Любовь под зонтом

Глава 7

Глава 7

— Слушай, охренительный у тебя был дизайнер! Я бы так никогда не придумала сделать. Всё так по-мужски и одновременно уютно. Красиво.

После ужина Настя стребовала экскурсию по квартире и сейчас ходила и восхищалась, разглядывая каждую деталь. Гостиная со стеной из красного кирпича, тёмно-коричневыми полками из натурального дерева на ней и такого же цвета балками, но уже на потолке; с красивым удобным коричневым диваном и фиолетовым плюшевым креслом с каретной стяжкой — всё радовало глаз.

— Не кресло, а трон какой-то, — приговаривала девушка, забираясь в него с ногами. — Но удобно, да. Идём дальше!

Ванная комната восхитила ещё сильнее: белый глянцевый кирпич на стенах, керамогранит под дерево, деревянные ванна и раковина.

— Она настоящая? — Настя перевела недоверчивый взгляд на друга и снова вернулась к разглядыванию огромной коричневой ванны.

— Вроде да. Мама где-то заказывала. Нравится?

— Шутишь? Конечно, нравится! Я себя чувствую как на выставке. Ты был у меня дома, видел: мы живём просто. У тебя тут не красота — красотища!

— Идём в спальню. — Дима взял подругу за руку и повёл на выход.

Он восхищался Настей куда больше, чем она — интерьером его квартиры. Все девушки, которых он приводил в дом, — а их было немало, — сдержанно хвалили дизайн и вели себя как ни в чём не бывало, будто привыкли к такой роскоши, на самом деле даже для него непривычной. Такое поведение Диму обычно смешило, но он вежливо молчал. Настя же, открытая и честная, не скрывала эмоций, и это ему нравилось. Так же, как и сама девушка.

— Э, — подруга замерла на пороге спальни, — я почему-то думала, у тебя тут всё будет немного по-другому. Ну, лофт же. Не знаю, стены из бетона, металлическая кровать…

— С наручниками, — вставил Дима.

— Ну, возможно, — не стала спорить Настя, ведь именно так она и подумала.

Светлый пол, белая кровать королевских размеров с тёмно-серым покрывалом, две тумбы, чёрные стены и торшер составляли весь интерьер.

— Цвета не хватает, скучненько. Сюда бы тёмно-фиолетовые шторы и подушки на кровать такие же, была бы красота. Или жёлтенькое что-нибудь, — заключила Настя. — Но главное, чтобы тебе нравилось. Не мне же здесь жить в конце концов. А так — прикольно. Но мрачновато.

— Вот ты сперва правду сказала, а потом — чтобы меня не обидеть.

— Ой, а это что? — Настя уже сидела в изножье кровати. Комментировать точно подмеченную Димкой истину она не собиралась. — Сундук, что ли?

— Ну, вообще это рундук. Я не знаю, чем рундук от сундука отличается, вроде только тем, что морской.

— Большой такой. Это специально под старину сделано или…

— Старинный. Отец купил тыщу лет назад, когда в моря ходил. Приволок домой, чтобы я играл в пиратов. Мне мама спальню зафигачила в морском стиле, все друзья завидовали. У меня много всякого добра такого, но сюда притащили только рундук, он по дизайну подходит, ну и вроде как кусочек родительского дома.

Настя представила, как это, должно быть, здорово — расти в состоятельной семье. Любишь пиратов — на тебе, дитё родное, старинный сундук с сокровищами. Но Дима, словно угадав её мысли, продолжил:

— Мы тогда жили не так, как сейчас, и ма за рундук этот отца песочила жутко, хоть он его вроде не задорого купил. Зато как радовалась, когда здесь ремонт делали! Он же с кожей чёрной, прямо идеально вписался. И в нём постельное хранится, удобно. И сидеть можно.

— Прикольно. А это что? — Настя увидела книгу на прикроватной тумбе и пошла посмотреть, что он там читает. — Очередной любовный романчик? Что это такое вообще «миттельшпиль»? — по слогам прочитала она название. — Какие-то особые извращения?

Настя силилась вспомнить, где она слышала это слово. Давным-давно, возможно, в детстве. Дима выглядел немного смущённым, и она перевернула книгу, чтобы прочитать аннотацию. Через секунду зелёные глазищи засверкали от ярости:

— Это называется «немного играю, для удовольствия и раз в столетие»? — едко припомнила она, медленно двигаясь в его сторону.

— Ну, я действительно сто лет не играл уже. С человеком, — исправился Дима и начал понемногу отступать.

— Ага! — уличила Настя коварного друга. — Вот ты, значит, какой!

— Хороший? Обаятельный? Очаровательный? — Димка улыбнулся столь задорно и весело, что Настя тут же пришла в себя. Действительно, чего это она? Ну, разыграл немного. В конце концов, ничего ведь не случилось, ей даже и раздеваться-то не пришлось. И кубики пощупала.

— Вот ты, блин, шахматист хренов! Лишь бы девушку раздеть.

— Ладно тебе, — парень подошёл к растерявшей весь пыл подруге и взял за руку, — идём пить вино и болтать. Я тебе обещал помочь, я помогу. А шахматы на раздевание — блин, ну согласись же, что прикольно? Карты — как-то банально. А так, считай, интеллигентно и умно раздеть барышню. Необычно. Да я вообще крутыш. Гы-гы-гы.

— Крутыш, крутыш. Но ведь не раздел! — Настя показала парню язык и самодовольно добавила: — И не соблазнил!

— Ну, давай откровенно, Настюш. — Дима усадил подругу в понравившееся ей фиолетовое кресло-трон и пошёл за вином и бокалами к столу. — На самом деле соблазнить тебя — не проблема. Ты ведь понимаешь это, согласись? Ты не влюблена, одинока, не ждёшь с моей стороны гадостей, и я тебе нравлюсь. Не как парень, но вообще, в целом. То есть чисто теоретически ты бы могла со мной переспать, появись у тебя такое желание. Это понимаешь ты и это понимаю я. Просто мы дружим, и я тебя слишком уважаю, чтобы настоять на своём без чувств с твоей стороны.