Магия души. Тропа к мечте

Размер шрифта: - +

Глава 11.3

Альбина не знала, почему бросилась за Нантаром и Анфией. Казалось, что-то внутри подсказало ей, что так будет правильнее. Возможно… Что, если брукса ранит мужчину?

Нет, это невозможно. Лорд дер Теот – сильный маг, с которым подобного не произойдёт. Однако, от одной мысли о том, как на теле мужчины появляются кровавые раны, по коже пробежался холодок.

Девушка даже не заметила того, как оказалась у Рва смерти. Однако, стало быть, никто её не замечал. Нантар был увлечён иным – он крепко сжимал в руках цепи, которые накинул на бруксу. А та… Что же, та оказалась на краю, где ещё шаг – и она падёт в бездну. Казалось, если он отпустит, Анфия повторит судьбу той самой женщины, из-за которой этот ров и появился.

– Ты ведь не думала, что сможешь убежать, правда? – его голос вновь отдавал сталью, от которой леденела душа.

– Если бы я об этом не думала, я бы не сбежала, – брукса зашипела, ощетинились длинные белоснежные клыки, от одного вида которых Альбине расхотелось подходить ближе. – Отпусти меня!

– И куда же ты пойдёшь, если я отпущу?

– Я вернусь и сознаюсь во всём.

– Тогда тебя казнят, лишат жизни, – Нантар сузил глаза, чувствуя абсолютную беспомощность Анфии. Она не понимала, что говорит, поэтому пыталась оправдать себя, ещё сильнее зарывая в яму. – А свою нынешнюю ты любишь слишком сильно.

– Тогда я прыгну! Ослабь цепи, и я прыгну просто в ров! Колья пронзят моё сердце и ни тебе, ни твоей любимой, ни твоим обожаемым детишкам проблем больше не будет!

Аля сжала руки в кулаки, потому что знала: теперь пред ней предстала истинная Анфия. Она больше не говорила о том, что любит своих детей – в её глазах вспыхивала первородная, дикая и необузданная ненависть, будто сами дети были виноваты в том, что их взяли в такую семью. И от этого в жилах стыла кровь. Неужели, неужели возможно ненавидеть детей настолько?

Возможно.

Альбина оглянулась на Нантара – тот едва сдерживал злость. По ярким, сверкающим синим пламенем цепям уже струились крохотные всполохи тёмной магии. Он ненавидел. Также сильно, как и Анфия. Однако, его ненависть казалась оправданной. Мужчина не наслаждался тем, как его мышка наконец оказалась в клетке. Всё, чего он желал – это воздать ей по заслугам.

– Ты не прыгнешь, – маг покачал головой, однако цепи не ослабил. Мужчина явно ей не доверял.

– С чего ты это взял?! – зубы щёлкнули от столь сильной злости, что Альбину пронял холод. – Или ты думаешь, что я настолько беспомощна, что не смогу и этого сделать?!

– Ты слишком любишь эту жизнь, поэтому, как только я отпущу, ты убежишь в чащу. Так что сейчас мы вернёмся назад, и ты получишь то, чего заслужила.

Нантар дёрнул за цепь, но, лишь только он стал ближе к Альбине и уже вознамерился с помощью магии быстрее вернуться во дворец, как послышался вой. Словно раскаты грома, громкие звуки рассекали воздух.

Альбина попятилась к дереву. Она стала осматриваться, с ужасом ожидая объяснений от Нантара, но тот пребывал в таком же замешательстве. Однако, в отличие от девушки, он прекрасно знал, что происходит.

Из-за края рва показалась морда. Огромный череп, напоминающий…

– Дракон! – Аля не столько кричала, сколько удивлялась происходящему. В нескольких метрах от неё, над землёй возвышался огромный ящер, красивее которого она не видела ещё никого. Белоснежная чешуя переливалась на ярких солнечных лучах, а в стальных глазах читалось единственное чувство, который испытывал каждый из них.

Ненависть.

Он поднялся прямо над Анфией, рассматривая её взглядом, полным злости. Холодные будто лёд, они наблюдала за тем, как брукса мечется в страхе. Она стала двигаться, пытаться освободиться от цепей, но маг слишком крепко затянул цепи.

– Нет! Ты, маленький ублюдок, я запрещаю тебе это делать! – она что-то знала. Знала, чего хочет дракон, и поэтому бросилась к Нантару.

Но не успела.

Дракон раскрыл пасть, формируя небольшой огненный шар. Не прошло и секунды, как шар вспыхнул искрой и разразился потоком пламени. Потоком, направленным на Анфию.

Женщина взвыла. Её громкие, напоминающие рёв тигрицы вопли, казалось, разлетались по всей округе. Кроны деревьев подхватывали эти звуки и разносили по всему лесу, не давая и шанса скрыться.

Альбина закрыла глаза, понимая: ни видеть, ни слышать этого она не может. Этот дракон, кем бы он ни был, пытался сжечь бруксу. Нет, он не желал припугнуть её – он её убивал. Убивал, словно вынося ей смертный приговор лишь по своей воле. Однако, сквозь возгласы боли и мучений, Аля не слышала раскаянья. Казалось, Анфия была готова умереть вот так, прижимая к сердцу свои идеалы, свою ненависть и злость, от которой становилось тошно всем вокруг. Это и стало её ядом.

И, всё же, наблюдать за этим девушке не хотелось. Пусть брукса принесла и детям, и Нантару, и ей самой много боли, смотреть на мучения она не желала. Ей было бы достаточно того факта, что женщину казнят. Однако, дракон решил учинить самосуд, прожигая каждую клетку её организма огнём, а возгласы, раскатом эхо, терзавшие слух, казалось, не утихнут никогда.



Алиса Ханнберг ( Лиса Ханн)

Отредактировано: 07.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться