Людская предательница

Размер шрифта: - +

9. Всё пройдет, как с белых яблонь дым

      Тем же вечером Зевран ушёл. Джасти добавила в истории болезни такие пункты, как «давление» и «пульс». Потом обходила эльфов вместе с Мариэль и записывала новые данные. При этом держалась от Йорвета в стороне. Конечно, страх никуда не исчез, но сейчас она просто планировала подойти к нему позже и разом убить всех зайцев: рану прочистить, антибиотики вколоть и опросить…

      Мариэль очень нравилось измерять давление. Ещё бы! Это первый раз, когда студент мог так близко познакомиться с внутренним миром человека. Ведь с помощью стетоскопа она не только слышала пульс, но и могла ощутить давление крови на стенки сосудов.

      Помимо этого, сестра расспрашивала Исенгрима о том, что же за дурные вести принёс Леголас. Услышав известие о гигантских пауках девушку передёрнуло: будучи больной арахнофобией, сестра и думать боялась о гигантских! пауках. А если они сюда придут? Да она тут же коньки отбросит.

      — Антиванские Вороны — гильдия убийц и шпионов, — объяснял Исенгрим. — Они по праву считаются лучшими королевскими воинами. В случае чего серьёзного, владыка пользуется именно их услугами. Не удивительно, что Трандуил отправил Воронов поддержать деревню.

      — Мне показалось, что Йорвет и ты не очень-то жалуете их.

      — Есть такое, — кивнул переводчик. — Нам, обычным эльфам, приходится быть пушечным мясом в таких сражениях, как с людьми, Вороны же считаются элитой и своими бойцами просто так не разбрасываются. Их никогда не пошлют в открытое сражение с орками или с Dh'oine. Однако, задания им порой дают сложнее. Но всё равно…

      Джасти посчитала это глупым оправданием враждебности и окунулась в работу, думая о своём животе. Он побаливал с самого обеда. Дело было в двойной порции мяса, что она уплела, но это заставило девушку задуматься о питании, которое предоставляют её пациентам. Оно неблагоприятное для них, несмотря на свою полезность. Организм раненых и без того тратит слишком много сил на регенерацию, а тут его ещё заставляют переваривать столь тяжелую пищу. Джасти поднимет эту тему завтра, когда хорошенько её обдумает.

      — Мариэль, вколешь кетонал всем тем, кто попросит, — скорее не попросила, а поставила перед фактом. Всё равно эльфийке это нравилось, и она не откажется. А вот для Джасти наступило самое сложное — подойти к Йорвету.

      Пока Исенгрим переводил человеческий язык, девушка собрала в неглубокий тазик, который стал служить лотком, все нужные ей вещи и медленно стала подходить к своей цели. Переводчик внимательно следил за одноглазым, готовый броситься на выручку, но тот не шевелился, лежа спиной к сестре.

      Она прокашлялась — внимания никакого. Она позвала его. Он так же проигнорировал её слова. Пришлось обойти кровать и поставить тазик на тумбочку, беря марлевую салфетку и обмачивая её в спирту.

      — Я очищу твою рану от гноя, хорошо? — спросила она, боясь взглянуть в лицо одноглазого.

      Но ответа не последовало, а Исенгрим не удосужился перевести её слова. «Что ж, на счёт «три» беру себя в руки и смотрю на него. Раз. Два…». Йорвет поднялся и принял сидячее положение. Но это было так резко и неожиданно, что Джасти в секунду отпрыгнула от него в сторону. Нет, это не было новой попыткой убийства, как она думала, он просто сел на кровать и смотрел куда-то вперёд безучастным взглядом. Где-то послышались смешки.

      — М-можно? — неуверенно спросила девушка, возвращаясь на своё место.

      — Давай уже покончим с этим, — грозно произнёс эльф. Этот зараза, оказывается, неплохо говорит на её языке.

      Получив зелёный свет, она села на кровать рядом с ним, и боец повернул к ней своё изуродованное лицо. Рана не страшна, сестра видела и похуже. Но вот взгляд… Она готова была провалиться сквозь землю, убежать, исчезнуть… Всё что угодно, только не видеть той ненависти, которую она получила в этом беззвучном мужчине.

      Джасти осторожно коснулась салфеткой его глаза и так же осторожно попыталась смыть гной, но то и дело приходилось надавливать сильнее, дабы выудить капельки из самых глубоких мест в впадине, где когда-то был второй изумрудный глаз. Пару раз Йорвет поморщился, но не издал ни звука. А девушка, сменив уже пятую салфетку, закончила лишь когда весь его ожог — от брови и до самой губы — был чист.

      — Я наложу повязку, но менять буду каждый день, — неизвестно зачем произнесла девушка. Быть может, не хотела, чтобы эльф видел в её движениях угрозу? Хотя, для него вся она сама и есть угроза… Наверное.

      Он не отрываясь смотрел то на руки, которые брали бинт и чистую салфетку, то на её лицо. Мурашки по коже. Как Джасти была счастлива встать с кровати, дабы удобнее обмотать его голову и пол-лица бинтами. Только бы больше не встречаться с этим ядовитым взглядом.

      Накладывая повязку, сестра задумалась о положении Леголаса в обществе. Порой даже самые лучшие друзья не могут придти к единому мнению, отказываясь наступить на шею гордости или принципов. А тут этот, казалось бы, необузданный мужчина так скоро сдался перед голубоглазым эльфом. Быть может, её похититель был куда больше, чем обычным воином. «Надо будет поинтересоваться у Исенгрима». Но завтра. Все дела она оставляла на завтра, уж больно устала сегодня.

      — Тебе вколоть обезболивающее? — спросила девушка Йорвета, закончив с повязкой. Тот же молча лёг обратно на кровать и повернулся к ней спиной. Ответ был дан весьма понятно. — Но антибиотик всё равно придётся.

      Достав из тазика нужную ампулу, Джасти ловким движением руки открыла её, набрала в шприц и обошла кровать. Руку, разумеется, он протягивать не собирался. Пришлось взять себя в руки и медленно, боясь раззадорить спокойного льва, взяла его за кисть и потянула на себя, оголяя вены. Хоть и не они были её целью, но девушка мысленно отметила, какими же хорошими они были… в медицинском смысле. Обработав поверхность, сделала инъекцию и поспешила убраться от Йорвета подальше. Мужчина как лежал, так и лежит, даже не шелохнувшись.

      — Мне нужно сменить твоё постельное бельё и обработать кровать, — сказала она и замерла в ожидании его реакции, но тот был глух.

      Делать нечего. Сказано — сделано. Джасти выбросила использованный материал и попросила Исенгрима принести сменные простынь, наволочку и пододеяльник.

      Мариэль как раз закончила с уколами и пересеклась с Джасти у мусорного ведра. Сестра украдкой взглянула на неё. В девушке что-то изменилось. Лицо продолжало отражать усталость, но теперь в этих красивых голубых глазах можно было заметить тень печали. Эльфийка была чем-то расстроена, а сестра заметила это только сейчас. Даже как-то стыдно стало. Вот вечно так! О больных думаем, но здоровых не замечаем.

      Вскоре принесли ужин, Исенгрим доставил чистое бельё, и, стоило Джасти подойти к нему, как он прижал чистые ткани к себе.

      — Я сам это сделаю, — проговорил он. — Не нарывайся лишний раз.

      — Спасибо, — искренне сказала девушка. — Скажи Мариэль, чтобы ложилась спать. На ней лица нет.

      — Не удивительно, — пожал плечами юноша. — Она хочет повидать родных, беспокоится. Особенно после новостей о пауках.

      — Так её дом в той деревне, что рядом с нами?

      — Ну не то чтобы совсем рядом, — Исенгрим подошёл к кровати Йорвета. — Надеюсь, мне не придётся тебя ещё и поднимать, — после этих слов мужчина встал на ноги и, сложив руки на груди, внимательно стал наблюдать за действиями своего товарища, пока тот продолжал свой ответ: — Пешком идти примерно сутки. Но да, это её родная деревня. У Мариэль остались там отец и мать.

      — Так почему бы ей не навестить их?

      Вполне нормальный вопрос, за который Исенгрим удостоил девушку любопытным взглядом. Но потом тут же нахмурился и вернулся к своему делу:

      — Раньше ещё можно было бы. Но теперь опасно. Да и её задача – оставаться здесь и помогать тебе.

      — Да брось ты. Самая тяжелая работа выполнена. Теперь осталось только следить за здоровьем ребят да колоть те или иные средства.

      — Ты её так просто отпускаешь? — не без удивления уточнил эльф.

      Джасти невольно усмехнулась его реакции и, переведя взгляд с него на Мариэль, тихо, с печалью в голосе сказала:

      — Это я тут пленница, а не она. Мне не чужды её чувства. Я прекрасно понимаю, каково это, быть вдали от друзей… — поняв, насколько она сейчас жалостливо выглядит, будто пытается заставить других жалеть себя, быстро добавила: — … семьи и родных. — Хотя это мало чем помогло.

      Исенгрим быстро, но не сказать, что аккуратно, застелил постель Йорвета, а когда отошёл, одноглазый нехотя вернулся обратно на кровать. Вот уж кто точно всем своим видом пытался показать, как ему здесь плохо в обществе человека.

      — Хорошо, — Исенгрим поднял грязное бельё и, проходя мимо Джасти, кивнул ей. — Со дня на день должна приехать повозка с продуктами. Попрошу их сопроводить Мариэль домой.

      — Что за повозка?

      — Её родная деревня поставляет нам продукты. Или ты думала, что еду мы тут себе наколдовываем сами?

      Нечасто на изуродованном лице Исенгрима можно было увидеть улыбку, но именно её он и показал сестре. Эльф вышел из лазарета и направился к скамейке у прачечной, а девушка сама не заметила, как вышла за ним следом.

      — Я бы не удивилась, — честно сказала она. — Кстати, надо поговорить о еде…

      Джасти и Исенгрим не торопились возвращаться в провонявшее спиртом здание. Они неплохо устроились у ближайшего дерева: пока сестра объясняла о вреде и пользе «больничной» еды, эльф облокотился о ствол векового дерева и, будто бы не слушая, смотрел куда-то в небо. Изредка он кивал, задавал, казалось бы, глупые вопросы, но на них Джасти отвечала с терпением и пониманием.

      — Знаешь, а ты не так плоха, как мне показалось в первый раз, — вдруг произнёс Исенгрим.

      Нет в мире ни одного слова, которое бы в точности описало то, насколько удивилась девушка. Она хлопала глазами, смотря на безмятежное, повернутое куда-то вверх, лицо, и слегка улыбнулась. Хотелось бы сказать какую-то колкость, остроумную фразу, которая, как в фильмах, полностью охарактеризовывает героя, даёт ему какую-то изюминку. Но, пока она размышляла, момент уходил. Джасти произнесла первое, что пришло в голову:

      — Да и ты ничего.

      Исенгрим улыбнулся.
 



Sayar

Отредактировано: 17.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться