Мечтайте правильно. Сильно. Отчаянно. Навсегда. Сборник

Понарошку

«Бывает – проснешься, как птица, крылатой пружиной на взводе,и хочется жить и трудиться; но к завтраку это проходит» у меня прошло раньше завтрака, где-то между моментом, когда я в мечтах убила свой будильник, оравший: «Ай лав ю бейби», и открыла глаза.

Пробежавшись взглядам по светлым обоям в мелкий цветочек, посмотрев на календарь, я испытала одно единственное желание – уснуть, а проснуться дней через пять, а лучше восемь. Одиннадцатое февраля – день встречи с редактором, о чём мне вчера любезно напомнили три раза при помощи СМС-уведомления, два раза – на электронную почту, и один раз – позвонив.

Стряхнув с пододеяльника кота – наглого рыжего, толстого и неповоротливого, – с завистью посмотрев, как грациозно эта тушка из шерсти запрыгнула на кровать и бесцеремонно улеглась между подушек, я отправилась в ванную…

Ванная комната любой девушки скорей напоминает реставрационную мастерскую. Моя – не исключение. На полках вдоль светлого кафеля гордо красовались жидкости на любой случай жизни, цвета и состояния волос. Шампунь для окрашенных волос – на случай, если покрашу волосы. Шампунь для светлых волос – если окрашусь в блондинку, шампунь для волос жирных у корней и сухих на кончиках и ровно наоборот. Потому что ни одна девушка не может точно предположить, какие именно будут кончики её волос завтра.

Сложнее дело обстояло с гелями для душа, которые делятся не только по функциональности – с эффектом скраба, с водорослями для упругости кожи, смягчающий и даже расслабляющий, – но и по ароматам, коих множество. А так же баночки со скрабом. Скраб – это самая важная и объёмная часть любой реставрационной. Скрабы бывают разной консистенции, для разных частей тела. Есть скраб для лица и просто «для тела», есть для рук и отдельно для локтей, нельзя обойти вниманием пятую точку, поэтому и для неё тоже полагается отдельный скраб. Ну, и молочко для тела…

Уверена, с любым среднестатистическим мужчиной может случиться паническая атака при виде всего этого изобилия. Во всяком случае, мой кот с завидной регулярностью демонстрировал подобное, и мне ни разу не удалось его даже занести в ванную комнату, не то что заставить принять душ. Жаль, уверена, он бы оценил скраб для пяток с запахом мяты и малины.

Итак, отскрабленная в нужных местах нужными скрабами, с уложенными волосами, источающими аромат шампуня и духов, в красивом нижнем белье под деловым костюмом, я отправилась к руководству. В любом деле нижнее белье и духи – это половина успеха женщины, так говорит моя сестра, а она весьма успешная женщина, так что у меня нет причин ей не верить.

- Там? – спросила я сотрудников, показывая глазами на дверь кабинета, стоя в сапогах на невообразимом каблуке, поправляя узкую юбку.

- Угу.

- Гавр, - улыбнулась, входя в кабинет, глядя на невысокого, а на таких каблуках как у меня, даже низкого мужчину. Лысого, как коленка, и с розовым лицом, как его рубашка.

- Дорогуша, как я рад.

- Давно не виделись.

И прочие формальные приветствия, включающие в себя: «присаживайся», «кофе или, как обычно, чай?», «как семья, мама, сестра?», «передавай привет». И вот, наконец:

- Стася, ты подумала над тем,  о чем мы говорили?

- Ам…

- Нет, нет, это просто необходимо!

- Но…

- Послушай, всё, что написано, очень захватывающе, но нам нужна любовная линия, лав-стори, иллюзия… Нам нужны принцы, девы, подвиги во имя, бурление страстей, ревности, понимаешь, о чём я?

- Понимаю, - я обречена.

Когда и как получилось, что учась в техническом вузе на вполне приземлённую специальность - инженер железнодорожный путей, – я вдруг стала писать книжки, да ещё и о любви?

- Дорогуша, - он сочувственно погладил меня по коленке, - вот сюда, - показав на файл, - надо всего-то листиков сто любовной линии, и всё будет отлично.

- Сто?

- Лучше сто пятьдесят.

Я закатила глаза.

- Это же не сложно, все девочки мечтают о принце, о белом платье, влюбляются, вспомни что-нибудь и напиши мне сто страничек. Пусть лётчик влюбится в стюардессу, или лучше – в медсестру, или в помощницу переводчика, или …

- Во второго пилота?

- Или во второго пилота… фу, Анастасия! – он деланно поморщился, отчего я прыснула в кулак.

- Я серьёзно, очень серьёзно, нам нужна любовь в этом произведении. Много любви.

- Да зачем? – словно я не знала ответа.

- Потому что это серия для женщин, и там должна быть любовь. И страсть.

- Страсть…

- Ну, дорогуша, всё так плохо? – снова утешающий жест по коленке, словно это ей нужно будет высасывать из пальца любовную историю лётчика и медсестры, которая старше его на пяток лет и озабочена здоровьем своего сына, а не лётчика.

- Всё отлично.

- Не похоже, Настя, рассказывай, кто у тебя сейчас?

- Никого, - как обычно. «Никого» – моё второе имя. И имя моих мужчин тоже, потенциальных и сегодняшних: «Никого».

- Но, дорогая моя, это возмутительно, с твоей-то внешностью… я готов!

- К чему это ты готов? – я перешла на «ты», вспомнив, что мой редактор ещё и мой приятель.

- Готов заставить тебя вспомнить потоки страсти, электрическое притяжение, магнетизм Вселенной, - он вытирал испарину на круглом блестящем лбу.

- Гаврюша, ты бредишь, - я старалась не смеяться в голос.

- Нет, я серьёзен, как никогда, Анастасия, я готов! – он протянул мне руку, я привстала, позволив себя прижать и даже подержаться за свою отскрабленную и наполированную до блеска попку…



Наталия Романова

Отредактировано: 01.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться