Маша и медведь. Другая сказка

Маша и медведь. Другая сказка

Я задумчиво поковыряла лаптем в грязевой луже:

И, чего так орут? Подумаешь, женишку штаны подожгла, со всеми бывает. И не надо так орать, тятенька! Сказала же, что замуж за этого растяпу не пойду! Нет, всё равно на смотрины припёрлись! Да ещё и сваха, как назло – профессионал своего дела. У неё в деревне такая репутация, лешего с водяным поженит.

Я, к слову, тоже профессионал. Разрешите представиться: Мария Полейко свет Ивановна. Для своих – просто Маха. Профессионально охочусь на ведьм и прочую нечисть. Друг у меня закадычный есть, да, Михаилом зовут.

Проблемка только есть у нас одна с ним. Он - беролак. Получеловек-полумедведь. Вот так и живём. Люблю его, не могу, а, уж как он меня любит, словами не передать.

Знакомы мы с ним с самого детства. От ребятни местной всегда защищал меня, в обиду не давал ни своим, ни чужим. А потом, как стукнуло ему шестнадцать, пропадать начал часто, неделями из леса не возвращался. Волновалась за него страшно, да потом и узнала, что род его проклят, чары наведены. Каждый мужчина, родившийся сильным духом и телом, становился медведем и нёс свою службу одной страшной колдунье. Отца его эта участь миновала, а вот Мишу нет. Матушка его, когда узнала, кого на свет воспроизвела – тут же скончалась.

Вернулся однажды Мишенька весь израненный, еле выходила его. С того света, почитай, вытянула. И узнала от него, что ведьму ту свои же молодые колдовки забили до смерти, и он ей больше не подвластен. Но проклятье не снять без мёртвой ведьмы. А весь скарб её и волосы остриженные, колдуньи спрятали и хранят за тридевять земель. В пещере, которую охраняют утопленники и чудище трёхглавое.

И стали мы с тех пор с Мишей оружием всяким овладевать, и гадость иную жизни лишать. Пять лет мы с ним охотились на ведьм, и искали тех, кто укажет нам дорогу к той горе. Пять лет отец пытался сосватать меня за человека. Родичи переживали за свою дочь нерадивую, и жалели Мишу. От дома не отваживали, но были свято уверены, что в браке с человеком я забуду своего медведя.

Настало время покинуть отчий дом. Я собрала немногочисленные пожитки, и закинула узел за спину. Мать ревела навзрыд, отец хмурился, уставившись себе под ноги.

- Простите, родные! – крикнула я. – Не могу жить без него! Его хочу, одного! Замуж хочу, детей хочу! Не будет мне покоя, пока не станет Миша передо мной в облике человеческом! Простите меня, ухожу.

Взмахнув последний раз косой, я вышла не оглядываясь из дому. На крыльце, подпирая крышу плечом, меня уже ждал Михей, с щитом и секирой за спиной. Он всё слышал. Ничто уже не стояло меж нами, нам не стыдно было признаваться друг другу в любви. Взявшись лапа об руку, мы быстрым шагом направились вон из деревни…

Дорогу нам, по большому секрету, лягушка с болот шепнула. Но, подробностей рассказать не успела. Стрела царевича торчала ровнёхонько между глаз. Ошарашенный стрелок стоял рядом и не мог поверить, что так смертельно попал в свою будущую супругу. Миша на память царевичу шрам во всю голову оставил. Век ему теперь шапку свою, набекрень носить.

Долго ли мы шли, коротки ли, а ни конца, ни края этому путешествию видно не было. Леший в лесах аукал – запугивал. Водяной по волчьи выл, когда вдоль берегов прохаживались. Русалки зубы скалили, и настойчиво в гости зазывали.

Шли мы то в гору, то с горы. То в поле, то в ущелье. Иногда уставала, на Михее верхом ехала. Дорогой держались верной, да всё мимо цели. Уже отчаявшись, остановились мы на привал, разожгли костёр, и тут бежит прямо к нашему огню заяц.

- А, вот и обед, – прорычал Михей, приподнявшись на задних лапах.

Я взяла в руки нож и приготовилась к ловле добычи.

- Стой! – раздался железный голос из тьмы. – Не трожь зайца! Отблагодарю…- перейдя на шипение, молвил глас и вышел на свет от костра. Заяц пронёсся мимо, а за ним вслед промчали две юрких тени.

Незнакомец был высоким и болезненно тощим. Землистого цвета маска не выражала ничего, кроме брезгливости. Незнакомец глядел свысока, не без интереса рассматривая Михея.

- Мне нужен такой страж в замок. Не побрезгуй, окажи услугу. – Голос незнакомца гремел раскатисто и страшно.

- Михей не слуга! – закрыв своей рукой, жёстко отчеканила я. – И нечего зенки таращить, иди куда шёл!

- Беролаки такая редкость в наше время. Но, я чувствую, что он был не по роду-племени рождён, а проклят. Где-то далёкий предок твой нагрешил, и век расплаты настал, – незнакомец усмехался, перебирая своими длинными, костлявыми пальцами шерсть только что принесённого зайца. Тени, выгнувшись в дугу, потёрлись о ноги хозяина и устремились прочь.

Михей резко вскочил во весь свой могучий рост, и выставив вперёд морду, щёлкнул пастью подле носа говорившего. Чужак даже глазом не моргнул. Свернув зайцу шею, он распорол кривым ногтем тушку и вытащил оттуда нечто, напоминавшее яйцо. Отбросив зайца в сторону, чужак улыбнулся. Нашему взору предстали металлические заострённые зубы, усыпанные алмазной крошкой.

- Здесь жизнь моя, а этот беглец решил её у меня отобрать. – Из тьмы вышла ещё одна тень, в прозрачных руках которой, лежала маленькая красная подушечка. Незнакомец положил на неё яйцо, и тень исчезла.

- Я могу вам помочь, голубки, снять проклятье. В замен на одну маленькую деталь.

- Какую же? – внутренне напряглась я, и рука сама собой сжала рукоять меча.

Незнакомец развёл руками и дым от костра взметнулся вверх. Языки пламени шипели и плевались, я отскочила в сторону, Михей дёрнул лапой, искра попала на шерсть. В густом дыму проявлялись нечёткие картинки, и вот уже мы могли распознать трёхголового змея, что извивался своим телом, выпуская струи огня. Здесь же утопленники, которым ведьмы отдавали распоряжения. Ещё через мгновение, мы чётко и ясно видели место, куда дальше держать свой путь.



Zeusi Обребро

Отредактировано: 05.02.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться