Маленсаж. Бесценный олим

Размер шрифта: - +

Глава одиннадцатая. Оружие титана (часть 1)

Как в кошмарном сне я ждала приближения Жака и готова была уже биться со всеми не на жизнь, а на смерть. Для любого военного олима умереть, спасая свою честь, куда героичнее, чем смерть от бесчестия.

Олимы-служанки тут же встали вдоль стены по стойке смирно. А я, увидев любимую фигуру, с ужасом осознала, что это так кошмарно рычал Сэм.

– Что здесь происходит? Самосуд? Над моим оружием? Вы все хоть осознаете, что хотели сделать с олимом, который выше вас и по статусу, и по положению?! – кричал на них он, и от этого даже у меня самой поджилки тряслись.

Я не думала, что титаны так страшны в гневе, а тем более – Сэм, который только утром спал как невинная овечка.

– Я не позволю делать с ней, что вам хочется! Вы хорошо ее видите? Поглядите, присмотритесь и хорошенько запомните: с этих пор уважайте ее, как меня. Все меня слышали?! – это он уже выкрикнул так громко, что стены всего замка ответили ему эхом. – Если кто тронет ее – всех покромсаю!

Он взял меня за руку, и всё вокруг поплыло, а когда перед глазами прояснилось, то я поняла, что мы перенеслись в его комнату.

Я нашла мягкий плед и, укутавшись им, села на кровать.

– Зачем ты пошла без меня? – строго спросил он.

Я удивилась.

– Ты не говорил, что хотел меня проводить.

– Ты не должна без моего присутствия разгуливать по замку. Я должен был присутствовать там, – он сел рядом со мной и обнял меня. – О чем вы говорили? Чего дедушка Вилли хотел от тебя?

– Ничего особенного, – мне сразу стало тепло и спокойно. – Он просил, чтобы я не оставляла тебя. Служила тебе, как Алиса Гордану.

Сэм усмехнулся.

– Тоже мне сравнение! Он чего-нибудь спрашивал тебя?

– Считаю ли я себя маленсажем. Почему здесь всех это беспокоит? – я обернулась к нему, чтобы видеть его глаза. – Сэм, ты тоже думаешь, что я – маленсаж? Ты ради этого стал встречаться со мной, заманил меня сюда.

– Стоп-стоп! – он взял меня за плечи. – Я тебя отпустил, а не заманивал в свой замок. Помнишь? Или ты снова все забыла?

– Но они меня привели сюда, и ты знал, что они так поступят.

– Я не знал, бесценная моя, – ему явно не хотелось говорить на эту тему. – Они должны были ждать меня, но Оля решила, что я нарушил слово.

– Почему тогда ты отпустил меня? Ты чуть было не отдал меня другому!

Он замолчал. Только смотрел на меня, но потом всё же ответил:

– Потому, что тебе не место здесь. Разве ты не видишь этого? Сейчас не время для будущего.

– Что ты говоришь?! – я вырвалась из его рук и вскочила. – Если я стала твоим оружием, то моё место возле тебя! Что бы ни случилось....

Он расцвёл от этих слов и крепко меня обнял.

Взаимность - любое существо возносит на небеса, награждая высшим полетом в цвете радужных чувств, начиная от нежности и заканчивая восторгом. То же самое ощущала я, точно зная, что с ним происходит нечто похожее.

Мы вместе пошли воспевать солнышко. Пускай он и титан, но он умел соединяться с природой, как олим. Он понимал всё живое вокруг так же, как и я. Поэтому, наверное, я до конца верила, что он – моего вида. Поэтому я подпустила его ближе некуда...

 

* * *

 

Почему, когда он рядом, я забываю все важные вопросы, словно в его присутствии они теряют всю важность и актуальность? Или как будто я уже получила на все ответы...

Он мне так и не ответил, считает ли он меня маленсажем, правда ли то, что он специально влюблял меня, зная, что я из семьи Мэшей...

Мне очень хотелось это знать, но когда я оставалась одна, сама с собой, когда я видела его – мне становилось абсолютно все равно. Я видела его глаза, я жила им...

А что может быть важнее этого?..

 

Когда мы шли на обед и встретили Гордана, я была счастлива только от того, что Сэм идёт рядом.

– Ах, смотрите, кто идет? Титан и его битое оружие. Неужели ты усадишь ее к нам за стол?

– Я смотрю, мой братец – против. Можешь пропустить обед. Тебя хорошо накормил гарем Рональда. Ты ведь всех заграбастал себе? Готов спорить на монету Тилая, что Жаку достались одни толстушки-кухарки.

– Да ты, я смотрю, от зависти пухнешь. Хочу тебя обрадовать: я выиграл все, даже кухарок, но в отличие от тебя, я – избирателен. У меня в доме живут самые изысканные олимы, а не битый камуфляж.

– Куда же ты остальных дел? Неужто Жак забрал?

– Этот сопляк слишком горд, чтобы подачками питаться, – Гордан стянул с рук белые перчатки. – Он – настоящий Далос. Это ты в дом тащишь кого ни попадая. И обедать садишься с дикарями.



Маргарита Смирновская

Отредактировано: 13.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться