Манюня для Демона

Олег

-…а помнишь, Демон, как мы кутили в универе? – Док, хорошенько приняв на грудь, начал травить байки и вспоминать прошлое. – А, кстати, если мне не отказывает память, я сегодня видел Левского…

Мозги и так были перегружены, так тут еще и Манюня. Да, именно моя соседка, сейчас стала центральным штабом моих мыслей.

- Эй, бро, ты чего? – Искоса посмотрел на меня Макс, когда я, подорвавшись, ломанулся к окну.

- Да, так, парко стало.  – Отмахнувшись таким ответом, я уставился на город, что готовился ко сну.

- Та, да. – Охмелевший Док, пытаясь разлить остатки спиртного, уронил бутылку. - …бл**, с***.

- Походу клиент готов. – Макс, неуверенно, но более трезво встал и перехватил нашего друга, что пытался поднять бутылку.

- Как не умел пить, так…- Но, дальше я продолжать не стал, ведь Док, оттолкнув Макса, ввалился на диван,  и мирно захрапел.

- Капец. – Самут, почесывая затылок, уставился на него. – И как, этот Г*, тащить к себе?

- Да, пусть остается. Проспится. – Уже убирая тару, я махнул на тело.

- Да, не, это у меня завтра отгул, а тебе – на смену. И ты, что забыл, каким это рахло бывает с будуна по утрам? – Макс, натягивая кофту, начал собирать. А я, лишь хмыкнул, прекрасно помня, что Док – это еще тот индивид по утру. – Ладно, нужно «ехать». Ты, это, только подсоби…

- Лады. – И подхватывая бессознательного чела, я пытался уравнять силы, чтобы Макс смог его тоже ухватить. Но, оказывается, тушка под сто кило, да еще после трешки водки, это еще тот груз.

Кое-как выбравшись на лестницу, мы решили, что лифт – не наше, и потихоньку начали спускать.

О том, как это было, я, лично, припомню Доку, когда этот гад будет трезв и вменяем. А так, лишь результат: у Макса фингал под глазом, у Дока сбиты костяшки и вывих руки, а у меня – порвана рубашка.

- Б***, я его, сам, грохну. Пусть только проспится, п***. – Гневно шипел Макс, прикладывая холодное к отёку.

- Ты, это, мне оставь. – Стаскивая куски рубашки с себя, я понимал, что мама будет очень недовольна тем, что ее подарку – вася.

- Ок. Давай дам что-то свое. – Макс, практически засыпая, уставился на меня.

- Не нужно, всего два пролёта, и я у себя. Ты лучше прикрой это психа, а то еще «целовашки» начнет предъявлять. – Подкалывая Макса, я уже выходил.

- Пусть только попробует. – Донеслось мне в спину.

Закрыв дверь, я направился на вверх. Спиртное хорошенько разогнало кровь, но до кондиции Дока было еще далеко. Ступенька за ступенькой. И тут послышалось, как открылась парадная, а потом быстрые шаги. И когда до моей площадки оставался один пролёт, на всю Ивановскую послышался женский оклик:

- Япона мама! Да, это же дЭмон!

Обернувшись, я встретился с глазами полными удивления и интереса. А также извечного вопроса: «Что? Опять ты?».

Это была моя соседка. Которая стоя на пару ступеней ниже, пыталась не уронить громадный пакет, что держала в руках.

- Ты, это, не выхалясывал сред люду в одних штанишках, а то за гота там, или экзорциста приймут. Хотя … - Эта мелочь, явно, издевалась.

Нет, я помогу понят. На всю мою спину было тату. Демон взлетающий из пламени. Честно говоря, жуткая штука. Многих ставила в ступор. Но, я не жалею, не капли. Слишком многое она значить в моей жизни, а тут…

- Не хами, девочка. –Сделав шаг, я поравнялся так, что смотрел ей прямо в глаза.

- А, вы, отойдите в сторону, дядя! – Резко возникший прищур и колкий взгляд, тут же напомнил мне наше знакомство. Но, сейчас, цепляло совсем иное. Шапка-вязанка с большим бубоном, едва, сдерживала копну непослушных волос, что, так и рвались наружу.

Сине-черные глаза, сверля меня, заставляли, напрочь, забыться и захотеть - крепко прижать их обладательницу к себе. Чтобы полной грудью вдохнуть необычный аромат ее духов. Горчинка кофе со сладкой ноткой домашней выпечки. А губы…

- М-да, мало того, что голый, да еще пьяный. – Ксения, сторонясь, пыталась обойти меня.

- Что? Не вдохновляю? – Перехватив ее за руку, я остановил ее на против себя. – Что? Левский лучше? – Необъяснимая ярость тут же опустила планку. Одна мысль о том, что Левский мог легко касаться ее, обнимать, цело…заставляла закипать кровь. Как же мне…

- Да, как ты смеешь! – Сквозь шум спиртного и крови, что била по вискам, я услышал, как Сенька, Сенечка, злобно кричит. – Как, вообще… - Ее глаза уже горели злобой и ненавистью.

- Что? – Разжав руку, я уставился на нее.

-  Да, ты, действительно – Демон! – И толкнув меня в плечо, она заторопилась к своей квартире.

И, лишь, когда дверь ее квартиры с силой хряпнула по косяку, до меня дошло. Все, что накипело, что прятал сам от себя, я вывалил на нее.