Маргруд и зелёный флакон

12. Встреча

12. Встреча

Наверху стоял никто иной, как Дибрель. Все обернулись и замерли, но первым очнулся Аксель: он подскочил к Тому и затряс его за плечи, восклицая:

- Том! Мы и не знали, что он ваш дедушка!

- Мы не знали, что у тебя вообще есть дедушка, - кисло добавила Оливия, появляясь из-за угла. Парень заметил, что свечки тут расставили везде, но их всё равно не хватало, и углы грозились жуткими тенями.

Аксель что-то говорил ему, но до парня доносились лишь отдельные фразы:

- Ты хорошо себя чувствуешь? Что у тебя в руке? Как так можно ходить, Том? Я же говорил, неподалёку была отличная обувная!

И ворчливое Оливии:

- Ты ж ему не мама, за собой бы так следил.

- Нет, посмотри, у него даже ботинок нету!

- Да какая разница, в чём он ходит, а?

Том не слушал эти глупые бредни. Он смотрел на дедушку. Разглядывал его, знакомился заново. Изучал его морщины и вдруг подумал, что их стало больше.

Он жив.

Человек, который вырастил его, который позволил ему уйти, спастись от кровавого следа войны, жив. Все эти дни, что он жил в Городе, всё это время, что казалось сейчас вечностью, Том не позволял себе думать, что Дибрель умер.

Но он жив.

Тут дед нахмурился.

- Ты что смотришь на меня, будто я с того света вернулся?

Его голос. Это точно он!

Том оттолкнул Акселя, Оливию и помчался вверх по лестнице. Преодолел все ступени в один прыжок; какой-то мальчик стоял рядом с дедушкой, но Том оттолкнул и его тоже и бросился Дибрелю на шею. Тот довольно закряхтел, а потом похлопал Тома по спине и засмеялся:

- Ну всё, всё, слезь с меня.

Аксель удивлённо прошептал Оливии:

- Надо же, не знал, что Том умеет быть таким.

- Даже у камня бывает сердце, - пожала плечами та.

Том спрыгнул, и тут началось.

- Не знал, что у тебя столько друзей, Том, - ухмыльнулся дедушка.

Парень скорчил кислую мину и буркнул:

- Они не мои друзья. Так… привязались.

- Да? – поднял бровь Дибрель, сложил руки на груди и иронично глянул на собравшуюся внизу троицу. Незнакомый мальчишка в лёгкой кольчуге встал рядом с Акселем и любопытно вытянул шею. – Они так много о тебе рассказали, Том. Ты даже подружился с какой-то девочкой…

- Они всё врут! – выкрикнул Том. Щёки загорелись цветом, точно лисий хвост, и парень быстро опустил голову, чтобы дедушка не увидел. Но Дибрель всё понял.

- Если ты изменился, умей принять эти изменения, Том, - строго сказал он. – Я не собираюсь тебя ругать за то, что ты больше не тот злобный одиночка-волчонок. Но скажи… - Дибрель сделал эффектную паузу и вдруг спросил, - Она хоть симпатичная?

- Дедушка!

Том оскалился и поднял на дедушку взгляд, полный смущения и злобы.

Оливия сзади засмеялась.

- Я бы вас пригласила в свой театр, вы отличный актёр, господин Дибрель, - утёрла слезу она. - Только вот… - Она посерьёзнела и сказала совсем тихо, – Его у меня нет больше.

Том услышал это и невольно обернулся.

- Нет? Он сгорел? – вырвалось у него. Так вот, что горело на Окраинах?

Дибрель кашлянул довольно, и парень обернулся и насупился.

- Вот видишь, Том, ты изменился. У тебя есть друзья. А не будешь ими дорожить, они обидятся и уйдут, - серьёзно сказал он, но тут же стал тем весёлым и добрым дедушкой, которого Том знал всю жизнь. – А с тобой, милочка, - обратился он к Оливии, - мы ещё поговорим на тему театра.

Оливия кивнула, и всем остальным показалось, что в её глазах что-то загорелось.

****

- Ну так что, что там с той девушкой, с которой ты познакомился, Том? – ехидно спросил Дибрель и отхлебнул чаю.

Они сидели в большой и совершенно пустой комнате. Но пустовала она не в привычном смысле: стояли стулья, столы, даже стойка у стены напротив входа и там же – дверь на кухню. Только люди словно вымерли, здесь ни души, будто Том и остальные вломились в заброшенную гильдию, как бродячие собаки.

Дибрель сидел за столом и потягивал чай, а с лица не сходило довольное выражение. Растения для хорошего чая в лесу достать нетрудно, а воду можно взять из рек, а зимой – растопить снег, но Том такой чай не любил, он для него был слишком горьким, пусть сравнивать было не с чем. Дибрелю чай без сахара тоже не очень нравился, и сейчас, когда перед ним оказалась целая вазочка белых рассыпчатых кубиков, он схватил сразу два и кинул в кружку.

Сахар оказался в вазочке из-за Оливии: она достала его из сумки, а на вопрос, почему она носит его с собой, только пожала плечами, сказала, что чай она любит, и убежала на кухню – готовить. Аксель увязался следом, а мальчишка, что оказался оруженосцем и назвался Гайдом, убежал в кладовую за продуктами, и вот уже через несколько минут послышалось шкворчание и свист закипающего чайника. Потом Гайд принёс чай, но Том его даже не заметил. Он голодно втянул дивный запах жареной рыбы, в животе забурчало.