Майя

Размер шрифта: - +

Майя

Раннее-раннее утро. Сонные вскрики птиц. Конец августа, всё ещё лето, но первые краски осени уже проглядывают в зелени деревьев, предвещая скорые листопады, а воздух по-осеннему прохладен. Скоро взойдёт солнце и осень спрячется в зное летнего дня, чтобы предстать во всей красе, когда придёт время.

Август — удивительная пора. Здесь, на тихой улочке Бергена, взбирающейся по склону холма, в этот час особенно хорошо — аккуратные белые домики, замершие вдоль дороги тополя — всё дышит спокойствием. Вот оно, лучшее место в мире, — думает Вигге Альберг, выходя из такси. Он устал от долгого перелёта, однако вид родного жилища сразу же прибавляет сил.

В доме темно, лишь наверху, в мансарде, горит свет. «Должно быть Ларс опять заработался до утра», - думает Вигге. Ларс, его дядя, — художник, он часто рисует по ночам.

Вигге смотрит на часы, прикидывая, не забежать ли в гости, но решает, что пол-пятого — не лучшее время для визитов. В это время окно мансарды открывается:

— Вигге, привет! — машет рукою Ларс. — Как здорово, что ты прилетел. Поднимайся ко мне. Чаю будешь?

— Привет, буду, — отвечает тот, улыбаясь. Словно отсутствовал не полгода, а каких-нибудь полчаса. Так бывает всегда, когда он возвращается. Даже когда семью мотало по миру, как стаю осенних листьев, стоило вернуться домой (и увидеть знакомый силуэт в окне мастерской), как жизнь приобретала правильное положение, будто вставала на место сбитая стрелка компаса.

Ось жизни Вигге Альберга проходит через этот дом. Когда учишься на другом краю планеты, сложно бывать дома часто, зато при любой возможности он всегда прилетает сюда, как и сейчас, за неделю до нового (теперь уже последнего) учебного года.

Нашарив в кармане ключ, Вигге заходит в дом и понимает, что он пуст — слишком густая тишина окутывает его с порога. Не предупредив о прилёте, Вигге и не ждал бурной встречи, догадываясь, что семейство наверняка пребывает на даче, наслаждаясь последними летними днями.

На всякий случай, решив проверить, не ошибся ли в догадках, Вигге поднимается наверх (в сумерках, после долгого отсутствия, дом кажется немного чужим). Тихонько открывает дверь в детскую, где теперь обитает пятилетний братишка Маркус, и убеждается, что предчувствие не обмануло — в комнате никого.

Когда-то детская принадлежала им с Ленне. Воспоминания тех лет всё ещё находятся здесь: подушечные бои, шум, гам, сказки перед сном, игры с друзьями и та жуткая история, то ли сон — то ли явь, которая произошла, когда им было столько же лет, сколько сейчас Маркусу.

«Дёрни за верёвочку, дверь и откроется»,— всплывает в памяти, когда Вигге натыкается взглядом на зачитанную «Красную шапочку», забытую на кровати. Когда-то эта книжка тоже принадлежала им с братом.

Как давно это было...

 

* * *

 

Слякотное январское утро. Запах кофе и молочной каши. Время завтрака.

Агнес пила чай, прислушиваясь, не плачут ли близнецы. Кристер, отгородившись газетой, жевал сэндвич, дочь Анна размазывала по тарелке овсянку. Шкряб-шкряб, - разносилось по кухне, - шкряб-шкряб.

— Прекрати! — рявкнул Кристер, глянув на дочь поверх газеты. — Ешь или уходи.

Анна вспыхнула, швырнула ложку и с топотом убежала к себе в комнату.

— Не надо орать на ребёнка, — воскликнула Агнес.

— Не надо меня воспитывать! — Кристер отбросил газету и шмякнул на стол огрызок сэндвича. — Лучше детьми займись!

— Тебе тоже стоило бы ими заняться, — не осталась в долгу супруга.

Кристер выскочил в прихожую, схватил куртку, ключи от машины и... в этот момент в дверь позвонили. Кого ещё черти принесли, - подумал он, открывая дверь.

На пороге оказался Ларс с этюдником, сумками и девушкой. Кристер едва не присвистнул от удивления — вечно хмурый братец сиял как рождественская ёлка. Девушка рядом с ним выглядела вполне обычной, но было в ней что-то такое, от чего Кристер мигом расправил плечи и придал лицу дружелюбный вид.

— Привет, — сказал Ларс, — это Майя, моя жена. Майя, это Кристер, мой старший брат. Я кажется потерял ключи. Можно мы пройдём к себе через вашу половину?

— Конечно, — ответил Кристер и посторонился, пропуская их в дом. Из кухни показалась Агнес. Проходя мимо, Ларс кивнул, представил её Майе и повёл супругу наверх. Из своей комнаты выглянула и тут же спряталась Анна.

— Прямо и налево, — крикнул вслед Кристер.

— Я знаю, — ответил Ларс, не оглядываясь.

Тут Кристер вспомнил, что дверь, ведущая на другую половину дома, принадлежащую Ларсу, закрыта, достал из шкафчика ключ и бросился за ними.

— Бабник, — прошипела Агнес.

— Змея, — отозвался супруг.

В детской зарыдали малыши.

 

* * *

 

Вигге знает это время лишь по рассказам родителей. Ему с трудом верится, что между отцом и матерью были такие раздоры. А то, что отец и Ларс не общались — вообще в голове не укладывается. Но он уверен, если так было на самом деле, исправить ситуацию действительно могла только Майя.

 

* * *

 

Это был день, когда малыши рыдали не переставая. Агнес, качая детей, думала о недописанной диссертации. Карьера разваливалась на глазах. Также, как и семья. Муж искал повод исчезнуть из дома, дочь с каждым днём становилась всё капризней, а близнецов не выносила ни одна нянька. Впрочем, некоторым Агнес отказывала сама, как только Кристер начинал проявлять к ним повышенный интерес. Но это не успокаивало, она была уверена, что за порогом дома супруг пускался во все тяжкие.



Татьяна Охитина

Отредактировано: 06.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться