Магия души. Тропа к мечте

Глава 3.6

Он рассматривал её, казалось с ног до головы. Хмурые брови сошлись на переносице, а ткань ворота рубашки трепетала на ветру. Аля неуверенно стиснула зубы наблюдая за тем, как взгляд блекло-зелёных глаз сначала прожигал её макушку, затем оценил лицо, спускаясь ниже, к платью, «считал» информацию о положении в обществе, а после – вновь взглянул на её лицо.

При этом, лицо напуганное. Как вести себя в такой ситуации, Альбина не знала. Казалось, мужчина видит её насквозь и вскоре узнает самую её главную тайну. А он тем временем, стало быть, был сердит от того, что она узнала его секрет. Видимо, так далеко он ушёл лишь ради того, чтобы его никто не побеспокоил. И вот она, дама с лошадью. Если бы только всё было также романтично, как и в фильмах… Мужчина, конечно, привлекательный, но приближаться к нему было опасно.

– Кто ты? – разговор он начал первым, и нота была явно не самой радостной. – Ты следишь за мной?

– Н-нет, – Альбина прикусила губу, мысленно давая себе команду не паниковать. Сердце тут же встрепенулось, заставляя вспомнить не так давно услышанную мелодию. В ту же секунду стало спокойнее.

– Тогда почему ты притаилась за деревом?

– Длинная история, но мне нет смысла её рассказывать, ведь я не знаю, кому именно, – Аля воспротивилась, но это выходило скорее интуитивно. Она совсем забыла, что в этом мире есть понятие статуса и свободу-равенство-братство сюда точно не завезли.

– Почему ты считаешь, что я должен представляться той, что за мной следит? – судя по голосу и интонации, к мировой он был готов едва ли. К тому же, по осанке и манере, она поняла: по статусу он выше.

– Я не слежу! – в любом случае, Аля хотела оправдаться. И ничего не следит! Она же не тринадцатилетняя фанатка, а он… Мало похож на поп-идола.  – Говорю же!

– Правда?! – он развернулся и только теперь Альбина заметила то, чего не видела до этого.

Шрам.

Широкая полоса рассекала лицо. От линии волос она тянулась вдоль, к переносице, едва не задевая уголок глаза, а затем опускаясь ещё ниже, к щеке и исчезая где-то возле уха.

– Что случилось? – незнакомец сузил глаза, будто в обиде. Казалось, это его слегка задело. – Тебе не нравится моё лицо?

– Нет, я просто гадаю о том, где вы могли получить этот шрам, – правда. Врать Але не хотелось – она действительно задумалась об этом, и, будто зачарованная, подошла ближе к мужчине. Тот не противился.

– Ты не знаешь? – в его тоне проскользнуло удивление, но на этих словах Альбина остановилась. В паре шагов от незнакомца, чувствуя, как по коже бегут мурашки. Она не знает чего-то элементарного. Её могут рассекретить. Но дороги назад уже нет. К тому же… Что, если вспоминать о подобном ему больно?

– Не знаю, но, если вам не хочется об этом говорить…

– На войне, – два резких слова, опаливших любое стремление узнать что-либо ещё. Что же, поделом. Она зашла слишком далеко – вспоминать о том, когда были получены шрамы не лучшая задумка.

– Войне… – слово звучало таким незнакомым. Альбина не задумалась о том, что, скорее всего, он – военный. Только это слово. Ох, она даже не представляла, что значит оказаться на поле боя, но понимала, насколько сильно под кожу этого мужчины забились страдания.

Война – это не шутка.

Это – сотни мёртвых тел и тысячи покалеченных душ.

– Что тебя удивляет? – казалось, они должны были говорить о само собой разумеющихся вещах, но Альбина не знала, что за война и тем более не думала встретить человека, связанного с ней. Она видела ветеранов, но обычно одной беседой на девятое мая всё заканчивалось, а здесь… Что-то глубже, чем просто рассказ.

– Нет-нет, ничего. Я просто… – Альбина решила вернуться к игре на инструменте. – Очарована игрой. Я никогда не слышала подобного. Это… Волшебно. На секунду мне показалось, что я забыла, как дышать и этот инструмент возвращает меня в то время, когда я ещё умела играть на… Неважно. Это было слишком хорошо, чтобы не остановиться и не проникнуться.

Кажется, эти слова ей не принадлежали. На неё вдруг обрушилось короткое воспоминание о музыке. Она не контролировала речь, как бы странно это не звучало. Звук следовал за звуком, слово за словом. Она не замечала даже того, как незнакомец невольно улыбнулся, наблюдая за её реакцией. Такая чудная, так сильно любит музыку и даже не может совладать с собой, когда дело доходит до того, что тронуло её душу.

– Что это? – опомнившись, Аля указала на инструмент в его руках. Выглядел он необычно, будто кто-то выложил в ряд несколько труб, соединил их между собой и отрезал так, что следующая была короче предыдущей.

– Сиринга, – название ни о чём ей не говорило. Она до сих пор удивлялась. Разве можно передвигать губами так быстро, чтобы попадать во все трубки? Одно дело фортепиано – там в распоряжении десять пальцев, а тут только губы.

– Как… Как на ней возможно играть?