Маргруд и зелёный флакон

7. Живая и мёртвая воды

7. Живая и мёртвая воды

Когда Том вернулся к Мари и остальным, они как раз принялись за главное блюдо – жареную курицу и какие-то коренья, а Аксель сидел с задумчивым видом, обдумывая только что услышанную историю. Мари сидела возле него, пытливо глядя в глаза, но, надо отдать ему должное, рыцарь никак не реагировал на это.

Том уселся на своё место, и Оливия достала для него приборы и тарелку. Курица пахла просто прелестно, да и выглядела она куда более аппетитно, чем все курицы, что приготовила Ирида за всю свою жизнь. Том подозревал, что они бы так и не переплюнули стряпню Оливии, даже если бы стали лучше раз в сто. Том осторожно растолкал вилкой коренья, - аромат от них шёл прелестный, но парень бы не решился попробовать это, - и как раз хотел взять ножку птицы, когда Аксель произнёс:

 Аксель поднял вверх палец и произнёс:

- Я думаю, это очень интересная история, и мне действительно жаль, что так произошло с твоим домом. И я бы, конечно, сразу отдал тебе капли, принадлежащие тебе по праву…

- Однако? – Том, почуяв неладное, подозрительно уставился на рыцаря. Мари рядом с ним побледнела от предчувствия чего-то ужасного.

- Однако у меня нет этих капель, - и с этими словами рыцарь развёл руками.

Мари всхлипнула; Том, сам не заметив, как привстал, опустился обратно на стул. Отлично.

- Как это нет? – воскликнула вдруг Оливия. Во всей этой суматохе Том совсем перестал обращать на  неё внимание, так что он вздрогнул, когда впервые услышал её взволнованный голос. – В смысле, нет? Где они?

Блондин вздохнул.

- Их украл доктор. Наверное, для помощи больным, эта вода не раз спасала висящих на волоске о смерти... Только моего брата не спасла.

И он устремил пронзительный взгляд на Мари. Та замахала руками, неловко пытаясь вытереть слёзы и всхлипывая:

- Если… Если я в чём-то провинилась, извини. Я…

- Конечно, вы провинились! – рыцарь вдруг в сердцах стукнул кулаком об стол. – Вы, госпожа, - Мари, кажется, так? – потратили на себя драгоценное время, из-за чего я опоздал в больницу к брату!

- Да ты сам виноват, что не смотрел по сторонам! – не выдержал Том. Все эти сопли ему порядком надоели, а сердце почему-то жгло разочарование. – Не нёсся бы так к своему брату, так, может, и не врезался бы!

И Том уставился Акселю в глаза, а тот возмущённо уставился в ответ. Повисла тишина, такая напряжённая, что Мари заткнула уши и сморщилась, будто все здесь неслышно кричали на неё. Но, если бы не тишина, они бы и не услышали вовремя криков, что раздались совсем недалеко от них. Эти крики не были подстроены актёрами, и любой, кто услышал бы эти полные ужаса вопли, понял бы это сразу.

Все разом подскочили, побросав чашки с вилками, но первой, кто оказался у двери, стала Оливия. Следом за ней бросился и рыцарь, а Мари так и осталась на месте, трясясь от страха.

Том повернулся к ней, поманив рукой.

- Пошли, там какие-то неприятности. Общественный долг велит нарываться на разные неприятности, иначе бы для всех ты стал бы лицемерным изгоем.

- Том, но ты разве не лице… как его там? - простодушно спросила Мари, и Том понял, что она совершенно права и пожал плечами. – Э, Том, прости, - тут же замахала руками девушка. - Разве я должна идти туда? Там люди вопят. Это страшно, они бы не стали вопить просто так, Том!

Мари задрожала. Почему-то Тому стало невыносимо в сотый раз за день видеть, как она дрожит, и он схватил её за плечи.

- Я понимаю, ты расстроена тем, что капель нет. Это не беда. Глупая, - он глянул её прямо в глаза, и Мари сразу прекратила плакать. – Мы обязательно найдём твои капли.

Мари медленно кивнула, заворожено глядя на парня.

- А теперь пошли, - резко отступил Том и бросился во тьму. Туда, откуда раздавались крики.

Только они выбежали на сцену, то сразу столкнулись с чем-то маленьким и мягким. Это маленькое, оказавшееся Рю, отлетело в сторону, где его рывком подтащил к себе Аксель. Все они, Оливия, рыцарь и принц смотрели, не отрываясь, на ряды стульев: там стоял крупный мужчина раза в два больше рыцаря. В руках у него был кинжал, а всё лицо, от правого уха до левой щеки пересекал кривой шрам. Том понял, что это разбойник, и сердце его забилось в три раза быстрее. Зрители, вопя, оббегали мужчину и скрывались в темноте коридора, улепётывая прочь из театра.

Тома убьют. Надо спасаться.

- Что происходит? – полный ужаса, крикнул Том, стараясь заглушить шум и крики.

Мари прижалась к нему сзади и небольно кольнула кирасой в плечо. Том вздрогнул, а девушка робко дёрнула его рукав. Дрожащими губами она произнесла что-то, и Том, несмотря на крики последних убегающих посетителей, понял её. «Кто это?» - спрашивала Мари.

- Этот мужчина бежал за принцем, - пояснил Аксель, тоже повысив голос.  Не собираясь больше ничего объяснять, он что-то успокаивающе прошептал Рю, - тот весь дрожал и размазывал слёзы по лицу - позволил Оливии взять мальчика под свой надзор и спрыгнул со сцены. Его латы тускло блеснули. Что-то звякнуло, и Том увидел, как в свете целой связки свечей, расставленной по площадке, блеснул длинный меч. Аксель собирался драться не за честь, а за жизнь.