Машины Российской Империи

Font size: - +

7-Эпилог

Глава 7

Сломанный трезубец

1

Заперев дверь тамбура, ведущего в вагон-ресторан, мы отошли немного назад.

— Теперь этим путем сюда не проникнуть, — сказала Джейн, — но что дальше? Состав пустили по кругу, мы вернемся на то же место.

— Надо вытащить «поганку» из компрессора. — Левой рукой Генри двигал неловко и старался действовать только правой, но говорил он решительно и энергично. — Спрыгнуть вместе с ней и отнести подальше.

— А если тот, кто должен устроить взрыв, узнает, что тут происходит? — возразила она. — Вдруг уже узнал? Не знаю как, но... Он может взорвать нас прямо сейчас.

— Постойте, — сказал я, и они повернулись ко мне. — В ресторане ведь обзорный купол, так? Наверх ведет лестница. Чосер с Карибом поднимутся и разобьют стекло. При такой скорости им ничего не стоит перепрыгнуть на наш вагон без всякой раздвижной лестницы.

— Ты прав, — отец стал перезаряжать револьвер. — Значит, нужно встретить их наверху.

— Как отсюда подняться на крышу? — спросила Джейн, проверяя свое оружие.

Пришлось напомнить:

— Я же разрезал крышу первого суфле.

— Тогда быстро туда!

Генри первым поспешил через вагон, Джейн — за ним, следом побежал я. Когда выскочил в суфле, она уже подсаживала отца. Из двери, ведущей в кабину паровоза, высунулся всклокоченный Брутман. Лицо его блестело от пота, на лбу красовалось пятно мазута, усы топорщились, он успел скинуть сюртук и закатать рукава рубашки.

— Что вы делаете? — крикнул инженер сквозь лязг, шипение и рокот.

— Езжайте дальше! — крикнул я. — Мы разберемся!

— Но что теперь? Нас пустили через парк!

— Мы разберемся! — повторил я и подпрыгнул, вцепившись в край прорехи над головой.

Светало, дождь прошел — ни грозы, ни грома, небо было чистым и ясным, не осталось никаких свидетельств ночной бури. Ветер тоже стих. При свете передвигаться по неторопливо движущемуся поезду было совсем несложно. Мы пробежали по радиовагону, Джейн прыгнула и оказалась на следующем, где высился стеклянный горб обзорного купола. Генри миновал преграду не столь уверенно, и на той стороне мама поддержала его. Они оглянулись на меня.

«Самодержец» подъезжал к самой дальней от купола, круто изогнутой части восьмерки. Я собрался прыгнуть вслед за родителями, когда из паровозной трубы повалил дым. Плотный, густой, он напоминал толстый хвост ваты, вымоченной в чернилах. Струя, состоящая из угольно-черных клубов, накрыла нас, я закашлялся, замахал руками. Заслезились глаза. Дьявольская механика! Потеряв равновесие, едва не упал, пришлось опуститься на колени и упереться руками в крышу вагона.

В непроницаемом мраке раздался гулкий хлопок, от которого екнуло в груди. Зазвенело стекло. Донесся вскрик.

— Мама! — закричал я. — Отец!

Дым начал рассеиваться, теперь мимо проносились отдельные клочья, они становились все реже и бледнее. Оттолкнувшись от крыши, я распрямился. Неподалеку снова закричали.

— Мама! — я бросился туда, где во мгле проступили очертания обзорного купола, перемахнул через пространство между вагонами и остановился.

Открывшаяся взгляду картина навсегда осталась в моей памяти. Качающаяся, дрожащая крыша... Дыра в стеклянном куполе... Отца не видно... Мама лежит на краю вагона… Над ней склонился смуглый человек с жесткими складками у рта. В руке его часы. Да-да, часы: цепочка, круглый корпус — просто карманные часы. Или нет? Что-то с ними не так, корпус кажется слишком толстым...

Где отец? И почему мама не шевелится?

Из дыры в куполе появилась рука, ухватилась за металлическое ребро, затем показался конец раскладной трости.

Кариб начал вращать часами, сжимая конец цепочки. Раздалось гудение, и золотой корпус как будто бы стал больше — а потом, повинуясь движению убийцы, он метнулся вниз и ударил маму в грудь. Брызнула кровь. Мама выгнулась дугой, захрипела.

С криком я налетел на Кариба, толкнул что было сил. Он отшатнулся, зацепившись за тело Джейн. Гудящий золотой диск пронесся мимо моего уха, и Кариб упал в дыру, сбив вылезающего оттуда мистера Чосера.

Когда я склонился над мамой, по ее груди расползалась кровь из рваной раны. Одна рука сжимала револьвер, а другая поднялась, и пальцы легко скользнули по моей щеке. Губы шевельнулись.

— Малыш... — шепнула она. — Мы хотели сказать... Хотели сказать тебе, что ты не...

Ее веки затрепетали — и опустились, и больше мама не произнесла ни слова.

— Алек! — голос отца донесся сбоку.

Он висел, вцепившись в решетку вентиляции, ноги болтались над проносящейся внизу землей. Я упал на краю вагона и схватил его за руки. Он начал подтягиваться. В запрокинутом лице не было ни кровинки, по плечу расползалось темно-красное пятно. Когда Генри оказался на крыше, я крикнул:



Иван Крамер

#4339 at Fantasy

Text includes: полиция, стимпанк

Edited: 30.07.2015

Add to Library


Complain




Books language: