Маленсаж. Бесценный олим

Размер шрифта: - +

Глава вторая. Город Лавр (часть 1)

Шел мелкий противный дождь.

Мы хотели свернуть за угол, но услышали крик:

– Девочки, девочки! Меня подождите! – это была Лена.

Я уставилась на Ольгу. Та ведь говорила, что люди ничего не видят, но Лена прошла в тайный город!

Лена увидела врата в иной Мир!

Лена была одета в черные штаны и синий свитер. Ее темные волосы были идеально уложены в каре на один бок. Но шел дождь, и скоро от ее прически ничего не останется.

– Вы – куда?

– Это ты – откуда? – спросила ее я с ноткой грубости.

– Я пришла к вам в гости и увидела, как вы в... Э... В таких шмотках вошли в кладовку. Что это за место? Здесь так холодно...

Ольга прервала ее:

– Долго объяснять. Раз увязалась – так не скули. Тебя никто не приглашал в наш поиск.

– Я так и думала. Вы пришельцы. И лев – это пришелец, он за Дарьяной приходил ведь, да? – добивала нас Лена.

Мы ей не ответили.

В этом Мире словно раскрывался мой генетический код. Я выпрямилась, я словно знала куда иду. Меня не пугали ни редкое освещение мерцающих огоньков, ни пустынность улиц. В окнах почти не горел свет. Я знала, что жители сбежали.

– Это мой город, да? – спросила я Олю.

– Да. Многих олимов пленили. Кто успел – тот уехал. Город охраняют только старые воины.

– Давайте зайдем в дом, согреемся. Может, мы там отыщем мне какой-нибудь плащ? – скулила Лена.

Я развязала капюшон и, сняв плащ, укрыла им нас двоих.

Оля грустно обернулась и предложила:

– Войдем в тот дом, – указала она на полуразваленное кирпичное двухэтажное здание, в котором не было ни одного огонька.

Филин заухал.

– Нет, пойдем вон в тот, – поменяла направление Оля, словно поняла, что вещал ей филин.

– Давай уже скорее! – нетерпеливо дрожала Ленка.

Ветер с дождем сбивал нас с ног.

Мы вошли в нетронутое темное здание.

Надо заметить, что все дома в этом городке были двухэтажные, многоквартирные, с широкими и высокими подъездами... И в то же время они казались древними, и чувствовалось, что здесь иная жизнь и своя современность. Наверняка при дневном свете город смотрелся бы более величественно, но состояние его в нынешнее время – плачевное. На улицах помимо луж валялся мусор вперемешку с кирпичами, отвалившихся от построек. Дороги, выложенные кирпичом, в некоторых местах разбиты или просто завалены хламом. Город был страшен, мрачен и пуст.

Мы двинулись в переулок, почти не освещенный огнями. Там нас чуть не сбил с ног сильный ветер. Он глухо выл, а дождь мешал смотреть вперед.

Фил, ухая, беспокойно летал над нами.

Первой остановилась Оля.

Я тоже остановилась и стала вглядываться вдаль. В конце улицы бледнели едва заметные фигуры духов. И только сейчас я поняла, что выл не ветер – это так громко ревели они!

– Вытьянки! – откуда я это знала?

– Кто? – не поняла Лена.

– Души незахороненных горожан, – пояснила Оля. – Нельзя, чтобы они нас заметили.

– Что приведения нам могут сделать?! – усмехнулась Лена.

Вот поражаюсь я ей!

Даже мне жутко их слышать, а ей – хоть бы хны! Она с детства на ужастиках помешана. Только сейчас-то жизнь – реальная!

– Они могут довести до смерти, – серьезно прошептала Оля и быстрым шагом пошла назад.

– Как?

– Лучше не знать, – Оля свернула во двор старых домов.

А я машинально проговорила:

– Вытьянки не знают покоя. Они преследуют живых и не отстанут, пока живого не изведут. Вытьянки – души плача – образуются на местах большой скорби и внезапных массовых смертей. Избавиться от них можно, лишь похоронив тела в традициях умерших.

– И как узнать традицию умершего, если никого в городе нет? – поинтересовалась Лена. – А вдруг ошибешься и не так похоронишь?

– Они замучают своим горем. Порой, узнать традицию сложно. Бывает, враги или вандалы снимают с тел все украшения и одежду с символикой. А сами Вытьянки не умеют говорить. Они только ревут. Поэтому, лучше их избегать! – закончила я.

– Как здесь все сложно! – но чувствовалось, что Лену это совсем не пугало.

Хотя... Зная ее – это и не удивительно.

Мы прошли темный двор и через него вышли на параллельную дорогу. На ней уже не было Вытьянок и ветра. Там стояла тишина. Даже было спокойно.

Улица закончилась, и мы вышли на площадь, где стоял фонтан с памятником в центре.

На этой площади я сразу увидела лето. Голубые брызги фонтана, цветущие клумбы и кусты, выстриженные танцем олима...

Между кустами журчали ручьи. По ним плыли самодельные разукрашенные бабочки.

Все так красиво!

И его...

Он сидел на краю фонтана, одетый в белый костюм с коричневой жилеткой, вышитой васильковыми цветами.

– У тебя красивые руки. Длинные пальцы... Ты – прекрасный олим. Нет, ты – бесценный...

Он держал мои руки.

Я стояла перед ним и не могла двинуться с места. Я вглядывалась в него. Мне нравились его волосы, и от него пахло травами – чабрецом, ромашкой, мятой...

Прямо, чайный сбор! Но такой душистый...

Нежный ветерок развевал наши волосы и подол моего платья, такого же василькового цвета, подвязанного кожаным поясом коричневого цвета с золотой вышивкой, что изображала символы. В волосах был приколот живой цветок.

Это было свидание...

Я его знала. Я с ним встречалась! Я ошибалась. Я имела парня. Теперь и память мне это говорит.



Маргарита Смирновская

Отредактировано: 13.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться