Маленсаж. Бесценный олим

Размер шрифта: - +

Глава четвертая. Грюла (часть 4)

* * *

 

Перед рассветом нас разбудило уханье Фила.

Мы ворчали и просили его умолкнуть. Тогда он стал всех нас долбить клювом и щипать. Я, отмахнувшись рукой, его чуть не убила, на что он раскричался:

– Да пусть твое сердце сгрызут! Мне это будет в радость! Варвар! Противная дикарка!

Мы неохотно поднялись и поняли беспокойство Фила: к нам опять ломились умруны.

Фил уже обратился в прозрачного парня и держал дверь. Ему стала помогать Ленка. Я же закрывала ставни, в окна тоже лезли эти мертвецы.

Держа ставни, я разглядывала Фила. И не только я. Лена тоже с него глаз не сводила. Выглядел он плохо: бледный, вялый, но, правда, очень симпатичный. И не такой вредный, как строит из себя в виде птицы.

– Фил, я заменю тебя, – Оля пыталась его отогнать, но он не давал.

– Я не дам тебе меня убить. Иди лучше скверной помоги. Она плохо справляется. Чего еще ждать от олима Далоса!

– Тебе нельзя находиться в этой форме, Фил! – настаивала Оля.

– Скажи лучше, что ты феминистка. Предпочитаешь всех мужчин в животных обращать!

– Фил!

Но он ее не слушался. Он держал дверь до последнего.

Оля, перестав его уговаривать, сменила меня, а я подбежала к Лене и стала помогать ей и Филу.

На мгновение я нечаянно до него дотронулась, и сразу же ощутила на коже легкое жжение с покалыванием. Я испуганно дернулась.

– Ощутила знакомого титана? – Фил посмотрел на меня как-то брезгливо.

Я молчала. Сейчас я была готова поклясться, что раньше видела его, но не в виде филина, а простым пацаном.

– Можешь порадоваться, хуже жизни с ней... – он указал на Олю. – Придумать нельзя...

И свалился на пол, превратившись в совенка ростом с цыпленка. Опять он все силы потерял!

Я его хотела поднять, но тут дверь, сорванная с петель, упала, и к нам ввалились умруны.

Оля пыталась снять с пояса свою тростинку-хлыст, но у нее совсем ничего не получалось – рана на руке еще не зажила, и из-за этого волшебные силы не возвращались.

Девочки спрятались за моей спиной, а я запустила диск и сунула Фила Оле.

Я только подумала развернуть ленты, как услышала, что трясется земля.

Умруны забеспокоились и стали отступать.

А мы стояли и ждали появление врагов страшнее этих, но...

Увидели женщину – великана.

Она топнула ногой, наш загон закачался, а умруны сразу рассыпались в прах. После этого женщина уменьшилась. Но даже в уменьшении состоянии она была выше любого самого высокого мужчины. Полная, грузная, с кудрявыми волосами, но с доброй улыбкой.

– Какие милые детки! – разглядывала нас она. – Взрослые детки!

Мы стояли и боялись сдвинуться с места. Мы не понимали: кто она, друг или враг.

– Что же вы стоите? Приходите в гости! Вас добрая няня попотчует... Вы слушаетесь родителей?

– Ну и шуточки у нее! – буркнула Лена себе под нос, а ей ответила. – Естественно!

– Это хорошо... – задумчиво ответила великанша. – Хорошо... Завтрак заслужили. Любите молоко?

– Я все люблю и все ем! – ответила ей Лена.

– Это хорошо...– повторяла она. – У меня много молока. Все из молока, чтобы желудки ваши хорошо работали. Молоко обволакивает стенки желудка, очищает от шлаков. А еще, оно поразительно вкусное. Прямо тает на языке...

Говоря это, она вела нас к ущелью. За горой было совсем незаметно большую ферму, где на поле гуляли облачные пони. Такие воздушные, красивые и маленькие лошадки!

– Это просто загляденье! – восторгалась Оля. – Они прекрасны!

– А какое у них молоко! – добавила великанша, и у Лены заурчал желудок. – Но сначала – мыться. В баньке вас попарят, вы заблагоухаете... А то... Смердите! Любите мыться? – спрашивала она нас как малых детей.

– Да мы только рады! – ответила Лена. – Я уже зачесалась вся...

 

Мы вошли в высокий деревянный дом.

Интерьер был простым, но уютным, правда, вся мебель было большой, под стать хозяйке. Убранство комнат мало чем отличалась от обычного Мира, разве только цветовой гаммой. Здесь превалировали полосатые окрасы мебели и ковров. На окнах стояли цветы, на стенах висели портреты детей. Их было так много, что мы раскрыли рты.

– Впечатляюще, да? Обожаю детишек. Мои сладенькие малыши... – сложила великанша ладоши в умилении. – Я до мозга костей – няня. Ну что стоите? Идите мыться и – не капризничать!

– Ну и странная она! – удивлялась Лена.



Маргарита Смирновская

Отредактировано: 13.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться