Мальчик голубых кровей. Испытание дружбой

Глава 4. Депрессия (часть 1).

Альбус Дамблдор гладит Фоукса и приговаривает: «Хорошо быть вольной птицей!». Когда заходит Снегг, директор даже не оборачивается, а лишь кивает ему. Зельевар останавливается напротив стола. И видит там разбросанные пергаментные листы. На каждом из них – колдография и личные данные. На самом ближнем к Северусу видна рожица Гарри Поттера. На втором – Невилла Долгопупса.

- Директор? – обращается к Альбусу Снегг. – Вы просили срочно зайти. Я здесь.

- Да, Северус, – с горечью выдавливает Дамблдор. – Я хотел тебя видеть. До тех пор, пока не узнал одну интересную деталь.

- Какую же?

- Ты соврал мне. В очередной раз.

Снегг в недоумении проходится по кабинету.

- Я не совсем вас понял, сэр?

- Ты пользуешься моим доверием, Северус. Слишком часто я замечаю, что людям при вседозволенности становится всего мало. И они становятся монстрами.

- Кстати, о монстрах, – с запинкой произносит Снегг. – В лесу найден мертвый единорог. Уже пятый за месяц. Альбус, я предупреждал.

- Что?

- Квирелл выпустил его...

- Я для чего тебе доверил дело Блэка? – Альбус оборачивается и грозно смотрит на профессора. – И до Квирелла мне сейчас нет дела. А вот, если ты не выполнил мою просьбу и Сириуса Блэка выпустили… То знаешь, что я с тобой сделаю?

- Директор, – ледяным тоном отвечает Северус. – Я выполнил вашу просьбу. И не надо на меня так смотреть. Сириус Блэк сидит в Азкабане.

- А если нет? – резко кидает Альбус. – Если, я видел его вчера на собрании? Ты ничего не хочешь мне сказать, Снегг?!

- Альбус, Мерлин с тобой, – качает головой Снегг. – Я уверен в том, что никто бы не стал ему помогать. И почему ты меня обвиняешь в этом? Ты с Минервой давно по душам разговаривал? Так вот, знай, что сегодня она едва не погибла.

- Как это?

- Волан-де-Морт напал на неё.

- Почему? – Альбусу становится не до шуток.

- Она защищала Поттера.

- Ну, это правильно, – одобрительно кивает старик. – Вот только, почему он напал так рано? Он же слаб.

- А я предупреждал.

- Молодец, – фыркает директор. – Премию получишь.

- Мне пришлось встать между ними, – злой Снегг опускает голову. – У меня могут быть проблемы. Я прошу отпуск, директор.

- Какой ещё отпуск, Северус! – орёт Альбус. – У нас сейчас обстановка как на вулкане. Никакого отпуска. И приведи мне Минерву. Сейчас же!

- Альбус! – мужчина подходит к старику вплотную. – Ты же знаешь Пророчество. Наизусть! Позволь напомнить: там говорится лишь о том, что как только появится наследник Слизерина, то Тот-кого-нельзя-называть обретёт свою былую силу! И ещё там есть слова о том, что этот наследник чистокровный!

- Северус, – успокаивающим тоном начинает Дамблдор. – Не так громко. Фоукса разбудишь. Давай по порядку.

- Началось, Альбус, – роняет Снегг. – Началось. Понимаешь? Мы можем опоздать, если будем сейчас выяснять, что и где, и как. Пора.

- Я понял тебя, – кивает Альбус. – Но теория насчёт того, что наследник обязательно должен быть чистокровным, мне лично не внушает доверия. Это слухи. А в Пророчестве сказано, что лишь плоть от плоти имеет полные права на владение черной магией. Тот, кто рискнет бросить вызов Величайшему Тёмному Колдуну, будет вынужден сражаться с собственным отцом, лишенный также и матери. Рожденный на исходе седьмого месяца… Но мы ведь знаем, что Гарри Поттер не может быть сыном Волан-де-Морта.

- А, если, может?

- Хорошо, тогда под это описание больше подходит наш юный друг Невилл, – Альбус садится в кресло. – Северус, родители Долгопупса были чистокровными. А у Поттера мать магглорождённая. Вот и думай.

- Тогда какого хрена ты всем внушаешь, что Поттер – Избранный?!

- Волан-де-Морт выбрал его. А не я, – разводит руками директор. – Если он ошибся, тогда…

- Тогда ты угробишь бедного мальчишку, – говорит Северус, складывая пергаменты в аккуратную стопочку. – А с Долгопупсом может выйти и совсем неприятно. Он же ничего не умеет. Узнай он сейчас, что является избранным, его инфаркт хватит и поминай, как звали.

- Нужно поговорить с Минервой, – опять повторяет Альбус. – Только она может знать о нём то, чего не знает никто.

- Ты доведешь и её, Альбус, – вздыхает Снегг. – МакГонагалл и так натерпелась за все эти годы. Вспоминать о Реддле ей непросто. Пожалей её.

- Ты сам сказал, что пора действовать. Она и только она знает, с кем и когда у Волан-де-Морта были отношения.

- Ты думаешь, что она им там свечку держала?! – выходит из себя зельевар. – Очнись! Он перестал ей доверять, как только ты упрятал его в Азкабан за убийство.

- Об этом знает и Сириус Блэк, – проговаривает старший волшебник, вертя в руке палочку. – Поэтому он не должен появиться здесь. Ты понимаешь меня? Если Блэк разболтает Поттеру о том, что и как случилось с его родителями, то пиши пропало.

- Если бы Блэк сбежал, то газеты бы пестрили новостями.

- Если бы я разрешал совам носить эти чертовы газеты, Северус, – откликается Альбус. – Но я думаю, что он будет пытаться выйти на связь с Поттером. Ты проследишь.

- Директор, – Снегга передёргивает. – Давайте без этих игрищ в шпионов. Прошу.

- Приведи мне Минерву, – снова повторяет Дамблдор.

Северус идет в преподавательскую комнату.

Ранее утро висит над Хогвартсом, как топор палача. Облака, скрывающие солнце, выглядят неестественно, словно кто-то напустил туманную дымку для того, чтобы спрятать что-то важное и ценное от людских глаз. Что-то, что нельзя увидеть сразу, но можно разглядеть, если очень захотеть. Снегг не сомневается, что это может быть метка.