Магическое интервью

Глава 19

Новая встреча со старым знакомым

Внутренняя энергия, к которой обратился Дэнир, напоминала глоток живительной влаги в мертвом мире пластика и стекла. Яркая и теплая она сама тянулась к узору, созданному магом из маленьких искристых капелек. И он оживал  на глазах, наливался силой и нетерпеливо подрагивал, словно гоночная машина на старте. Однако оторваться от вида такой красоты меня, как ни странно, заставило скептическое замечание отца.
– Ну и где же здесь магия? Фокусники в цирке и то эффектней выглядят, когда достают из цилиндра кроликов или голубей, а тут ишь пару раз руками махнул – вот и все волшебство?!
Я с удивлением покачала головой. Неужели он это серьезно? Но по сосредоточенному лицу тут же поняла: папа, к сожалению, действительно не видит заклинание.
А маг все продолжал и продолжал вливать в него свою энергию. Линии рисунка тихо гудели от едва сдерживаемой мощи, и я понимала: еще совсем чуть-чуть – и она понесется к своей цели.
Неожиданно позади нас раздался громкий щелчок. Я вздрогнула. «Словно взвели курок», – пронеслось в голове. И действительно сразу же за этим звуком последовал выстрел.
От страха сердце ухнуло куда-то вниз, и я оцепенела, а уже буквально через секунду оказалась за отцовской спиной.
В зале послышались сначала едва различимый тихий стон, а затем и чертыхания – и я узнала голос Дэна.
Неужели ранен?! Я обернулась и увидела, как он зажимает на плече рану, а на рубашке медленно расползалось кровавое пятно. Всегда не могла выносить вида крови, вот и сейчас моментально почувствовала, как слабеют ноги и темнеет в глазах. «Только бы не потерять сознание», ­ мысленно взмолилась я и вцепилась в отцовскую куртку.
– Держись, дочка! – прошептал родитель, а затем продолжил уже более громко, обращаясь к прибывшим: – А не боитесь стрелять?! Ведь одно неточное попадание – и окно за нами разлетится вдребезги.
 – Дорогой мой Ральф, я уверен в меткости своих людей, – проговорил один из них, и его голос показался мне почему-то знакомым.
Я осторожно высунула нос и с жадным любопытством уставилась на незнакомцев. Несколько человек в защитных костюмах держали нас на прицеле, и только один, сложив руки за спину, совершенно спокойно покачивался с пятки на носок, словно находился сейчас в тяжелых раздумьях.
– Жаль… очень жаль… – наконец произнес он. – Не ожидал, что твой правильный взгляд на Магомирье мог так легко измениться на противоположный.
– А мне нет! – твердо ответил отец. – Никогда ведь не поздно признать собственные ошибки.
– Только не в твоем случае, – со вздохом произнес незнакомец.
Его рука потянулась к защитному шлему, и перед нами предстало бледное вытянутое лицо, тонкий, чуть длинноватый нос и аккуратная бородка. Да, все мои подозрения в одночасье подтвердились: это был друг нашей семьи – Джеральд Гарисон.
– Зачем тебе все это? – тихо произнес отец, указывая в сторону преобразователя. – Ведь, я уверен, в отличие от меня ты знал всю правду с самого начала.
– Хм… неужели не догадываешься? – а когда папа отрицательно покачал головой, продолжил: – Видишь ли, я долгое время изучал проблему возникновения так называемой магии в нашем мире, а также статистику спонтанных магических всплесков в мегаполисах и пришел к неутешительному выводу… – голос Гарисон едва заметно дрогнул и смолк, словно ему было тяжело произнести последующие слова вслух.
– Джер, я хочу знать все! – твердо проговорил отец.
– Верно, верно, прости. Ты и правда имеешь на это право, – и дядя Джеральд продолжил: – В итоге я пришел к страшному выводу: то человечество, которое когда-то пережило Великую Катастрофу, постепенно вырождается, уступая место новому виду – магам. А они, как мы с тобой знаем оба, несут в наш мир лишь хаос и разрушения, но главное они не поддаются никакому контролю. Я долгое время не знал, что мне делать, как остановить неизбежное, но затем встретил людей, которым так же небезразлична судьба человечества, как и мне. От них я и узнал секрет преобразователя, а чуть позже возглавил и весь этот проект, – Гарисон кивнул в сторону куба. – Вот ты и твои новые друзья наверняка думаете, что в этой системе самым главным элементом является сам куб? Но он выполняет лишь вторичную функцию.
– Не понимаю, – нахмурился отец.
Джеральд усмехнулся:
– И не удивительно. Ты ведь – военный, а не ученый, – и с гордостью произнес: – Там, за этой стеной, находится источник такой мощи, до которой новоявленным магам ни за что не дорасти.
– Что вы имеете в виду? – не выдержал Дэнир.
В ответ Гарисон презрительно поморщился, словно с ним вдруг заговорил таракан, но все же снизошел до объяснений:
– Куб всего лишь уничтожает свободную энергию, но главная роль в этом проекте всецело принадлежит не ему, а жидкости в резервуаре, вернее, тем испарениям, которые по воздухоотводам поступают из башни. Именно их воздействие и обуславливает то по-настоящему великое волшебство, которое происходит в Темной зоне каждую секунду, – но, заметив наши скептические взгляды, Джеральд не выдержал и продолжил уже более сердито: – Я сейчас говорю про мутации. Мы с моими коллегами задействованы в удивительном эксперименте, который по своей значимости ничем не уступает тем, что проводились до Катастрофы.
– Джер! – неожиданно рявкнул папа. – Преобразователь опасен, а магам, на самом деле, нет никакого дела до наших мегаполисов!
– Верно, однако это только пока Магомирье разобщено! – дядя Джер с ненавистью взглянул на Дэна. – Но если там подпишут мирный договор, опасность для мегаполисов многократно возрастет! Из-за этого несколько лет назад нам даже пришлось ускорить эксперимент.
«Надо же, а моя догадка о взаимозависимости внутренней политики Магомирья и роста Темной зоны только что подтвердилась!» – промелькнуло в голове, и я снова прислушалась, не желая пропустить ни единого слова из этого важного разговора.
 – Жаль, что ты пошел против нас, – между тем со вздохом произнес Гарисон. – Мне всегда не хватало человека, на которого я бы мог полностью положиться, и тут вдруг вспомнил о тебе и той трагедии, которая произошла в вашей семье. Вот и подумал тогда, что ты замечательно подходишь на эту роль. Только судьба, как видно, все решила по-своему и наделила твою дочь проклятыми способностями. Да-да, Шелла, можешь больше не прятаться, я давно знаю, что ты здесь. Честно говоря, мне очень жаль, что это случилось именно с тобой. Впрочем, уже ничего не исправить, – и дядя Джеральд развел руками. – А теперь…
Но договорить он так и не успел. Не знаю, как именно маг и отец сумели понять друг друга, при этом не проронив ни слова, но дальше они действовали довольно слаженно и четко. Правда, за остальными событиями я вынуждено наблюдала уже лежа на полу рядом с Ореллой, но тут уж ничего не поделаешь, о нашей безопасности беспокоились в первую очередь.
Я видела, как Дэнир ударил по дяде Джеру и его помощникам тонкой, ослепительно яркой плетью, и когда все внимание полностью сосредоточилось на нападавшем, отец бросился на одного из противников и ловко выхватил у него оружие. Но перевес сил по-прежнему оставался не в нашу пользу, вот я и решила исправить это досадное недоразумение. Быстро, пока на нас, как на существ слабых, хрупких и ни на что не способных кроме шоппинга (по мнению Гарисона и его прихлебателей), никто не обращал внимания, я аккуратно подползла к Орелле.
– У меня – энергия, у тебя – знания. Как думаешь, справимся? – и кивнула в сторону все еще висевшего в воздухе заклинания.
Девушка поняла меня с полуслова.
– А то! – хмыкнула она, а затем деловито уточнила: – У тебя резерв большой?
– Никогда не измеряла!
– Ладно, теперь вычислишь сразу на практике, – пробормотала она, а затем скомандовала: – Давай, концентрируйся на энергии!
Э-э-э… и я попыталась напрячься в поисках этого самого внутреннего источника силы... магии... энов....,  но…
– Да не так! – возмутилась Орелла. – Сконцентрируйся на том, чего ты хочешь достичь! На результате! Представь, каким получится узор, когда он наполнится твоей силой.
Ага! Кажется, в прошлый раз я именно так и поступила. Эх, где наша не пропадала! И для быстроты и надежности эксперимента закрыла глаза.
Да… на свое воображение я не жаловалась никогда, даже если иной раз приходилось высасывать материал для статьи из пальца, теперь же передо мной стояла и вовсе простая задача. А шум борьбы, ругательства и вскрики, которые, ей-богу, не шли ни в какое сравнение с нашими сотрудниками в редакции журнала, абсолютно не мешали полету фантазии.
Так… и перед моим мысленным взором возник уже созданный Дэном узор, но затем воображение добавило ему яркости, и знаки ослепительно засияли от притока энергии.
– У тебя получилось! – неожиданно громко прошептала Орелла, и я с любопытством распахнула глаза.
Как красиво!
Магический рисунок теперь искрился и в реальности, а еще рвался в бой к своей цели, словно цепной пес, на территорию которого пробрались воры.
«Вперед!» – мысленно скомандовала я, и сила ринулась сквозь стену. Стекло не выдержало такого удара и по нему поползла сеть тонких трещин, а затем оно и вовсе издало жалобное «дзынь!», и стена рухнула, осыпаясь на пол мелкими осколками.
В комнате тотчас послышались крики удивления, возмущения и злости, но сила уже сорвалась с поводка, и теперь никакой Джеральд Гарисон со своей свитой не смог бы ее остановить.
Энергия лавиной хлынула в соседний зал, по пути щедро одаривая все вокруг сначала легкой прохладой, а затем и самым настоящим холодом, под действием которого небольшое болотце теперь не то что не парило, но даже наоборот красовалось тоненькой корочкой льда. Да и над преобразователем больше не раскручивалась черная воронка. Нет, он сейчас совсем не напоминал машину, несущую угрозу, а скорее кусок холодного бесполезного металла.
– Безголовые девчонки, что вы натворили?! – рядом с нами застыли идеально начищенные туфли дяди Джера. – Едва не угробили весь проект!
– Ага! Эксперимент накрылся медным тазом! – нервно хихикнула Орелла.
– Да хоть кастрюлей с корытом! – пробормотала я, завороженно наблюдая за растущей на преобразователе гигантской сосулькой.
Единственное, что меня смутило в этой ситуации, ­ слове «едва», которое промелькнуло в словах дяди Джера. И я, извернушись, уставилась на него снизу в верх.
 – Да-да, принцес-с-са! – со злым ехидством протянул бывший папин друг в ответ на мой немой вопрос. – С нашим оборудованием температуру можно легко поднять до прежнего уровня, а саму стену восстановить в кратчайшие сроки. Жаль только времени. Теперь его уйдет куда больше, чем я планировал, но в конце концов это ведь не смертельно.
А я так и застыла с вытянутым лицом. Верить в то, что мы проиграли, не хотелось, но торжествующая ухмылка дяди Джеральда говорила сама за себя.
– Зря надеетесь! – неожиданно раздался голос Дэнира, и перед моим носом застыла его рука. – Вставай, Снежинка! Нечего отдыхать! – припечатал он. – Еще действительно не конец, и нас с тобой ждет много работы.
– А?! Что ты имеешь в виду?!
Честно говоря, голова сейчас совсем туго соображала, а мозги после такой психо-энергетической встряски мечтали свернуться в трубочку и забиться в какой-нибудь дальний угол.
– Шелли, соберись! Мы только остановили преобразователь, теперь осталось его уничтожить.
– Но как?
– Конечно же магией. Как ты там все время советовала? – и хитро прищурился.
Я?! Когда?! Не было такого! Но все же неуверенно протянула:
– Хочешь сказать «шарахнуть»?
– Вот именно! – его глаза весело блеснули.
Хм… кажется, Дэн все еще верит в нашу победу, так почему же я вдруг так растерялась и поддалась страху, хотя до этого не опускала рук даже в самых сложных ситуациях? Впрочем, в свое оправдание могу сказать лишь одно: еще никогда на моих плечах не лежало и такой огромной ответственности. Ведь именно от наших действий зависело сейчас не только само существование Темной зоны, но и будущее всего Магомирья.
– Да что вы можете сделать кроме этих ваших дешевых фокусов?! – губы Гарисон искривились в презрительной усмешке. – Ну заморозили вы резервуар с жидкостью, так что с того? Ведь на сам преобразователь ваши штучки не действуют!
Ага, все так и есть… вернее, до сих пор было… – уточнил Дэнир. – Но теперь, когда эта адская машина больше не поглощает энергию, мы можем использовать и личный резерв, и накопители.
 А затем я увидела в его руке уже знакомый шарик, в котором хранились эны.
Надеюсь, ты готова помочь наполнить новое заклинание?!
 Мое «конечно!» и чужое «вы не посмеете!» раздалось практически одновременно. А затем дядя Джер с еще большим возмущением заявил:
– Неужели не понимаете: это же последний преобразователь! Он сохранился еще со времен Великой Катастрофы.
– Вот я и не пойму, не уважаемый Гарисон, чем забита ваша голова, если вы собирались снова наступить на те же грабли?! – больше ни капли не церемонясь высказался Дэнир. – Как только вы могли забыть о последствиях подобных «великих и научных» экспериментов?!
– А у нас нет и не было другого выхода! – вскинулся наш оппонент. – Мы обязаны сберечь и очистить человечество от такой заразы, как магия!  
– Гарисон, – и Дэн тяжело вздохнул, – мир все равно постепенно меняется, и этого не остановит ни одна машина. Мне искренне жаль, что вы до сих пор не можете отказаться от устаревших убеждений. Но с этим уже, как видно, ничего не поделаешь, –  маг покачал головой и вытащил из кармана небольшой флакон, и вскоре его содержимое искристыми каплями застыло в воздухе. –  Я составлю заклинание, а затем мы наполним его энергией.
Да, это мне по силам! Но сможет ли сам Дэн справиться с заданием?
На залитую кровью рубашку я старалась не смотреть, однако про его ранение не забывала ни на секунду.
– Не волнуйся, пуля прошла по касательной, – признался маг, когда я не выдержала и поинтересовалась его здоровьем: – К тому же на мне зачарованная одежда, в которую Гвенда вплела заклинание исцеления, так что плечо почти не болит.
– Ага, как же! Тогда почему ты при каждом неловком движении морщишься, словно кусаешь лимон?
– Поверь, моя рана точно не смертельна, и она не помешает взорвать к чертям этот преобразователь, – убежденно проговорил Дэн.
От его слов Джеральда Гарисона буквально перекосило, и он с ненавистью уставился на мага, но Дэнир даже бровью не повел. Тогда этот умник перевел взгляд на меня, явно взывая к моей совести. Но я была как никогда убеждена, что мы все делаем правильно. И когда Дэн составил из капель небольшой круг, по центру которого располагалась странная закорючка, похожая на несколько соединенных петелек, я, ни капли не сомневаясь, обратилась к остаткам своего внутреннего резерва. Хм… надеюсь, энов хватит на самый громкий завершающий аккорд?!
Энергия потекла тонкими струйками к магическому рисунку, а когда он полностью напитался силой, я поняла, что чувствую себя словно фрукт из соковыжималки.
Заклинание задрожало от едва сдерживаемой мощи и ринулось в куб. На секунду очертания последнего будто поплыли в воздухе, затем раздался оглушительный взрыв, и куски искореженного металла сияющим фейерверком брызнули в стороны, а затем с рассерженным шипением застряли где-то в заледеневшем болоте.
– Кажется, получилось, – еще не смея до конца поверить в победу, пробормотала я.
– Ты – молодец, Снежинка! – улыбнулся Дэнир, обнимая меня за плечи.
И дикое напряжение, которое я до сих пор испытывала, отступило. Неужели я смогла… мы все смогли – и теперь Магомирье с его Темной зоной ждет мир-дружба-жвачка? Не-е-ет! Уж настолько наивной я никогда не была и прекрасно понимала, что еще много воды утечет, прежде чем хоть что-то изменится и восстановится в этом искореженном опасным экспериментом месте. Но первый шаг мы все-таки сделали.
– Идиоты! Какие же вы все – идиоты, – между тем зло процедил Гарисон.
– Ну спорить с тобой – пустая трата времени! – вздохнул отец. – Но вот потолковать по-нашему, так сказать, «по-дружески» не помешало бы! А уважаемый маг мне в этом наверняка поможет? – и он вопросительно взглянул на Дэнира.
– Конечно! Не откажусь от такой «увлекательнейшей» беседы.
Гарисон насторожился:
– Что вы задумали?
– Ну а это уже обсудим у тебя в кабинете. Думаю, мы обнаружим там еще много чего интересного, – и отец кивнул бывшему другу на выход.
– Не думал, что мы с тобой когда-нибудь окажемся по разные стороны, – признался Гарисон, отворачиваясь от него.
– Эх, Джер, мне тоже никогда такое даже в голову не приходило, – едва слышно пробормотал отец.
Каким же в тот момент он казался разочарованным, впрочем, тоже самое чувствовала и я. Давнее приятельство, совместные шахматные турниры, прогулки в парке по выходным, подарки на праздники (да-да, я до сих пор помнила ту красивую куклу в золотистом платье, которую вручил мне однажды дядя Джеральд, или старинный клинок, который отец хранил у нас в доме на самом видном месте). Об этом человеке у меня хранились только светлые воспоминания, а потом вдруг эта встреча через многие годы и Гарисон, готовый пожертвовать нами ради своих убеждений.
У меня в голове не укладывались эти два совершенно разных образа одного и того же человека, и я не знала, что же его так сильно изменило? А быть может он и вовсе не менялся? Может мы просто не знали его настоящего? И откуда вообще у Гарисона появились эти бредовые идеи о гибели человечества? Эх, вопросы и еще раз вопросы, на которые так сложно найти однозначные ответы.



Светлана Салтыкова

Отредактировано: 28.06.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться