Любовь в Академии Магии

Глава 18. Спокойствие, только спокойствие

К концу теории магии Любовь Петровна боялась, что у неё отвалится рука записывать все эти схемы и абсолютно бесполезные с её точки зрения описания каких-то восходящих и нисходящих потоков энергии. Собственно, понимать преподавателя она перестала где-то со второй фразы, дальше лишь на автомате записывала и зарисовывала. От того сокращать было нельзя, ведь если целое слово не понимаешь, то пара букв с точкой или неведомая закорючка вообще станут китайской грамотой.

Звонок стал спасением для правой конечности, и Люба сразу метнулась к Селике, с просьбой взять тетради напрокат, хотя бы до ужина, чтобы переписать предыдущие лекции. Та великодушно согласилась. И был лишь единственный в этом минус, к моменту, когда ребята зашли за ней вечером, руки женщина уже не чувствовала.

– Да ладно, ты все переписала? Невероятно! – восхитилась рысь-эльфийка.

– Я очень старалась, не хотелось тебя подводить, вдруг лекции тебя срочно понадобятся? – пожала плечами Любовь Павловна.

– Я конечно заучка, но не до такой степени, – рассмеялась одногруппница, и они зашли в столовую.

Любу тут же окликнули лисы, позвав за свой столик, она кивнула и направилась за друзьями к поварам. Набрав себе полный поднос еды, в том числе и перекус на утро, женщина было двинулась в сторону парней, как перед ней возникла Церберра.

– Если будешь столько есть, то не пролезешь в дверь к концу учебы, – хмыкнула та, поглядев на поднос «первокурсницы». – Хотя, нельзя испортить того, чего нет, – и она прошла мимо, со всей силы толкнув Любу в плечо.

Не ожидав подобного, неспортивного поведения, Любовь Павловна опрокинула его содержимое на себя. После этого в столовой воцарилась гробовая тишина, только подруги стервы смеялись, прикрыв рту ладонями.

– Всегда считала, что все эльфийки грациозны, была неправа, видимо и неуклюжие существуют представительницы этой славной расы, – спокойно выдала Люба, оглядев результат катастрофы, но к счастью, на ней оказался лишь салат с соусом, который подчиняясь взгляду новоиспеченной магички, превратился, то ли в брошку, то ли в аппликацию на блузке. Потом женщина, всячески благодаря змеиный женский коллектив в лицее за хорошую учебу и тренировку выдержки, вернулась к столу раздачи, собрала еще один поднос и с гордо поднятой головой прошла мимо Церберры. – Правда, милое украшение получилось? – добродушная улыбка заставила противницу открыть рот, но ни слова она не сказала.

– Ну ты даешь! – восторгалась Лика. – Как ты её умыла! Это же королева академии! Княжна! Та еще зараза, – последнее оборотница прошептала, оборачиваясь на предмет разговора.

– А что я должна была сделать? – удивилась Люба. – Закатить истерику не вариант, сделать из неё статую тоже. Я на живую материю не воздействую, да и страшно, тем более если она «голубых кровей», за это по головке не погладят. А так может она от меня отстанет?

– Ты что? – приподняла брови Селика. – Чтобы высокородная эльфийка спустила подобное оскорбление? Жди беды. Вот если бы ты расплакавшись убежала… Хотя нет, так бы и сделали девочкой для битья. Есть такие личности, с патологией морали и совести.

– То есть теперь она будет ещё сильнее меня доставать? – разозлилась Любовь Павловна. – За что?

– Будет, –  покивала головой полурысь. – Видимо это из-за Фламе, они же закадычные друзья. Кстати, удивлена, что он оставил тебя в покое. Не смотри так на меня, даже первокурсники в курсе вашего противостояния.

– Да нет никакого противостояния, – буркнула Люба, вспоминая первые минуты пребывания в этом мире, не особо приятные к слову. – А что было, то было, все равно я не помню.

– Ну если ему запретил ректор к тебе приближаться, то понятно, что он попробует достать по-другому, – пожал плечами Бенджамин. Он флегматично цедил томатный сок и ковырялся вилкой в стейке, практически не участвуя в разговоре.

– А давайте, – начал Зорий, но тут же его одернул брат и что-то зашептал.

– Так и знайте, вытаскивать вас из очередных неприятностей я не буду, – сурово заметил Искор, с негодованием поглядывая на братьев.

– Никаких неприятностей, – ухмыльнулись лисы, довольно переглянувшись.

Люба же посмотрела на Церберру, что сидела через четыре стола от нее и флиртовала с сидящим рядом парнем. «Интересно, неужели она ему не противна? Вот знал бы, какая она гнилая внутри, его, наверное, стошнило, от одного её поцелуя. Я бы рвотного рефлекса от прикосновений такой змеюки не сдержала бы. Эх, мальчик, желаю понять сущность эльфийки, как можно скорее и не успеть в неё влюбиться».

– Так, расходимся, завтрашнюю экзекуцию на полигоне никто не отменял, – почти простонал Барри.

– Эй, Левел, ты-то что стонешь, демоны же выносливые? – удивилась Лика.

– Повыносливей медведей, детка, но если хочешь, я могу зайти к тебе вечерком и доказать, – ухмыльнулся он, откинув челку.

– А ты что, воду в вино превращать научился? Нет? Вот научишься, приходи, посмотри, какой ты выносливый, – отшила его оборотница под общий смех.

– В одном он прав, – примирительно сказал Искор. – Отдохнуть нужно, как следует. Предлагаю проводить девушек, – посмотрел он Любе в глаза и встал.

Лисы с ним согласились, тут же подхватили под руки полурысь и медведицу, оставив другу Любовь Петровну. «А была не была», – подумала та и протянула ладонь, которую парень тут же устроил на сгибе локтя.



Анна Митро

Отредактировано: 20.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться