что мы с Алексом встречаемся?! 

- Послушай сюда, дорогуша, - Кларисса вклинивается в нашу перепалку и усмехается. Она бросает взгляд за мою спину - на Стоуна, болтающего с моим родственниками, и, видимо, убедившись, что они на нас не смотрят, продолжает тихо говорить: - Честно говоря, я очень сомневаюсь, что какой-нибудь адекватный парень влюбится в тебя. Не знаю, кто тот бессмертный, которого ты считаешь своим парнем, но я не думаю, что ваш "союз" продержится дольше, чем месяц. Скорее всего, ты причинишь ему боль - моральную и физическую. Но Роман - это настоящий рекорд! И как он терпел тебя... полтора года? Да уж. Ты слишком самовлюбленная, неженственная, наглая и эгоистичная. Кому такая может понравиться? Ты можешь побить любого парня; у тебя, черт возьми, черный пояс по карате! Мальчики тебя боятся и по возможности будут избегать. Ты портишь всем жизнь своим присутствием и эгоистичностью. А ведь мы с Риком всего лишь пытаемся быть счастливыми, не смотря на то, что тебе этого не хочется. Мой тебе совет, милая, хватай Алекса, пока и он от тебя не сбежал. Ты ему нравишься, что удивительно, это вижу даже я...

- Мама! - возмущенно воскликнула Диана, получив от матери укоризненный взгляд.

- Так. Я все сказала. Ты, Ханна, мне все равно не нравишься, но я не могла не сказать этого. Не думай, что я совсем глупая и черствая. 

Она развернулась, не оборачиваясь дала знак дочери, та последовала за ней, и они пошли наверх. А я осталась с мыслями о том, что сказала Кларисса. Мне не хочется это признавать, но, кажется, я ошибалась на ее счет. Я начинаю думать больше о ней в целом, а не о том, что она сказала. Мы обе слепо хотели перетянуть внимание отца на себя, но обе оказались одинаково дороги любимому человеку. Я ненавидела ее за то, что папа уделял ей больше времени, а она меня, потому что ей казалось наоборот. Но почему-то сейчас, посмотрев в счастливое лицо отца, я понимаю, что после ухода мамы он хотел заполнить ту пустоту любовью от женщины, которая будет в нем нуждаться. Вспомнив свое детство, убеждаюсь, что мама никогда ни в чем не нуждалась от Рика. Она всё делала сама: зарабатывала и не просила у него денег, ухаживала за мной и не просила его остаться дома, когда я заболею, справлялась со всеми делами по дому и не просила у него помощи. 

И меня вдруг охватывает понимание. Папа счастлив с Клариссой, они любят друг друга, но я своим нагнетанием и плохим настроением всё порчу. Порчу жизнь самого дорого мне человека. Я на самом деле эгоистка. О Господи! Я постоянно пыталась всё ухудшить, дабы они не были вместе только потому, что мне она не понравилась. Мне было плевать на то, что думает мой отец. Мне было плевать на всех, кроме себя.

С горечью я признаю, что Кларисса абсолютно права. Я просто ужасна и противна самой себе. С удивлением замечаю, что в глазах начинает непривычно щипать, а горле встает ком, из-за чего становится трудно сглотнуть. Это слезы. Слезы начинают катиться по моим щекам. Они попадают в рот. Соленые слезы. Мои первые слезы за два года. Я убегаю в свою комнату, пока плачущую меня кто-нибудь не заметил.

Слезы - это слабость. Но я не слабая! Я не должна, я не хочу плакать, но соленая вода меня не слушает и продолжает литься из глаз. У меня не получается их остановить, и я принимаюсь гневно мыть лицо водой. 

Через несколько минут я с удивлением смотрю в свое отражение в зеркале. Такой я себя еще никогда не видела: с красными от слез глазами, а лицо полное отчаянья и злости. Злости на саму себя, ведь я такая тварь! Но на самом деле я рада, что Кларисса мне сказала всё, иначе я бы никогда не додумалась сама. Она, как бы странно это не звучало, раскрыла мне глаза. 

Я порчу всем жизнь тем, что в ней есть я. И самое ужасное, что так и есть!

Старшая блондинка попала в точку. Какой идиот может влюбиться в меня? Разве что самоубийца.

И тут, как в подтверждение, звенит звонок в дверь. Выждав несколько секунд, смутно слышу голос папы:

- Где Ханна?.. Что?.. - А потом он уже кричит мне: - Милая, спустись, пожалуйста. К тебе пришли!

Дин?!



Анна Блеск

Отредактировано: 21.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться