Любви не достойна

Глава 24

Настоящее.

Максим открыл пассажирскую дверь и помог Насте сесть, а затем пристегнуть ремень. Он всматривался в глаза девушки, чтобы понять ее состояние, она все еще полностью не отошла от приступа паники. Орлов обошел машину и занял водительское место.

- Настя, ты как?

- Уже лучше, спасибо. Правда, есть уже не хочется. Мы можем просто проехаться, если я не слишком отвлекаю тебя? - спросила она, чуть отойдя от нахлынувшего кошмара воспоминаний.

- Конечно, ты говори, если что, я остановлюсь, - машина тронулась с места, а Настя вцепилась руками в сидение, она глубоко дышала, ловила ртом воздух, пытаясь успокоить свое ноющее сердце и приступ паники.

Орлов младший вел белую Вольво по дорогам города неспешно, аккуратно, постоянно контролируя состояние Насти.

- Тут близко парк есть, можно прогуляться, если хочешь, - предложил он. - Погода, вроде, позволяет.

- Да, было бы отлично.

Максим припарковался и помог Насте выйти из машины.

- Тут достаточно скользко, мне было бы спокойнее, если я буду тебя поддерживать, ты не против?

- Хорошо, - мягко улыбнулась Настя. - Я только распущу волосы, а то голова жутко разболелась, ты же не против?

- Нет, конечно, ты же знаешь, как я обожаю твои кудряшки, - Макс приобнял ее чуть выше талии, и они парой отправились в парк. Он смотрел, как пушистые снежинки путались в ее чудесных волосах, как падали на длинные ресницы и, чуть погодя, таяли. Так они дошли до белоснежной ротонды. Максим обнял Настю, и сильнее прижал в груди, он склонил к ней голову, шумно вдохнул ее волшебный запах и почти шёпотом заговорил:

- Насть, Виталик и для меня тоже близкий человек, мы ведь с ним со школы, он мне как брат. Мне тоже очень тяжело без него. Ты всегда можешь со мной поговорить, мы не чужие люди.

- Я так виновата перед ним, - говорила она, уткнувшись в широкую грудь Максима.

- Никто не виноват, Настя. Такова жизнь, люди приходят и уходят. К сожалению, мы начинаем ценить их, когда уже поздно. Я рано столкнулся с первой потерей, поэтому я иначе смотрю на жизнь. Конечно, надо помнить о тех, кто ушел, но и хоронить себя раньше срока не нужно. Ведь мы-то живые! Мы должны быть счастливыми ради них, - он говорил, а Настины слезы опять начали свой бег. Вот он, ее мужчина, рядом, поддерживает ее, готовый помочь, готовый любить. Но простит ли он ее? Простит ли она себя?

- Максим, ты не все знаешь, ты не простишь меня.

- О чем ты?

Настя подняла голову, чтобы видеть его магические глаза цвета стали, такие родные, такие любимые. Она все еще боялась, не решалась сказать ему.

- Говори, я слушаю тебя.

- Я убила человека, Максим...

- Не понял. О чем ты сейчас?

- Мне очень нелегко говорить об этом, но это так. Ты не простишь меня. Мне нет прощения.

- Откуда тебе знать? И почему я должен прощать или не прощать тебя? У каждого поступка есть причина. Расскажи мне.

- Помнишь, я тогда улетела домой, когда Виталик погиб. Я ведь домашних не предупредила, никто не знал, что я возвращаюсь. Я зашла в квартиру, а там все о нем напоминает, понимаешь? Каждый угол, каждая вещь! Куда бы я ни посмотрела! Одним словом, я наелась какой-то дряни, я жить не хотела. Меня нашла бабушка, она пришла цветы полить и вызвала скорую. Как ты видишь, меня откачали, а нашего ребенка нет. Я убила нашего ребенка, понимаешь?

- Ты не говорила мне, что беременна, - не верил своим ушам Максим. Он всматривался в ее глаза, пытаясь найти в них ответ.

- Я не знала. У меня была небольшая задержка, но я не придала этому значения. Я узнала о ребенке уже в больнице, когда меня от таблеток откачивали. Я не знаю, смогу ли теперь иметь детей. Я ужасный человек, я убийца! – Максим сильнее обнял Настю, он целовал ее в кудрявую макушку и гладил по спине.

- Маленькая моя Настя, как же ты пережила это одна? Почему мне не сказала? Я бы помог, мы бы прошли это вместе. Ну, ничего, сейчас уже все хорошо. Я рядом, я с тобой, - Максим с таким теплом обнимал ее, а Настя прижималась к его крепкой груди, слушала его сильное сердце и оттаивала. Она снова ощутила себя защищенной, окруженной заботой и любовью. Может быть, правда, у них есть шанс быть все-таки счастливыми? Так хотелось в это верить.

- Слушай, я уже есть хочу, может, мы все-таки пообедаем? Можно у меня, я приготовлю что-нибудь сам, как раньше. Ты же любила мою еду.

- Еще бы, ты очень вкусно готовишь! Но мы уже все обеденное время прогуляли.

- Ничего, сейчас позвоню в офис, отменю встречи. Поехали, накормлю тебя, - Максим не верил в происходящее. Настя рядом, она, наконец-то, открылась ему, неужели, у них действительно есть шанс?