Магия печатей

Глава 10

Не зная, что брать на занятия с ректором, я взяла альбом чистой бумаги и перо, которое работало по принципу наших перьевых ручек с контейнером для чернил, поэтому не было необходимости всегда носить с собой большую банку с чернилами.
    В назначенное время я постучала уже в знакомую дверь. Никто не ответил. Поэтому, повторив попытку с тем же успехом, я встала возле двери ждать, когда хозяин вернется.
    Через некоторое время дверь отворилась, вернее, распахнулась и с треском стукнулась о стену, и из нее вышел недовольный тер Гред в боевой ипостаси. При этом кожа его стала полностью черной, рост увеличился примерно на метр, вторые рога завивались и уходили назад. Кожистые крылья развевались черным плащом за его спиной. Увидев такую махину, я машинально сделала шаг назад, чем привлекла внимание горгульи. Он резко развернулся в мою сторону и ощерился клыками. Мне стало страшно, поэтому, скорее интуитивно, чем специально, я перешла в боевую ипостась некроманта. Тер Гред, ругнувшись, схватил меня и телепортировал нас в небольшой зал.
    От его быстрых движений я еще сильней напугалась и, когда меня отпустили, постаралась отступить как можно дальше от этой махины.
— Успокойся, — между тем тер Гред начал принимать свою обычную форму, которую я видела при нашем знакомстве, — тебе необходимо высвободить силу, пока ты не навредила самой себе. Поэтому я перенес нас в тренировочный зал, стены, потолок, и пол здесь экранированы от магического воздействия.
    После его слов и изменения формы до меня стало доходить, сквозь стук, собственного сердца который заглушал все посторонние звуки, что мои ногти трансформировались в когти, а вокруг меня собирается черный туман, и это не добавило мне успокоения. Я сделала два шага назад, пытаясь уйти из этого плотного черного дыма, который клубился вокруг меня, но туман последовал за мной. Сердце бешено стучало, а легкие горели, им не хватало воздуха, я чувствовала еще чуть-чуть и я потеряю контроль.
— Так, смотри на меня, — дал указания ректор таким голосом, что я послушно подняла на него свои глаза. — Сейчас сконцентрируй свое внимание на мне.
    Я попыталась сделать так, как он сказал, было тяжело, туман застилал глаза, а виски сдавило плотным обручем от нехватки воздуха голова начала кручиться.
— А теперь сложи руки вот так, — и показал, как именно. Я постаралась в точности повторить, видимо, у меня получилось, потому что Архимаг продолжил: — Скажи: "Верто", концентрируясь на мне.
    Я попыталась, сосредоточится, на тер Греде, не размыкая пальцев, вытянула руки вперед и прошептала на грани сознания:
— "Верто", — после чего мой туман уплотнился, стал как бы утонченнее и сложился в круглый серый рисунок, устремился, на тер Греда. Он же в свою очередь стоял неподвижно, а заклинание, срикошетив, ушло прямо в стену.
— Вот и отлично, — сказал ректор, оказавшись уже возле меня.
    Не знаю, что я сделала, но это отняло все мои силы, поэтому я чувствовала себя как выжатый лимон, но выброс силы отменялся, и села на пол с жадностью глотала воздух.
— Сейчас восстановишься.
— И что это вообще было? — возмутилась я, все еще тяжело дыша, мимоходом замечая, что ногти стали прежними и туман отсутствует.
— Ну, — если бы сама не видела, ни за что не поверила бы, как эта махина виновато отводит глаза. — Я немного вышел из себя, когда ты не пришла на занятия, — он смущенно посмотрел на меня. — Ведь ты действительно можешь мне помочь.
— Я вообще-то вовремя пришла, даже два раза стучала, — изумилась его поведению больше, чем словам.
— Это была ты? Я даже внимание, не обратил. А зачем ты стучала? — не понял он.
— Ну как, — я даже растерялась. — Принято же стучать, прежде чем получить разрешения войти, — по крайней мере, в военной я так и делала.
— Обычно стоит приложить руку к двери, и я узнаю, кто и с какой целью пришел, ну а вообще я ждал тебя, так что было не заперто.
— Мне-то откуда было знать, что надо руки приложить?!
— Ты не знала, — скорее для себя, чем для меня, сказал он. — Извини, я не подумал об этом.
— В военной академии подобного не было, да и в Критхене тоже, — бурчала я себе под нос, приходя потихоньку в себя. — Кстати, — вспомнила я. — А что я сделала только что?
— Ты пыталась упокоить меня, — хмыкнул он и сразу пояснил, увидев мое вытянутое лицо. — Тебе было необходимо избавиться от лишней силы, пока не произошел неконтролируемый выброс, и ты не навредила всем, кто был в радиусе двухсот метров. Энергию ты не умеешь дозировать, то на такое простое, по сути, заклинание бухнула почти треть своего резерва. Поэтому ты и чувствуешь слабость.
— Ясно, — я оценила свою неопытность, — Спасибо, что помогли.
"Хоть сами и были виноваты", — мысленно добавила я.
— Ну, не расстраивайся, ты здесь, чтобы научится управлять силой. Могу тебя порадовать, что своим заклятьем ты могла упокоить не одного зомби, а около двух сотен, и это большой показатель, — я вяло улыбнулась.
    Чего-чего, а дара некромантии я вообще не хотела. По моему мнению, совершенно бесполезное умение. Поэтому, пока я совсем не погрузилась в свои мысли, надо было отвлечься:
— Мы печати снимать здесь будем?
— В принципе, можно и здесь.
— Раздевайтесь, — и только после того, как ляпнула, поняла, что сказала. — Э-эм, в смысле, рубашку снимите, пожалуйста, я попробую найти верхнюю печать.
— Я понял, — улыбнулся он, надо сказать, что улыбочка была жутковатой даже в полутрансформации.
    После того, как он снял рубашку, я принялась осматривать его, водя пальцами по коже, пытаясь не только увидеть, но и нащупать верхнюю печать. Как только мне это удалось, я пальцем проследила по коже, определив ее размер. Она оказалась среднего диаметра — примерно тридцать сантиметров. Поэтому, взяв перо и альбом, повернулась, опять к тер Греду, чтобы срисовать ее. И пока рисовала, предложила проставить автоматом все повторяющиеся предметы с военной академии. Ректор согласился с моим предложением и сказал, что изменит мое расписание.
    Он сидел неподвижно все это время. Поэтому проблем с перерисовкой не возникло.
    Далее я просто подцепила ногтем печать и потянула за край. От моих действий она стала растворяться, а вскоре совсем исчезла.
— Может, снимем еще несколько, если у вас есть время? — спросила я, увлекшись процессом.
    Он не ответил, лишь кивнул головой.
    Я успела нарисовать и снять еще около семи печатей, прежде чем почувствовала легкое головокружение.
— На сегодня достаточно, — сквозь зубы сказал, тер Гред, до этого сидевший все так же неподвижно. Одним рывком поднял себя с пола и пошел прочь из зала.
— Чего рычать-то, — не поняла я причины его неудовольствия. Собрала в сумку альбом и перо и повторила маршрут ректора, надеясь выйти из зала.
    Выйдя из зала, оказалась на улице, рядом не было ни души, но справа слышался отчетливый звук мечей. Тропинка как раз вела в ту сторону, поэтому я пошла по ней. Через сто метров возвышалась стена из леса, в которой единственным проходом служило отсутствие деревьев на пути у тропинки, по которой я шла. Выйдя из небольшого леса — всего метров десять или пятнадцать, я оказалась у края нашей спортивной площадки, на которой сейчас дрались мастер Мортон, и тер Гред. Оценив силу, скорость и навыки обоих, я пошла на ужин, на который и так опаздывала. Без еды оставаться не хотелось, хоть зрелище стоило того, чтобы задержаться и посмотреть.
    Сегодня в столовую я пришла почти последняя, моих прЫнцев уже не было, сев за свободный стол и принялась за еду. Быстро проглотив ужин, я побежала в библиотеку, мне не терпелось узнать, чем же наградили директора.
    Но меня ждал облом, книги по проклятиям и печатям начинали выдавать только с пятого курса или личного разрешения ректора. Понятно, что к последнему сейчас я не пойду, так что просто вернулась к себе в комнату.
    Письмо было только от Дара, он написал, что брат спрашивал про меня и что он ответил общими сведениями, которые можно узнать из личного дела в военной академии, пожелал мне удачи и сказал, если что случится — сразу писать ему. Я улыбнулась столь трогательной заботе обо мне, хотя немного удивилась, что про то, что я жена их дяди, он брату не сообщил, о чем я и спросила в следующем своем письме. Ну, интересно мне стало. Но, забегая вперед, скажу, что ответа на этот вопрос так и не получила, несносный мальчишка просто его проигнорировал.
    От Дамиана письма не было. Поэтому, выполнив все сегодняшние задания, я вымылась и легла спать, напомнив себе взять пропущенные лекции и задания за неделю, которую я пропустила.
 
    Следующие два месяца прошли весьма однообразно. Общалась я в основном с Миром, которого мне в пару поставил мастер Мортон на занятиях. Парень оказался очень общительный и улыбчивый. Получеловек, полу-горгулья, он унаследовал стихию огня, поэтому учился на огненном факультете. Рода он был не знатного, да и особо не стремился сдружиться с таковыми для своей выгоды. Говорил прямо, что думает, да и сарказм во всю цвел махровым букетом. А с таким манерами не быть тебе в любимчиках, тем более у власть имущих. Мы же наше общение начали с оружия и мечей и как-то незаметно продолжили его до вполне дружеских.
    Иногда пересекалась с Рамом и Диром. Поэтому была неоднократно свидетелем, на мой взгляд, одних из самых тупых подкатов к парням, которые вообще можно придумать. А так я была единственной девушкой, хотя, скорее, даже женщиной в их окружении, то многим дамам такое положение вещей явно не нравилось. И я, сама того не подозревая, стала изгоем у женского населения академии. Чем иногда меня подкалывал Мир, которого я познакомила с парнями. Они вполне мило общались, им, как и мне, доставляли удовольствие словесные пикировки с Миром.
    С директором насчет книги из библиотеки я не могла поговорить, так как еле успевала прийти на занятие вовремя. Как и обещал ректор, мне зачли все повторяющиеся предметы, но их тут же заменили, на основы магии, так что меньше заниматься я не стала, скорее наоборот.
    После того памятного случая они стали проходить в том самом экранированном зале. До него еще добраться надо было после лекции в основном здании, я же не могла плести печать телепорта. Он пытался объяснить мне, как дозировать силу для самых простых заклинаний, но к я все еще бухаю слишком много силы, видимо, мне не дано заниматься магией, у меня ничего не получалось. Тер Гред, злился, и мы переходили на работу с печатями, а вовремя этого он молчал и уходил сразу на полигон, где дрался с мастером Мортоном.
    Наблюдая его подобную реакцию, я решила для себя, что ему не нравится, когда к нему прикасаются, поэтому старалась как можно реже касаться его кожи.
 
    Совсем недавно, от нечего делать (читать законодательства каждый день надоело), я решила рассмотреть свои татуировки, и когда, наконец, я это сделала, то немало удивилась, так как на месте перьевого клубка Лима я увидела птицу. Даже не так ПТИЦУ, это было поистине красивое создание, несмотря на то, что проступала только в виде золотого контура, но даже так она была великолепна. Поэтому очень хотела поговорить с Лимом по поводу видоизмененной тату. Банально узнать, изменилась его тату или только моя.
    Засыпая в этот день, я очень долго лежала и сетовала на то, что очень неудобно мои тату находятся на спине, и я не могу наблюдать за тем, как они меняются. Да и просто любоваться такой красотой иногда было бы очень приятно. Каково же было мое удивление утром, когда обе мои татуировки непонятным образом оказались над грудью и частично, каждая заходила на плечо. Поэтому я чуть не опоздала на занятия, разглядывая их и пытаясь понять, как такое могло случиться.
— Ну что же, еще один повод поговорить с Лимом, — думала я, когда бежала положенные десять кругов разминки на утренней физподготовке. Дамиану писать первой не хотелось, а он мне так и не написал. От чего я обижалась на него как маленькая, но ничего с собой поделать не могла.
    На завтрак я постаралась прийти как можно раньше и быстро поела, чтобы успеть поговорить с Лимом. Поэтому, когда в столовую вошли мои парни, я уже отнесла поднос с посудой в мойку, чем вызвала их заинтересованные взгляды. Я хотела подойти с ними поздороваться, но тут в столовую зашёл Лим, окруженный своей свитой, и я поспешила к нему.
    Не обращая ни на кого внимания, я обратилась прямо к нему:
— Привет. Я бы хотела поговорить с тобой. Когда тебе будет удобно?
    Но вместо него ко мне подлетела чертовка, которая всегда была рядом с ним. Надо сказать, что она была очень красивой, не успела я открыть рот для приветствия, как мою щеку обожгло хлесткой пощечиной, которую было слышно во всей столовой, — не так больно, как обидно. Я в непонимании повернулась к Лиму, но чертовка опять завладела поневоле моим вниманием, произнеся следующие слова:
— Как ты смеешь, безродная, так обращаться к будущему правителю! — высокомерно выдала она.
— Тебе какое дело, я же не к тебе обращаюсь, — не думая, ляпнула я.
— Я будущая жена Лимонтериана, не смей разговаривать с ним человечка, иначе ты пожалеешь, — и, не размениваясь на пустые угрозы, чертовка сотворила огненную плеть. Я, не веря в происходящее, смотрела на Лима, который лишь отвел глаза, когда я посмотрела в них.
    Между тем передо мной оказались Рам и Дир, они явно пытались защитить меня, но я начала злиться от происходящего и, положив по руку на плечо каждого, тихо сказала им не вмешиваться.
— Точно, — усомнился Дир, выглядел он, как и Рам, очень недовольным происходящим.
    А тут еще и Мир подоспел и тоже влез в центр толпы, которая начала образовываться вокруг нас. Подобные зрелища тут были редкостью.
— Лим, — позвала я. — Так и будешь молчать? — я успела сказать последнее слово, как чертовка замахнулась своей плетью.
— Я вырву твой поганый язык, — зашипела она. Честно, я не знала, что я сейчас творю и как мне отражать заклятье плети. Я понадеялась, что огонь, как и в прошлый раз, не тронет меня, но проверить мне не дали — между нами с этой ненормальной возник из телепорта ректор и, схватив плеть за ее кончик, просто развеял.
— Козырева и гер Кротер, в кабинет, живо! — рявкнул он. Я, развернувшись на пятках, пошла на второй этаж, бросив последний взгляд на Лима, пытаясь вложить в него все свое разочарование, которое я сейчас испытывала. Мне было обидно, я не понимала, почему он так со мной поступает, сердце предательски ныло, на глаза навернулись слезы, но я загнала их обратно, еще не хватало реветь при этой помешанной.
— Разошлись, — все так же почти рычал ректор, разгоняя зевак. Никто не посмел ослушаться, поэтому столовая почти мгновенно опустела.
    На выходе меня догнал Дир и, сказав, чтобы я не переживала и, если что, они с Рамом заступятся за меня, сказав, что я не хотела своим поведением оскорбить ифрита, я только криво улыбнулась и пошла дальше, сейчас мне было тошно и больно, я злилась на Лима, не понимая мотивов его поведения.
    Поэтому, подойдя к кабинету, я почти перестала себя контролировать, и ректор без слов открыл для меня портал в экранированный зал, оставшись один на один в своем кабинете с Гер Кртер.
    Попав в зал, я не стала сдерживаться и для начала выпустила всю некроманскую силу путем парочки выпущенных "Верто". Но это несильно помогло, поэтому я просто разревелась, мне было так жалко себя, ну прямо до соплей, поэтому сидела и выла, жалея себя. После того, как слезы кончились, расстегнула мантию и черную рубашку, купленных мне Дамианом, этот факт меня уже злил жалость прошла. Один открыто пренебрегает без причин, второй вообще пропал. Хотя глубоко внутри могла понять Лима, но мог хотя бы просто поговорить со мной и все сказать сам мне в лицо.
    Я с ненавистью уставилась на так восхищавшую еще с утра птицу и зло сказала:
— Пошла прочь, — с силой провела другой рукой по татуировке. Не знаю как, но под моими трансформированными когтями татуировка сначала потускнела, а после осыпалась как пепел, что даже следа не осталось, не только на руке, но и на полу. Я, недоумевая и недолго думая, решила проверить на ирисах Даимана, но этот фокус не прошел, цветы остались на своем месте, и я только хотела попробовать поорать на них для пущего эффекта, как нестерпимая волна жара накатила откуда-то изнутри меня. Потом вторая и третья, не знаю, сколько их еще было, но уже на четвертой я не смогла сдержаться и закричала от боли. Я не могла освободиться от этого нестерпимого жара, мое тело выгибалось дугой, не в силах противостоять этой пытке. Кажется, я слышала, как лопается моя кожа. Мне показалось, что меня берут на руки, и я слышу голоса, прежде чем отключиться.
 
    Дамиантерлерьен ван Торцилиан
     Пока Тома была в академии, я старался как можно быстрее закончить все свои дела в семье.
    Пришлось рассказать все брату, надо было замять смерть Талии в Критхине. Рассказывать о своей паре кому бы то ни было, кроме брата, я не собирался, к тому же неясно, ограничивается ее дар двумя печатями или каждый, кто хочет, может соединиться с ней "одаренными детьми". Меня это не устраивало и раздражало, надо было как можно быстрее вернуться в академию и самому следить за ней.
    К тому же, мое отсутствие и присутствие Лима не как нужного наследника, а будущего правителя Критхена, меня также не устраивало. Еще не хватало, чтобы они завершили обряд. Я не намерен делить ее ни с кем!
    От этих мыслей в руке разлетелся записывающий кристалл с донесением от одного из моих подчиненных. Я с сожалением посмотрел на осколки на ладони и смахнул их. Надо затребовать повторный, вернул я свои мысли в нужное русло. Сейчас работа на первом месте.
 
    Шел уже третий месяц как Тома поступила в академию, а я заканчивал все свои дела, в начале следующей недели и собирался отправиться к ней.
    Экстренный сигнал от тер Греда, застал меня на совещании совета. Поэтому, предупредив брата, я немедля шагнул в портал и оказался возле своего друга, который держал мою Тамару, которая сейчас кричала и извивалась от боли.
    Тер Гред, буквально в двух словах описал ситуацию и, просканировав ее и ее ауру, я посмотрел на татуировки. Повернув Тамару спиной вверх, я не увидел ни одной. Что я тогда пережил, не описать словами: боль, разочарование, злость, обиду и целый калейдоскоп чувств захватил меня первый раз в жизни.
— Охренел! Ты чем занят, ее сейчас разорвет! — злой рык друга привел в чувства, и я посмотрел на свою татуировку, значит, связь все еще есть.
    Я быстро осмотрел ее еще раз и нашел ирисы на ее плече, второй татуировки не было.
    Почему тату были на груди, а не на спине, где я видел их в последний раз, сейчас было не то время и место рассуждать, а спрашивать тем более.
— Проверь, как там ифрит, я пока продержу ее на своей магии, — друг понятливо кивнул, так как наблюдал за моими действиями и, открыв портал, исчез в нем.
    Я начал наполнять ее своей магией, так как Тома умудрилась почти досуха исчерпать ее. В надежде, что она сдержит огненную лавину, которая стала в раз чужеродной и грозилась выйти наружу любым способом, а, точнее, просто сжечь свою бывшую хозяйку заживо.
    Тер Гред, вернулся через пару мгновений и рассказал о том, что мальца тоже неслабо покорежило, татуировка стала обычным рисунком, но не исчезла. Он велел доставить его в медпункт.
    Тем временем стало понятно, что вливание силы ничего не дает.
— Надо объединить ее с огневиком, чтобы огонь снова стал ее стихией, — выдвинул идею, тер Гред.
— Где мы сейчас такого найдем? — рыкнул я, глядя, как Тамаре становится все хуже.
— Давай я, — серьезно предложил друг.
— Ты согласен запечатать три остальные? Сомневаюсь, что малышка выдержит все стихии на себе, она этими-то управлять, еще толком не научилась.
— Согласен, — все так же серьезно сказал он. — К тому же, когда она очнется, то запросто снимет печать, — закончил он, хмыкнув.
— Если выживет, — еле слышно прошептал я, проведя ладонью по ее лбу и волосам. Она была горяча, как раскаленное железо кожа потрескалась и кое-где даже обуглилась, смотреть на ее тело было страшно.
    Дальше не стал медлить и наложил, три печати на тер Греда, после чего он сразу прочитал заклятье, и его бабочка синего цвета с серебряными прожилками легко устремилась к лежащей на полу девушке, мучаемой агонией магии.
    После того, как печать появилась на плече Тамары, агония пошла на спад, и уже через несколько минут девушка тяжело дышала, но ее жизни больше ничего не угрожало.
    Подняв ее на руки, мы переместились в лазарет.
— Спасибо тебе, — искренне сказал я после того, как мы устроили девушку на кровати и целитель начал ее осмотр. — Но обещай мне, что не завершили обряд, — я тяжело посмотрел на друга.
— Обещаю.
— Дальше я справлюсь, если что случится, я свяжусь с тобой, — и сел на стул рядом с кроватью.
— Ты не передумал о своем решении остаться в академии? — уточнил маг, прежде чем покинуть палату. И, получив утвердительный ответ, вышел из комнаты через дверь.