Любовь зла, полюбишь и козла

19 Глава

Как бы я не надеялась на то, что это будет он, мои желания не совпали, т.к. на экране загорелось - Бритни. На автомате приняла вызов, поднося телефон к уху.

—Сабрина..., -в трубке раздались рыдания, а я напряглась, —Вилья...Вильяяям...он он...

Сердце сжалось, воздуха стало не хватать, дыхание участилось, а ноги стали ватными.

—Что, что с ним!?, -я закричала в трубку. При этом не узнав собственного голоса, он стал хриплым, грубым, —Бритни, не молчи !

Неизвестность убивает больше, чем что-либо ещё. И сейчас, с каждой секундой её молчания становится лишь хуже. Столько всего проносится в голове. Одно хуже другого.

—Он в больнице

Проговаривает слишком быстро та, а я сглатываю, сдерживая крик, который рвётся изнутри.

—Он жив?

Голос предательски дрожит, а щеки заполняют влажные дорожки от слез. Я слишком много плачу эти дни. Я боюсь, боюсь услышать резкого ответа, боюсь того, что, возможно, больше никогда не смогу его увидеть, никогда не смогу рассказать о том, что произошло на самом деле, никогда не смогу обнять и почувствовать его горячие губы, его обжигающие руки и этот одеколон.

Я не вижу своей жизни без него, я не смогу жить без него, на моем лице не будет ни улыбки, ни радости, ни смеха. Все чувства померкнут, превратившись в огромное чёрное пятно. Как я говорила ранее, он - моя жизнь, моя вселенная, мой кислород. Он тот, ради которого я живу. Ради которого ступаю по земле и дышу. Если его не станет, то и меня тоже.

Я не смогу жить зная, что его больше нет. И единственный способ, который мне поможет, это отправится вслед за ним, чтобы там объединиться, чтобы, возможно, встретиться в другой жизни. В других телах, но в таких привычных жестах и манерах.

—Я...я...я не знаю, - Подруга сглатывает, а я опрокидываюсь на подушку.

—Диктуй адрес

Мне плевать на то, как я сейчас выгляжу. Насколько заплаканное у меня лицо, для меня сейчас существует только он. Мой любимый айсберг.

Мой самый лучший, холодный и неповторимый. Ты будешь жить, для меня, ради меня! Ты не оставишь меня, иначе я уйду за тобой!

—Милая, ты куда? Ночь на дворе!, -мать сталкивает с моим заплаканным лицом, тихо ахая, —Сабрин?

—Вильям в больнице, мам, мне нужно...нужно..., -я говорю так быстро, как могу. Мне сейчас дорога каждая секунда. Кажется, что если сейчас я не прибегу в больницу. То может быть поздно.

Я накидываю первую попавшуюся куртку, а потом бегу так, что есть силы. А потом автобус, больница, которая встретила меня больными и запахом медицинских автоматов.

Я бежала не чувствуя ни боли, ничего. Лишь слезы, которые ручьём заполоняли видимость, делая объекты смутными.

Около одной палаты, я слышу; «закрывайте». Сердце бьет так быстро, что я его слышу собственными ушами. А разам кричит «Нет! Ты не можешь умереть, Джонс, не можешь!».

Рыдания становятся сильными, и я просто перестаю контролировать свои поступки. Хотя, о чем это я говорю, мне сейчас совершенно наплевать на то, что подумают другие, для меня существует лишь то, что я услышала и во что до сих пор перестаю верить.

—Неееет! Нееет! Пожалуйстааааа...., -в бреду повторяю я, хватаясь за эту белую простынь, но меня оттаскивает какой то врач, —Пустите меня! Пустите!

—Да успокойтесь вы, дамочка, - укоризненно произносит он, сжимая меня сильнее, —Вы кто?

—Невеста, - воплю я

—Невеста кого?

—Этого человека, - указываю я на кушетку, где накрыт труп, доктор озадаченно на меня смотрит.

—Фамилия

—Что?

—Скажите фамилию своего жениха, - видя то, что я больше не брыкаюсь, он меня отпускает

—Джонс...Вильям...Вильгейм Джонс

Доктор вздыхает, качая головой.

—Дамочка, вы сумасшедшая? С чего вы взяли, что тут, -он указал в то место, где скрывался труп, —Именно он?

Эти слова приносят волну облегчения, но до конца не убирают истерику

—А...он жив?

—Скажем так, 50 на 50. Дело в том, что он сейчас находится на грани смерти и жизни, а его отец, Максимилиан Джонс, требует перевоза в другую клинику, что может наложить лишь отрицательный эффект. Все сейчас зависит от Вильгейма, если он будет бороться, то он очнётся.

Я хватаю ртом воздух, стряхивая новые поступившимся слезы, дальше врач меня отводит туда, где я должна быть, к нужной палате, где я встречаю Марка, Дэна, Бритни, Луиза и Максимилиана. Все напряжены, кроме отца, он спорит с врачами, пытаясь взять своё. Я долго наблюдаю, стряхивая слезы, а потом просто не выдерживаю:

—Нет!, - мой голос твёрд, словно сталь, я целиком и полностью уверенна в том, что я права. За считанный секунды я подлитаю к его отцу, тыкая пальцем в грудь, —Я не позволю вам забрать его отсюда, не позволю! Только через мой труп!, -мой голос срывается на крик, а все люди замирают, —Вы - чудовище, из-за ваших манипуляций ваш сын попал в такое положение. Вы добились того, что хотели, довольны!?, -я передаю в своём взгляде всю ненависть и презрение к этому человеку, —Вы собственноручно сломали собственную семью, потом добрились до дочери, а потом и до сына. Вы не видите никого, кроме себя. Вы заставили всех себя ненавидеть, вы отдалили собственных детей и жену!

—Замолчи!, -рыкнул мужчина, больно сжимая мою руку. Я даже думала, что он меня ударит, —Чего ты знаешь, жалкая дешевка?

—Правда глаза колит?, -я горько усмехнулась, пытаясь окончательно его добить, —Жалкая дешёвка, как вы выразились, видит больше, чем вы. Если бы вы хоть раз посмотрели куда-то дальше своего носа, то увидели бы, как больно воспринимает измены ваша жена, кого по настоящему любит Бритни. Помните вы спросили меня, что я дам вашему сыну? Так вот, я отвечу - любовь. Самую настоящую, искреннюю. Но вам это не понять, такой монстр, как вы, не может любить и испытывать сострадания, - я гордо вскидываю подбородок, открывая ему глаза полные слез, —И мне очень жаль, что у моего любимого такой отец.