Мара И Морок

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 4

            – Анна, платье твоё, конечно, красивое, но на тренировку стоит надевать штаны и рубашку!

            Это уже не в первый раз, когда мне приходится её ругать за такую одежду, но сестра постоянно отвлекается, а занятия с оружием и силовые тренировки она ненавидит больше всего. Я тоже не в восторге от бега, отжиманий и подтягиваний, но наша работа – это не только воспевать богиню Морану и красиво выглядеть в алых плащах, что, кстати, я всегда нахожу странным, но одежды так же играют важную роль, и существует множество правил относительно нашего внешнего вида. Однако, как бы то ни было, я уверена, что нас действительно ценят только пока мы можем убивать нечисть, с которой обычным людям не справиться. Да, мы способны видеть нити жизни, способны их обрывать. Но знания, умение сражаться – это опыт, который нам приходится нарабатывать постоянными тренировками, как и любому другому.

            Я понимаю Анну, я тоже люблю красивые платья. Раньше мне хотелось наряжаться и выглядеть привлекательнее. Хотелось получать такие же восхищённые взгляды от молодых мужчин и даже женщин, какими они одаривают мою сестру, стоит нам только зайти в город или деревню. Но потом я забросила эти мысли, отдавая больше времени изучению владения мечом. И моей частой одеждой стали обтягивающие штаны, рубашки и кафтаны цвета крови. Либо обычные, либо со скошенными полами. Подобную одежду носят мужчины, но ещё несколько сестёр, как и я, нашли её намного удобнее в бою и при езде верхом, поэтому хранительницы храма шьют нам достаточно элегантные фасоны, чтобы мы могли появиться в таком виде при дворе, если будет нужно.

            – Какой будет толк от меча в твоей руке, если ты запутаешься в юбках?!

            Я ругаю её прямо в светлом коридоре храма, где любая из сестёр или хранительниц храма может нас увидеть. А может они уже слышат мой повышенный тон и предпочитают обходить этот коридор десятой дорогой. С моего пятнадцатилетия сёстры в основном именно мне поручили контроль за сестрой, желая создать для Анны лучшие условия, чем могла себе позволить любая из нас. И я всегда была добра к младшей сестре, оберегала её, думая, что жизнь Мары даётся ей тяжело. Она всегда выглядит хрупкой, изнеженной девушкой, которая неплохо обращается с длинными кинжалами, но даже средний меч не может удержать, чтобы противостоять противнику дольше нескольких минут. Я всегда верила ей, когда она в очередной раз оправдывалась, что ей тяжело дышать, а бегать так же хорошо, как другие, она не может. Верила, когда она извинялась за пропущенные тренировки и обещала, что больше вести себя так не будет.

Верила, до того момента пока не поняла, что это всё капризы.

Сестра быстро сообразила, что своим кукольным лицом может манипулировать людьми, добиваясь своего. И даже самые старшие Мары умиляются ей, видя в Анне если не сестру, то дочь. Я знаю, что она делает всё это не со зла, а из обычных эгоистичных помыслов, не желая делать то, что ей не хочется.

Анна с нами уже семь лет, но хоть она отлично выучила все учебные материалы и прилежная ученица за книгами, но всё ещё в настоящем бою не способна даже постоять за себя. И отчасти это моя вина. Я, к своей глупости, потакала ей, выкопав тем самым яму самой себе, в которую рухнула полгода назад.

В тот день четверо, включая меня и Анну, отправились разбираться с утопленниками в одном из озёр. Жители ближайшей деревни рассказали, что видели там двоих ходячих мертвецов. Но на самом деле их оказалось четыре. Они отвратительны, но утопленники не настолько быстрые, как упыри в тех же лесах, однако Анна не справилась. Даже спустя годы, казалось бы, тренировок, она лишь глупо размахивала мечом. Мне повезло вовремя заметить, что утопленник почти схватил её. Нужно было отрубить ему голову, но я просто не успевала и оттолкнула сестру подальше, а мертвец впился гнилыми зубами мне в руку и стремительно утащил в озеро. Если бы не сестра Яна, которая вытащила меня, я бы утонула в тот день.

С тех пор я стараюсь быть жёстче, ругать сестру всегда, когда она этого заслуживает, меньше потакать её прихотям. Я вздыхаю каждый раз, когда Ирина со смехом говорит, что я стала ворчливее. Мне не нравится то, что приходится постоянно высказывать Анне, но пока другого выхода я не вижу.

Анна продолжает молча смотреть в каменный пол и теребить длинный рукав красного платья с чёрным корсетом. Но на этот виноватый взгляд я больше не поведусь.

            – Анна!

            – Сестра, – устало тянет девушка, поднимая на меня синие глаза, вся вина исчезает, когда она осознаёт, что притворство больше не работает. – Ты же знаешь, что такая жизнь не для меня. Я стараюсь, правда! Ты же знаешь, что я наизусть запомнила каждую тварь и как с ней справиться.

            – Знаю, но…

            – Только оружие, ну не получается у меня. Я не настолько сильная, как ты, Агата! Я хотела бы, но не получается.



Лия Арден

Отредактировано: 07.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться