Магическая Академия: Последняя из Рода Теней-2

Размер шрифта: - +

Глава 13: Раб страстей

Вот и сбылись пророчества нянюшки: теперь в глазах общества она - падшая женщина, и любое безродное ничтожество, вроде королевской ищейки может намекнуть ей об этом, не оглядываясь на приличия.

Отныне с ней  не станут церемониться, и даже благородное происхождение больше не защитит от допроса при помощи магических артефактов. Да, они не решились усадить ее на тот самый трон, но у Ивари не было поводов сомневаться, что спасло от этого лишь своевременное вмешательство Денвори.

Приложив холодные ладони к пылающим щекам, Ивари устремилась к открытой галерее. Сейчас ей хотелось оказаться как можно дальше от ректорской башни, трона покаяния, ищеек и Крайна. Она просто не выдержит его самодовольной ухмылки.

Сделав глубокий вдох, графиня накинула плащ, и быстрым шагом направилась к выходу. Гроза не заставила себя ждать. Темные тучи пролились холодным осенним ливнем, и резкие порывы ветра бросали ледяные капли в лицо. Справа  слышался недовольный шум взбунтовавшегося моря, и яростное шипение волн, бесславно разбивающихся о каменные выступы волнорезов, тонуло в неумолимом гуле дождя.

«Точно море поссорилось с небом», - внезапно подумала Ивари, и эта мысль показалась ей до нелепицы забавной. В буйстве стихий виделось нечто умиротворяющее: человеческие дела представляются мелкими и незначительными. Что людские слова и осуждение в сравнении с силой моря, разрывающего в щепки рыбацкие лодки? Успокаивая себя этими мыслями, Ивари отошла от края галереи, стараясь двигаться как можно ближе к центру – там, где виделась сухая полоска мозаичного пола.

  Ветер растрепал прическу, и длинные пряди упали на лоб, когда графиня все больше ускоряя шаг, уже бежала по арочному мосту. Впереди темнел выход, и Ивари, чувствуя легкое головокружение, вдруг вспомнила, что убегая от ищеек и Крайна, оставила сумку с зельями в том самом зале… Но возвращаться нельзя. Пес с ней, с сумкой! И с письмом тетушки, которое осталось в ней.   

Когда уже пройдут эти приступы? Что там говорила Олли?

Привалившись к стене, она сжала пальцами виски, точно это могло помочь  преодолеть внезапно накатившую слабость.

«Хотя бы тошнота не мучает, - подумала она, закрывая глаза, - Быть может, полное выздоровление уже близко? Нужно поскорее добраться до лекарского крыла и постараться никого не встретить».

Несколько глубоких вдохов, казалось, помогли прийти в чувство, но приступ дурноты никуда не делся. Стараясь держаться ближе к стене, Ивари двинулась в сторону черной лестницы – судя по карте, что дал ей когда-то Салем, старые коридоры для прислуги опутывают академию пусть запущенными, но гораздо более короткими путями.

Она уже была готова войти в неприметную дверь, ведущую к лестнице, как сзади раздался раздраженный голос:

- Опять убегаете?

Подпрыгнув от неожиданности, Ивари больно приложилась локтем о каменный выступ, увенчанный бронзовым бюстом какого-то старика в нелепом  парике.

Денвори…  Как же не вовремя! Сердце пропустило удар. Все утренние обиды и ярость куда-то испарились. Осталась только усталость. Говорят, богиня  помогает смиренным. Стоит признать, что ей пока не хватает храбрости ему противостоять. Она его должница, и сопротивление лишь глубже погружает ее в эту трясину.

- Вы кое-что забыли, - сказал советник, приблизившись к Ивари. В руках Крайна  была ее сумка, и склянки внутри легко звякнули. Он опять был слишком близко, так, что графиня видела мокрые следы на плечах его камзола и чувствовала терпкий запах парфюма, смешанный с ароматом грозы. Она хотела было поблагодарить его за помощь, но не смогла вымолвить ни слова. От этой близости ей было неловко: в мыслях витали призраки ночных грез, опять нарастала тревога и необъяснимая слабость, пугающая еще больше.  

- Неужели вы так сильно меня боитесь?

Графиня подняла глаза, готовая встретиться с обычным насмешливым взглядом, но его не было. Нечто иное, недоступное, что ей вдруг захотелось разгадать, невзирая на растущий шум в ушах. Пространство подернулось дымкой, и Ивари, словно в отражении увидела свое побледневшее лицо и  расширившиеся от испуга глаза. Она видела свой образ – ускользающий, переменчивый, точно в тумане. Образ предательницы с невинным ликом и безжалостными глазами, в которых читается лишь презрение. И необходимость в ней пугает, пробуждает страх, перерастающий  в ненависть: растоптать, унизить, уничтожить… Она порождает в душе бурю, разрывающую сердце. Он опять мальчик, запертый в темной комнате. Тот, что в один миг потерял всех, кого любил.  

«Ты готов стать клинком в моих руках? – слышится вдалеке. - Не верь чувствам – все это только игра. В их глазах – ты – ничтожество, плод тьмы, - шепчет незнакомый голос, - но ты станешь моим клинком и обретешь силу. Лишь верность имеет значение - Ziurtatu Oraindik fidela!

Но никакие слова не могут унять горечь: она скопилась в сердце, она ощущается на губах, и что-то мокрое течет по шее…

Закашлявшись, Ивари открыла глаза, чтобы встретиться с полным ярости взглядом Денвори. О, Триединая, что сейчас будет?!

Его движения были нарочито медленными, но графиня чувствовала, сколько гнева скрыто в этом мнимом спокойствии. Словно во сне она увидела, как он протягивает ей руку и зажмурилась в ожидании удара. И, казалось, это разозлило его еще больше.   



Яра Горина

Отредактировано: 22.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться