Медведи

Размер шрифта: - +

Эпилог. Весна.

 

«Что это? – я с удивлением взирал на вытянутую перед собой собственную руку, и никак не мог поверить своим глазам. Да-да, передо мной шевелила пальцами самая настоящая человеческая кисть.

- Проснулся, - недовольным тоном проскрипел стоящий возле меня высокий и стройный военный, – наконец-то. Вы разве не понимаете, что из-за Ваших дурацких обмороков с отключками, может псам под хвост полететь вся наша военная операция. А это, сами понимаете, трибунал и…

- Котам под хвост, – зачем поправил я его.

- Псам, – оскалился военный, и я его сразу же узнал. Конечно же, так красочно оскаливаться никто больше не умел, – ты котиков не трожь. Они…

- Баркоров, – расплылся я в смущённой улыбке. Конечно же, это был доблестный Генерал Армии Людей – несравненный Павел Апогеевич Баркоров, только почему-то он был…, – а почему Вы тут… живой?

- Во-первых, – резко прикрикнул Генерал, – с чего бы это мне быть не живым. А во-вторых, что за фамильярность. Мы с тобой, уважаемый, на брудершафты не пили и в окопах не курили. Я тебя, рядовой, вообще первый раз вижу…, да и лучше бы не видел никогда, наверное.

- Как это первый раз, – заволновался я, – я же сразу же после того, как поездом прибыл на пункт распределения…, кстати, попутно спасая планету нашу грешную от конца света. Но это не важно – об этом никто, кроме меня, помнить и не должен. Так вот, после того как я прибыл на пункт, я же сразу попал непосредственно под Ваше командование. А потом…, все эти приключения с Гиилунянским послом – приятелем Вашим – и его необоснованной страстью к земному искусству, бестолковые разборки на планете Брюх, и, в конце концов,  та памятная Тренировочная Генеральская Война, во время которой какой юный Танкоморд Вас и…

- Не продолжай! – вдруг испуганно взвизгнул Баркоров, – это самый бредовый бред из всех бредов, которые мне только приходилось слышать. Во-первых, ни с планетой Брюх, ни с жирными Гиилунянами мы никаких отношений не поддерживаем, а не то что там дружить или послов держать. Кстати говоря, один из мятежных гиилунянских катерков мы и преследовали совсем недавно. И грохнули бы его, если бы не решили срезать путь мимо этой дурной Ледышки.

Я тут же встрепенулся и хотел что-то прокричать в ответ, если бы меня не перебил усатый капитан корабля, внезапно подключившийся к нашей нервной беседе.

- И, кстати говоря, – заметил он, – изначально мы держали путь как раз таки на Тренировочную Генеральскую Войну, которая уже очень скоро должна стартовать…

- Молчи, – зашипел вдруг на него Генерал, после чего прогавкал уже в мой адрес, – а тебе мы забрали непосредственно из твоего местного пункта, так что ни на каком поезде ты даже и не был. Приходи что ли в себя поспокойнее, и без всякого бреда, рядовой…, как его…

- Василиск, – подсказал капитан.

- Васьликс, – хрипло повторил Баркоров, и меня тут же чуть не перекосило от волнения и ужаса.

- Но планета, – заорал я, пытаясь подняться с кушетке, на которой всё это время смиренно возлежал, – планета-то эта, Ледышка! Что с ней? Медведи! Медведи на ней, правда, пробудились? И весна-то, наконец, наступила? А как жители? Возвратились на планету?

Капитан с Генералом как-то взволнованно переглянулись после этих моих слов и удручённо кивнули друг другу.

- Планета? – спросил капитана Баркоров.

- Планета, – со вздохом подтвердил усач, – а что же ещё. И тормозит нас планета, и этого вот…, – он с жалостью посмотрел на меня, – того…

- Что вы тут глазами туда-сюда водите, – вскочил всё-таки я, но капитан, набросившись на меня, тут же снова повалил на кушетку и принялся пристёгивать мои руки и ноги широкими ремнями к её краям.

- Тут, понимаешь, молодой человек, дело какое, – задыхаясь, бормотал он, – с планетой в порядочке всё. Ледышка она и есть ледышка. Только вся проблемка в том, что не обитаема она, каковой всегда и являлась. И нет, да и не было на ней ни населения какого-нибудь, ни медведей, ни – тем более – тебя. А вот если бы рискнул ты только нос сунуть на эту планету, так и сам бы в ледышку превратился бы…, таков уж климат тамошний, извини.

- А я там и был ледышкой, – огрызнулся я, – а точнее – уродливым существом, похожим на покосившийся сугроб снега.

- Оппа, – хлопнул в ладоши капитан, – приплыли-приехали…, а Вы говорите ещё, – подмигнул он Баркорову.

- Да и правда, xрень какая-то с Ледышкой этой! – подключился вдруг Генерал, – xрень – и не скажешь иначе! Планета дурит идиотов, а идиоты дурят нас. Чёртов замкнутый круг какой-то…

В тот момент я громко и отчётливо произнёс несколько вопросительных фраз, щедро украшенных непечатными словечками, и на меня вновь обратили внимание.

- Тут, понимаешь ли, молодой человек, – рассказывал капитан, покрепче затягивая ремни на моих конечностях, – какая ерундень творится. Ледышка-то это необитаема, как я уже упоминал, но зато сама по себе эта планетка обладает каким-то извращённым разумом. Потому и воздействовать она умеет, но, слава Богам, не на всякого и каждого, а только лишь на отдельных личностей, сознание которых, как бы, слишком чувствительно ко всяческим воздействиям подобного типа. Иными словами, на дурачков. Во время сегодняшнего полёта нам не повезло. У нас на борту оказался подобный дурачок. А именно, прости за откровенность – ты. И, ладно бы, Ледышка просто так калечила твой разум, так нет же. Посредством твоего больного сознания она выдавливает наружу своё дурное воздействие. То есть, получается уже так, что ты сам калечишь реальный мир, идя на поводу у полоумной планеты.



Роберт Морра

Отредактировано: 27.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться