Магия души. Дорога к трону

Размер шрифта: - +

Глава 4.1

После игры с сыном лорда, время бежало слишком быстро. Мальчишка преследовал Люду, заставлял играть снова и снова. Теперь девушка уже жалела, что всё-таки помогла ему. Но, всё же, в его глазах она видела отчаянное желание именно играть. Не обсуждать стратегии, не думать о том, что написано в этих проклятых книжках, которые он всё равно не понимает, а именно игра. Пусть и не детская, пусть ему королём точно не быть, но, если отец сдаст в магическую академию на факультет боевых дисциплин, то ему придётся ой как несладко. Лорд хочет сделать из него военного. По словам того же Экберта, в академии отбывают, когда исполняется двенадцать, срок обучения не может быть единым, всё зависит от способностей. Судя по всему, оставшиеся два года до поступления, дер Равенгер решил забить не практикой с любимым сыном, а сухой теорией.

А любимым ли?

Кто знает, что у этого мужчины в голове. Судя по всему, он действовал как хороший стратег. План, как представлялось Люде, выглядел следующим образом: так как жена его, почитаемая драконица, умерла, он с лёгкостью мог взять в жёны леди Миранду, пробиться к Его Высочеству, чтобы, когда тот взойдёт на трон, а сын отучится в академии – сделать его военнослужащим.

Бесспорно, благородно, но… Отправлять собственного ребёнка на войну? Даже если дать ему высокий чин или рыцарский сан, от смерти это его не спасёт. Как же так можно?

Проклятье, она снова думала эмоциями. И этот бархатный уверенный голос лорда снова проносился в голове. Было ей от этого плохо или хорошо, она не знала. С одной стороны, не зная кто он, как за лордом, она могла бы пойти. Решительный лидер, который обладает не только силой, но и хорошо просчитывает ходы? О таком некоторые страны в её мире только мечтают. Но она знала, кто он. И от такой расчётливости кровь стыла в жилах.

Он жесток.

Он не жалеет даже сына.

Казалось, именно с этими мыслями она смотрела на него и в момент завтрака и ужина, когда принц снова собирал их в своей «столовой». Лорд-советник обсуждал с ним что-то, о землях, кое-что о которых она почерпнула из удачно вынесенных из библиотеки книг. Сама Людмила молчала. Больше не хотелось говорить с мужчиной, а тот, казалось, начал обращать на неё больше внимания.

Чтобы расположить меня к себе, – пыталась продумать происходящее Люда. Внутри зрело только странное, но не беспочвенное чувство уважения. Он мог бы стать хорошим политиком. Но он уже отвратительный отец.

Под его взглядом она чувствовала себя мишенью бездушного лука, который стреляет сам по себе.

За книгами и играми с Экбертом она не заметила, как прошли два дня. Мурр, видимо, обиделся на собственную хозяйку, поэтому недовольно мяукал только изредка, когда девушка в очередной раз утаскивала у него очередной лист бумаги, чтобы сделать пару заметок о мире. И, всё же, как мало она успела сделать. До того самого дня. Дня, когда принц Винсент должен был отбыть в столицу и вернуться не раньше, чем на следующий день.

Утренние лучи заставили сонные глаза Люды распахнуться. Вместе с ними, её пыталась разбудить Анна. Женщина получила приказ от принца. На этих её словах Людмила неуверенно сглотнула. Неужели, он что-то узнал? Что-то, чем она выдала себя. По коже прошёлся холод, сон тут же улетучился, а сердце ушло в пятки.

Может, кто-то нашёл её заметки? Или лорд рассказал невесть что?

Может, он хочет взять её с собой, чтобы казнить вместе с тем убийцей?

Люда тряхнула головой, обвиняя свою паранойю. Такого быть не может. В любом случае, пока она не пойдёт – не узнает. Стараясь не бояться, она героически выдержала затягивание корсета на чернильном платье и опустив голову направилась в сад, где её уже ждал принц. Она, в свою очередь, чего ждать совершенно не понимала.

В голове уже роились мысли о плахе, о серьёзном разговоре, но вместо рассерженного наследника она заметила скучающего, смотревшего на расцвет Винсента. В его взгляде, несмотря на ту радость, с которой он обычно общался, теперь была тоска по чему-то или кому-то. Он встречал солнце думая совершенно об ином. В этот момент Люда обхватила плечи руками, понимая, что счастье его бесконечным быть не может. В этот момент с него будто слетела маска, за которой он прятался всё это время. Возможно, Миранда смогла бы рассмотреть это раньше, но не Люда. Теперь ей было жалко принца. Что он переживает? В нём виделась та же горечь, с какой Экберт рассказывал о том, что его заставляет делать отец. Они оба будто забыли о своём детстве, а от власти получали только проблемы, на которые их обрекли родители.

– Доброе утро, – Людмила попыталась улыбнуться, но у неё это получалось с трудом. Его печаль давила на неё, а почему – она не понимала. Может, лорд был прав, говоря, что она мысли эмоциями?

Нет. Это далеко от правды. Экберт и Винсент – исключения, подтверждающие правила.

Правда?

– Ты… Хотел меня видеть, – слова давались ей с трудом. Люде хотелось верить, что это снова маска и в следующее мгновение он найдёт в себе хотя бы искру радости, но этого не произошло.

– Да, – принц развернулся к ней и единственное, чего не хватало его лицу – это слёзы. В остальном не сопереживать ему было невозможно.

– Я вижу, тебе тяжело, – Люда сглотнула тяжёлый сухой ком, горло не слушалось её, а страх за своё будущее забылся. Теперь на первом плане оказалось волнение. – Ты не хочешь ехать?



Алиса Ханнберг ( Лиса Ханн)

Отредактировано: 23.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться