Маргруд и зелёный флакон

13. Вне закона

13. Вне закона

Только впереди отчётливо показалась городская стена, Тома тут же спрятали в тени деревьев. Парень не понимал, чего от него хотят, и попробовал возмущаться, заявив, что со стражниками на заставе он всё уладит сам, но Ирида вытащила из своей сумки платье и рывком напялила его на Тома, потом вытащила длинную, будто макароны, колючую шаль и обмотала её вокруг головы и плеч парня. Тому вмиг стало жарко, поплохело, и он замычал что-то недовольное и потянулся снять все эти одеяла, но не тут-то было: рука матери дала ему хороший подзатыльник, и Том схватился за ушибленное место.

- Это что за наряд, Ирида?! – воскликнул он, разводя руками. – Ты что, отчаялась найти мне невесту и решила меня самого превратить в неё?

Ирида покачала головой и нахмурилась, а Оливия достала из кармана платья что-то красное и от души закрасила Тому все щёки. Зеркала не было, но Том и так понял, на кого он теперь похож: на раскрашенного придворного или ту старуху с сумкой. Оливия многозначительно взглянула на парня, оценивая свою работу, и парень понял: он похож на какого-то героя из её пьес.

- Это всё для тебя, Томик. Я тут стараюсь, чтоб тебя не схватили, не увели в тюрьму, будто ты сделал что-то страшное, вот мы им и объясним, что всё это было недоразумение, а тебя выдадим за девочку.

Произнося эти слова, Ирида наверняка гордилась собой, но её тут же осадил Дибрель, произнеся спокойно и немного размеренно, так, будто пытался усмирить бушующее море или проснувшийся вулкан, как бывало, когда в Ириде просыпалась маленькая девочка:

- Не стоит, - мягко сказал дед, - Так мы вызовем ещё больше вопросов, Ирида.

- А проведу тебя я! – заявил Аксель и довольно указал большим пальцем вверх. Оливия пожала плечами, мол, да как хотите, из этой затеи всё равно ничего путного не выйдет, а Том только покачал головой, словно мать четверых детей в этой накидке и платье.

Они подошли к заставе, и хранитель с усталыми глазами попросил их назваться и записал каждого в свой листок. Людей не было: кто захочет приезжать в столицу, о которой столько страшных слухов?

Когда очередь дошла до Тома, стражник долго всматривался в него, и всё это время сердце Тома бухало, будто лягушка в горшке. Ему казалось, что сейчас стражник сорвёт с него этот глупый прикид, и ситуация станет совсем плачевной: и от стыда, и от «вины».

- Дамочка, - наконец произнёс мужчина, тот самый, что сидел здесь, когда его почти поймали, и Том вздрогнул, - не могли бы вы снять вашу накидку?

Всё внутри Тома похолодело, будто он вдруг сделался мертвецом. Может, он и правда умер от страха, а это ему только снится? Ему бы хотелось верить этому, но стражник не исчезал, сколько Том ни пытался проснуться, и всё смотрел на парня.

Повисла тишина, и тут к ним подбежала Ирида.

- Господин стражник, простите её, - сердечно извинилась она, приложив на сердце руку, и повернулась к Тому, - Говорила я тебе, несносная девчонка, не надо так заматываться, лето на дворе! – воскликнула она и от души дала парню подзатыльник. «Вжилась в роль», - подумал Том с досадой, но всё же был благодарен матери: может, так хранитель с усталыми глазами их пропустит, - и он закивал мелко-мелко. От этой тряски заболела голова и стало ещё жарче, но Том стиснул зубы и попробовал улыбнуться, совсем как девчонка.

- Вы уж простите её, - вдруг подбежала и Оливия и тоже приложила руку к сердцу, и посмотрела на стражника такими честными глазами, что тот невольно засмущался. - Они обе у меня немножко того, - она покрутила пальцем у виска, в то время как Аксель и Дибрель принялись горько вздыхать, и громким шёпотом добавила, - моя сестра думает, что сейчас зима, а матушка и сама в этом уверена, только не хочет казаться дурой и всем раздаёт подзатыльники.

Стражник заворожено поглядел на Оливию и медленно кивнул – Том не был уверен, что он слушал, а не глазел на волосы или лицо Оливии. В глазах у хранителя плавало мутное сомнение, будто он решал, пропускать ли таких ненормальных в Город вообще, или это Город слишком ненормальный для таких странных людей. Он подошёл к Ириде, извинился за беспокойство, поцеловал её руку и подошёл к Тому. Тот подумал, что ему тоже поцелуют руку, но мужчина вдруг схватил его за край шали и рывком стащил её с головы парня.

Том застыл. Он ничегошеньки не видел: на лицо налипли мокрые волосы, страх словно стащил откуда-то покрывало и теперь усердно застилал им глаза, а сердце бухало так, будто хотело его оглушить. Мужчина замер тоже, пару секунд изучал его лицо, потом узнал и крикнул караулу:

- Эй! Здесь мальчишка, то самый, что вчера незаконно пересёк границу!

Том похолодел, ноги задрожали, и инстинкт подсказал ему единственный выход: бежать. Он рванулся, но мужчина тут же схватил его за ворот рубашки. Том захлебнулся воздухом, закашлял, и Ирида бросилась к нему, но стражник жестом остановил её.

- Подождите! Это недоразумение! – уверенно заявила она, но мужчина перебил и заявил жёстким голосом:

- А зачем вы его тогда в девчонку переодели, а?

- Я же говорю, они душевнобольные! – подалась вперед Оливия. Она выглядела довольно спокойно, но когда заговорила, в голове послышалась сталь. – Немедленно отпустите их, господин стражник.