Мера окрылённости - свет звезды

Размер шрифта: - +

Эпилог

 

 

         Порыв воздуха шаловливо подхватил семена с верхушек кипрея и бросил их на мольберт. От этого на свежем рисунке, мокром от краски, остались  пятна. Взяв чистую кисть, Перкиол заштриховал следы озорства приозёрного ветра.

- Лучше бы мы продолжали рисовать на чердаке. Зачем вытащили картину на природу? - посетовал Трэт.

- Если начали рисовать озеро вчетвером, значит, вместе и должны закончить, - объяснил Втоурт.

         Он имел в виду, что с некоторых пор обстоятельства изменились, и Эльта переселилась из Замка Медных Башенок в собственный дворец. Теперь она жила вместе с мамой и отцом, который  продолжил править королевством, как в старые времена.

         Друзья, привыкшие рисовать озеро коллективно,   перенесли мольберт на свежий воздух, чтобы было удобнее встречаться. Приходя к опушке леса в часы, свободные от учёбы, они брали баночки с краской, расхаживали вокруг незаконченного рисунка и по-прежнему не могли придумать, чем бы заполнить тот зелёный правый угол картины, который много месяцев не давал им покоя.

- Вроде всё учли, но чего-то не хватает, - стучал кистью по мольберту Втоурт.

- Я умею рисовать лютики, - Перкиол сделал несколько жёлтых мазков.

- Слишком ярко, - критически заметил Трэт и замазал лютики зелёной краской.

         В ответ на это  прогуливавшийся рядом селезень сказал:

- Кря!

- Слышишь, он сказал "Зря!" - упрекнул Трэта Перкиол.

- Нет. Это было обыкновенное "Кря!" - отмахнулся Трэт.

- А мне послышалось не "Кря!", а "Зря!". Помню, селезень частенько путал эти слова, - настаивал на своей правоте Перкиол.

- Я не слышал, - фыркнул Трэт.

- Есть идея, - утихомирила ссору Эльта. - Предлагаю в углу картины разместить подорожник.

           Все начали пыхтеть над контурами подорожника. Кто ж осмелится спорить с принцессой? Но вскоре стирали нарисованное, потому что подорожник не решал проблемы доминирования зеленого цвета в картине.

           Так и продолжалось изо дня в день, пока однажды где-то высоко в небе  не раздался слабый звон.

- Серебряная ложечка! - Эльта указала на облака.

- Верно! Это подсказка! - потёр руки Перкиол. - Рисуем стаканчик с ложечкой.

- Зачем на полянке стакан? - запротестовал Трэт.

- А мы рядом дорисуем утку, - придумал Втоурт.

- Ещё смешнее, - скорчил гримасу Трэт.

- Так ведь утка не простая - наш селезень с  треугольником на боку, - охладил пыл брата Втоурт.

- И стаканчик не простой! - уточнила Эльта. - Хрустальный.

- А! Ну ладно, - снисходительно повёл бровью Трэт и нанёс на рисунок  полупрозрачные полосы белой акварелью.

            Постепенно на полотне стал вырисовываться стаканчик, в котором угадывалась ложечка. Стаканчик стоял чуть наклонно, прислонясь ободком к изображению селезня. 

            Вскоре получилась картина, которая почему-то пришлась по душе лесным уткам. Ежедневно те собирались под мольбертом и не позволяли его унести. Они были рады возможности лицезреть на полотне селезня, похожего на их вожака: такого же крупного,  с ярким  треугольником  на крыле.

            А вожак  стаи водоплавающих птиц стоял неподалёку и улыбался.

            Или это утиный клюв имеет такую форму, что кажется, будто птица пребывает в приподнятом настроении? А может, не кажется? Вдруг, вожак стаи по-настоящему восхищён миром, в котором живёт?

            Ведь вокруг царит неописуемое великолепие благоухающего июня!  Как тут  не повернуться  к солнечному лучику,  не зажмуриться от наслаждения и не улыбнуться?

                

                         

 

                              

                    

                

             

                 

 

 

 



Маргарита

Отредактировано: 24.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться