Марика

Размер шрифта: - +

Часть 28

К себе возвращаюсь по сумеркам, и это к лучшему. Никого не хочу видеть. Не видеться и не разговаривать ни с кем. Точно чужая всем в родном с рождения племени.

Земля под босыми ногами по-осеннему стылая и твёрдая, поэтому я тороплюсь, как могу, чтоб не застудиться и не заболеть. Но и в шатре у меня холодно, как на улице.

Угли в очаге бесполезно ворошить, жара в них не найдёшь. Нужно разжигать заново. Не хочется ничего делать, да и сил нет, но без живого огня шатёр мой кажется совсем брошенным. А ведь я-то ещё здесь, я ещё никуда не ушла.

Темнота вокруг меня полная, но я легко нахожу кремень и трут. Всё лежит на своих местах, никто без меня в шатре не хозяйничал, не то, что в прошлый раз, когда меня увели о-шаи.

В родном шатре я знаю, где и что лежит. Темнота не мешает мне видеть, куда сложены нарубленные ветки и перекрученные пучки сухой травы – заранее приготовленная растопка для очага. Да и глаза мои, по-звериному острые, помогают передвигаться, ничего не задевая в такой темноте.

Слабый огонёк разгорается под моими руками, и, когда света в шатре становится побольше, я начинаю отбирать то, что может пригодиться мне в дороге.

Так, плащ для Арса нужно взять обязательно. Его я складываю первым, сворачиваю аккуратно опушкой меховой внутрь. А что ещё из одежды может понадобиться, даже и не знаю. Прислушиваюсь к своему внутреннему чутью и отбираю в ту же стопку с плащом ещё одну сменную рубашку Арса и штаны.

А что из вещей может понадобиться мне? Ночи-то сейчас холодные. А возвращаться когда будем, ещё холоднее станет. Гляжу с протяжным вздохом вокруг себя, не зная, за что ещё схватиться. Хамала так и застаёт меня, стоящую посреди шатра с руками, скорбно прижатыми к груди.

- Ну, что? Что он тебе сказал?- Проходит вперёд, и горшочек светильника раскачивается на ремешках в поднятой руке.- Ругал, небось?

Это она про Ирхана, догадываюсь не сразу, потому как голова совсем другими заботами занята. Отвечаю не сразу и с неохотой:

- Я должна вернуть его, так Ирхан сказал. Пойти и привести домой, обратно.

- Вот ещё! Ирхан не мог сказать такого. Ты, верно, поняла что-то не так.- Хамала аж отступает на шаг.- Ты не знаешь, куда идти. Куда ты пойдёшь?

- В горы!- бросаю коротко.

- Туда, где небо горело? Я видела тоже... Пять дней назад. Ночью поздно... Это зарево совсем недолго было. И его немного кто видел. Не то, что тогда... И это должно быть далеко отсюда, далеко в горах, за лесом.

- Вот я и пойду! Пойду и верну своего Арса.

- Дурочка ты, Марика.- Хамала не скрывает свой страх, но он у неё быстро осуждением сменяется.- Ты погляди на себя, на свой живот. Тебе рожать скоро. Куда ты уйдёшь такая? Подумай о ребёнке своём!

- Одной мне всё равно его не вырастить. А Ирхан сказал...

- Ирхан сказал!- передразнивает меня Хамала с возмущением.- Он скажет! Но это ж не ему идти не знамо куда. Не забивай голову. И за ребёнка своего не думай. Здесь тебе помогут. Никто тебя не бросит одну. И с шатром помогут, и кочевать со всеми... А там и в новой семье устроишься как-нибудь. Младшей женой да ещё и с ребёнком любой мужик возьмёт...

- Не хочу я как-нибудь! И с любым другим не хочу. Не могу я так больше. Хватит!- голос повышаю, глядя старой рабыне прямо в глаза. Она, конечно, искренне обо мне печётся, но я-то знаю уже, как оно всё будет, знаю, что будем мы с Арсом вместе. Нас вместе Ирхан в своём видении видел. Как я могу тогда бросить Арса своего?

- Я вернусь,- говорю очень тихо одними губами, без всякого звука.- Мы вместе вернёмся. Я и Арс.

- Ну и упрямая же ты,- Качает головой Хамала, треплет меня по волосам, гладит разлохмаченную давно нечесаную голову с растрепавшейся косой.- А как же эти... те, что с неба? Им ты что скажешь? Их как просить собираешься? Или тоже про Ирхана будешь говорить? Про то, что он вас вместе видит?

Не знаю, что сказать на это, плечами дёргаю в ответ, а сама, кусая губы, тереблю завязки своего плаща. Мне плакать хочется снова от отчаяния и от страха при мысли о том, что может ждать меня впереди. Дорога долгая и опасная и ещё одна встреча с белокожими и безликими богами из чужого мира.

- Сама же видела, один из них пальцем двинул – и все вокруг застыли. Никто из нас с места сойти не мог, пока чужаки эти странные не ушли. А ты сама к ним идти надумала. Нельзя так. Да и опасно это. Молись им, сильно-сильно молись... им и Создателю нашему. Боги услышат, они всё-всё слышат. Может, и отпустят тогда Арса твоего.

- Они не отпустят. Сами – не отпустят.- Головой повожу медленно вправо-влево.- А вот если я попрошу... если я сама...

- Ты уже просила сама! Все видели и все слышали. И ничего! Бросил он тебя, бросил и забыл тут же.

От обиды сердце аж сжиматся. Мне нечего сказать на слова Хамалы. Так оно всё и было, в общем-то. Я и сама видела равнодушный и пустой взгляд Арса. Он и правда забыл меня. Увидел своих богов – и всё другое замечать перестал. Пошёл за ними, как будто на верёвке его повели. Но этого он как раз и боялся. Боялся, что забудет всё, что знал, что и меня забудет тоже. Что не хватит ему собственных сил с богами своими справиться, одолеть их волю и власть и со мной в этом мире остаться. Так оно и вышло.



Александра Турлякова

Отредактировано: 01.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться