Медицина как наркотик

Глава 6. Кардиологические стационары и Заведующий.

Основными моими консультантами были врачи с подстанции номер четыре уже после вызова, уже после того, как всё было сделано. Но далеко не все из них разбирались в медицине, и далеко не всегда было время пообщаться с коллегами. В дневное время меня консультировал Заведующий. Он очень внимательно проверял заполнение карт, и у него всегда находились для меня замечания, большинство из них были по существу.

Однако довольно быстро меня сильно удивило то, что даже у грамотных докторов был такой ограниченный кругозор в видении жизни, что мне даже казалось, что они прикалываются. Ну как можно сидеть в таких узких рамках, и не видеть, что происходит вокруг! Сколько всего появилось нового. Новые знания, новые отношения. Так ведь гораздо интереснее жить и свободнее себя чувствуешь! Я ещё не знала, насколько врачебное сословие консервативное и замкнутое в целом.

Стационары, особенно кардиологические.

Труднее всего было найти общий язык, а тем более консультацию у врачей стационаров. Я тогда ещё не понимала, что скорая помощь для них чуть ли не враги, которые привозят скандальных, нищих, неблагодарных и тяжёлых больных. Я ж была после практики в маленьком городе, где все свои. А уж Пётр Сергеевич, с которым я проходила практику на скорой, так вообще свой не только на скорой помощи, но и в стационарах. Да ещё с его умением находить подход к людям. И самое главное в маленьком городе ограниченное число стационаров, и особо спихнуть больного некуда.

В Донецке же нужен был другой подход, так как стационаров здесь гораздо больше, и можно очень долго между ними кататься, пока удастся госпитализировать пациента. Нужен был хороший навык в обосновании и демонстрации на пациенте показаний для госпитализации. Больше всего придирались в кардиологических отделениях, и местные доктора часто отличались просто зверской надменностью и высокомерием.

Принцип «лучше перестраховаться», который проповедовала кардиология теоретически, на практике там не действовал. Сомнительных больных в кардиологию не брали. Даже пациенты с явными жалобами и изменениями на кардиограмме вызывали нарекания. Так заведующий одной из кардиологий самолично принял у меня тридцатилетнего наркомана с болями в сердце и кардиограммой очень похожей на обширный инфаркт. А потом накатал жалобу моему Заведующему, что я наркоманов морфином обезболиваю, да ещё и имею наглость ему в отделение привозить.

Мой Заведующий потом естественно орал на меня, и я так и не смогла выяснить, что же там было такое похожее на инфаркт миокарда. Может это был «синдром ранней реполяризации», про который я ещё не знала. Пусть даже и так, но если я подозревала инфаркт, то конечно мне нужно было вводить морфий. И даже если я, начинающий врач линейной бригады скорой помощи, об этом не знала, то почему заведующий кардиологии мне сразу это не объяснил, а принял пациента? А теперь умничает после теста на тропонины и других исследований. И самое главное, наркоману от морфия плохо уж точно не было.

Заведующий.

Но объясняться со своим Заведующим в тот день было бесполезно. Он вообще очень обострённо реагировал на жалобы. И самое главное он очень много работал. Кроме заведования брал ночные дежурства на своей подстанции, брал ночные дежурства на частной скорой помощи. У него была молодая жена с годовалым ребёнком, с которой они жили в однокомнатной квартире. Так что от постоянного переутомления он часто бывал в плохом настроении и раздражительный. И тогда не хотел вдаваться в объяснения медицины.

Зато в хорошем настроении Заведующий напоминал матёрого волка или пахана, травил анекдоты, вёл себя как хозяин жизни. Выбирал себе в бригаду лучших фельдшеров. Некоторые из них работали с ним в частной скорой помощи. Там они занимались выведением из запоев. В основном в частном порядке обращались именно за этим. Так что Заведующий был специалистом именно по этой национальной привычке. Но этими знаниями он особо не делился, возможно ввиду потенциальной нелегальной конкуренции со стороны линейных бригад скорой помощи.

И этот «матёрый волк» очень переживал, если на него кричали или стыдили руководство или коллеги.

Заведующий регулярно проводил с сотрудниками собрания, на которых методом воздействия на подчинённых был упрёк, что на него Заведующего кричали. И это почему-то действовало, хотя кричали на Заведующего. И какое-то время сотрудники и даже я чувствовали стыд и старались удовлетворять его просьбы.

Но чувство стыда беспокоило нас всех недолго. На скорой помощи сотрудники не очень-то на виду. К тому же постоянно менялись составы бригад, менялись вызова и пациенты, и постоянно менялись обстоятельства. Эта изменчивость и диктовала свои условия больше чем Заведующий.



Анастасия Привалова

Отредактировано: 10.11.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться