Медиум для банкира

Случайность восемнадцатая - признание

«Банкир решил с тобой в доктора поиграть?» — зашипел Индис.

«Скорее уж в пациента и заботливую медсестру», — подумала я, хихикнув вслух, а потом весь похабный смысл фразы до меня дошел.

«Знаешь, что? — раскипятилась я, нервно собирая листы стопкой. — Достал! Я понимаю, у тебя нет никого, чтобы физиологию удовлетворять, но скажи, пожалуйста, откуда столько озабоченности вообще взялось? Ты — дух! У тебя сто лет как тела нет».

«Спасибо, что напомнила, — обиделся Индис. — Я о тебе беспокоюсь…»

«С темы не съезжай. Беспокоится он. Ты меня скоро до нервного тика доведешь своими постельными намеками. Посмотрела на банкира — в койку хочешь. За руку взяла — боже, какой разврат! Поцеловала — дура набитая, витающая в облаках. Остановись, Индис! Я сама буду решать, с кем мне спать и когда!»

Я зло запыхтела, уминая края листов в стопке, чтобы выровнять её. Воспитатель нашелся. Призрачный. Мало мне бабок на скамейке, которые в спину: «Шлюха!» кричат за то, что прохожу мимо, не здороваясь, так еще и собственный дух по ушам топчется нотациями. Мэри Поппинс, чтоб его. Леди Совершенство. Сам-то поди по бабам бегал пока жил, а из меня монашку сделать хочет. Да пошел он к чертовой матери!

«Я все слышу, между прочим».

«Я в курсе. Для того и говорю».

Стопка выравниваться не хотела. Листы лохматились, как шерсть у бешеной собаки или иголки у сердитого ежика. Мне хотелось что-нибудь сломать или разбить. Вот со всей дури жахнуть об стену, чтобы разлетелось на мелкие кусочки, но куда там. Камера висит над столом и противный безопасник Рогожкин сразу вызовет охрану. Надоело всё. Надолго и всерьез. Меня проклял кто-то? Или высший вселенский разум поиздеваться решил? Оставьте меня в покое, слышите?

Листы я отодвинула в сторону и прижалась к теплому, от изнурительной работы, МФУ. Не жалеет нас никто, правда? В поганом банке только от офисной техники и можно дождаться сочувствия. МФУ проскрипел приводом, и лампочка статуса готовности загорелась. Наверное, я случайно кнопку задела. Точно крыша едет. С куском пластика обнимаюсь.

Несколько минут я честно работала, но постоянно смотрела на телефон. Не знаю, ждал ли Конт ответа, проверял ли мессенджер или просто валялся на кровати, уставившись в потолок. Меня любопытство жгло узнать, что с ним случилось. Спросить про Франко, бизнес, отца. Получилось или нет. Нет, скорее всего, раз Сергей Геннадьевич внезапно заболел.

«Да напился он вдрызг, — вклинился Индис, забыв, что смертельно обиделся. — Лыка не вяжет, работу прогулял, на телефон не отвечает. Сил хватает только на кнопки нажимать. Беда у него, горюшко. Бизнес вылетел в трубу. И что? Ты к нему ехать собралась? Ты в своем уме? Пьяный мужик в расстроенных чувствах, а тут утешительница нарисовалась. Бери её и стресс снимай старым, как мир, способом. Да, я снова твержу о сексе. Не поедешь ты никуда. Сиди и сканируй. Пусть Конт проституток снимет, если ему скучно. Ты на эту роль не годишься. Все, закрыли тему!»

Я в шоке застыла с открытым ртом. Шутки кончились, дух показал зубы. Никогда не разговаривал со мной в подобном тоне. Я наивно верила, что уважал, ценил или хотя бы боялся потерять контакт с единственным живым существом, которое его слышит. Кого я пригрела у себя в голове?

«А если поеду, то что? Как ты останавливать меня собрался, галлюцинация слуховая? Заговоришь до смерти?»

Меня трясло от ярости, но голос в мыслях как всегда звучал спокойно. Эмоции я только от Индиса чувствовала и то больше по словам и характеру ситуации догадывалась, чем реально что-то ощущала. Никогда не задумывалась, как он реально может навредить. Пришло время, видимо.

«А ты попробуй и узнаешь», — угрожающе прошелестел дух.

«Ладно».

Я схватила телефон и открыла мессенджер. Понимала, что назло Индису соглашаюсь навестить Конта, но хватит уже шагать по навязанной кем-то дороге. Я тоже имею право совершать ошибки. Вот что со мной в квартире банкира может случиться? Девственность потеряю? Да и черт с ней, не всю жизнь же в девках ходить.

«Дура!»

«Помолчи».

Я чувствовала ярость духа как никогда остро, специально его провоцировала. Перебесится и успокоится. Я — единственная хозяйка своего тела. Что хочу с ним, то и делаю.

«Хорошо, я приеду как только рабочий день закончится», — набрала в мессенджере и занесла палец над круглой кнопкой с самолетиком, чтобы отправить. Не знаю, может рука дрогнула, но смартфон выскользнул из пальцев и грохнулся об крышку стола.

— Черт, так и разбить можно.

Я взяла его и снова нацелилась на отправку. Держала крепко, пальцы сухими были, но на этот раз судорога прошла от плеча через локоть вниз и ладонь на несколько мгновений онемела.

— Что за ерунда? — пробормотала я.

Чувствительность не возвращалась, правая рука висела плетью. Я потыкала пальцами левой в ладонь и стало жутко. Отсохла что ли? Как у монументалиста Илья Репина? Но я ничего тяжелее пачки листов не поднимала. Думать, что это Индис мне устроил, пока не хотелось. Ладно, я сообщение и левой рукой отправить могу.