Любовь сквозь время

Глава 4 Часть вторая

Я чувствую, как у меня перехватывает дыхание. Он стоит позади Тани, поэтому она не видит его. Но зато он всё прекрасно видит и слышит. Интересно как давно он здесь стоит? И насколько много он услышал из нашего разговора?  Его немигающие глаза устремлены на одного из сыновей.

— Это мой сын? — взволновано произносит он.

От его голоса Таня вздрагивает и, не глядя больше ни на кого, уходит внутрь здания. Я молчу. Не знаю, что сказать. Столько лет я обвиняла его, но Саша оказался не виноватым.

 Просто уехала в Москву поступать в институт, не дав ему шанса даже объяснится. Саша стремительно спустился и приблизился к нам. Он протянул руку сыну.

— Александр.

Антон молчал. А затем с размаху врезал Саше в живот. Андрей тоже вышел из машины добавляя удары со словами. «Это тебе за её ночные слёзы. Это за загубленную жизнь. Это за кольцо, которое носит, не снимая уже двадцать лет».

Я пыталась остановить этот беспредел. Но что я могу? Моя сила и сила натренированных парней. Сыновья меня просто бережно отодвигали как куклу в сторону, чтоб не путалась под ногами и не попала под удар. Саша молча сносил все удары сыновей, не отвечая и не останавливая их. Подбежала охрана, но Саша их остановил приказом: «Не трогать».

 Мордобой закончился минуты через три, я подбежала к Саше. Он стоял на четвереньках, отплёвывая кровавую слюну.

— Господи, что вы вытворяете. Это же ваш отец.

— А ты думаешь мы не поняли? — со злостью в голосе ответил Антон.

— В зеркало смотримся, — добавил Андрей и скомандовал, — мам, садись уже. Мы уезжаем.

— Нет, — с трудом переведя дыхание произносит Саша и хватает меня за руку, — Я тебя не отпущу. Больше не отпущу.

— Мужик, тебе мало было?! — стал заводится Антон.

— Прекратите. Нам нужно поговорить, хотите вы этого или нет, но решать мне, — требую я.

Сыновья с минуту сверлили меня недовольным взглядом. Затем сквозь зубы выругались, но моё решение приняли.

— У меня машина стоит там. Пойдём. —  Саша достаёт телефон, набирает чей-то номер, — я уезжаю. Стою возле машины.

Мальчики, обсудив что-то между собой, поворачиваются ко мне и строго произносят:

— Телефон держи возле себя, — Андрей.

— Мы будем звонить, — Антон.

Дождавшись моего кивка, они садятся в машину и уезжают.

— Как ты поведёшь в таком состоянии? — оборачиваюсь к Саше.

— Водитель, — кивает в сторону подошедшего парня.

Водитель оглядывает своего работодателя и, кивая на него, спрашивает:

— Нужно что-нибудь предпринять?

— Нет.

Нервозность не покидает меня после пережитого страха за Сашу. Сыновья, конечно, не убили бы его, но могли знатно поколотить, да так, что лежал бы сейчас в реанимации. Я знаю, что они его били щадяще.

Саша мне открывает дверь.

— Прости их, — виноватым голосом прошу я.

— Им нужно было выпустить пар…. Я их даже понимаю.  И рад что мы пришли к некоему согласию, — беззлобно и очень серьёзным тоном отвечает Саша. — Мне нужно ещё заслужить их прощение, как и твоё.

Не могу ответить, слёзы наворачиваются на глаза. Я обняла Сашу всего лишь на миг и, развернувшись, сажусь в машину. Платье немного задирается, непроизвольно обнажая бежевые кружевные резинки чулок. Нервно оправляю платье. Но кажется поздно. Заметил. Взгляд Саши устремлён на мои ноги, где виднелись чулки. Он закрывает дверь машины, обходит её и садится рядом со мной.

— Куда шеф? На квартиру? — спрашивает водитель, косясь на меня.

— Нет. Домой, — отвечает Саша.

Всю дорогу мы едем молча. В машине он приобнимет меня за плечи, выводя пальцем завитушки на руке. Я млела от этого, казалось бы, простого, но такого нежного прикосновения.

В голове перевариваю услышанные мною слова Тани. Я не заслуженно обидела Сашу. Исчезла. Не поговорила. Сейчас я бы повела себя по-другому. С годами мировоззрение меняется. Становишься терпимей. Сначала пытаешься понять «почему» а уже потом рубишь с плеча. 

Мы приехали в коттеджный посёлок. Широкие чистые улицы были выложены ровным асфальтом, а вдоль них стояли аккуратные дома с черепичными крышами, украшенными светящимися гирляндами и фигурами.

Он вышел и открыл дверь, протягивая руку и помогая мне выйти, а затем он захлопнул её, продолжая держать мою руку в своей, не выпуская. Наши пальцы переплелись. Я невольно залюбовалась нашими соединёнными руками. Мои маленькие ладони, в его больших.

Подошли к коттеджу. Я с восторгом разглядывала дом. С наружи он выглядел светлым, солнечным, уютным, а светящиеся гирлянды делали его сказочным.

Внутри жилище оказалось не менее впечатляющим. Огромный светлый холл, красивая широкая лестница, ведущая на второй этаж, большие витражные окна, заливающие всё пространство мягким светом. 

 Саша развернул меня и, заглядывая в глаза, тихо произнёс:

— Располагайся. Я скоро.

— Я могу тебе помочь обработать, — предложила я.

— Я сам, располагайся, — повторил Саша и ушёл.

Осматриваясь вокруг, прошла в гостиную. Шикарная ель стояла возле окна. Она была украшена дорогими, очень красивыми винтажными игрушками. Светящиеся разноцветные огни гирлянды добавляли праздничное настроение. Заканчивала композицию большая звезда. Подошла к дереву, легонько касаясь пальцами иголок. Зелёная, пушистая, настоящая рождественская красавица, она источала запах хвои. Этот запах вернул меня в детство. «Всегда мечтала именно о такой ёлке, камине и доме» тоскливо подумала я и стала озираться по сторонам и … обомлела. Там над камином висела большая фотография. Моя. Двадцатилетней давности.