Меридианы

Размер шрифта: - +

Глава 7.

РЭЙВЕН.

Когда Катарина не ответила на мой звонок один раз, я закатила глаза. Моя сестра по большей части своенравна, и если она не хочет разговаривать, то просто не берёт трубку. Когда я позвонила второй раз и снова услышала гудки, внутри начало расти напряжение вперемешку с раздражением. Когда после шестого звонка механический голос сказал: «Абонент недоступен», я не на шутку испугалась и сразу же рванула домой, не обращая внимания ни на груды работы, ни на удивлённое лицо секретарши, привыкшей видеть меня постоянно хладнокровной и серьёзной.

Я всегда знала, что на мне лежит ответственность не только за саму себя, но и за мою младшую сестру с пылким характером. И дело даже не в обещании, что я дала матери, когда та была ещё жива, и не в том, что я старше. Просто Катарина была второй частью моей души. Так было всегда. Мы не были близнецами, но всегда чувствовали друг друга. И даже когда Кэтти пытается закрыться от меня, я всё равно это вижу. И не понимаю. Может, таким образом она старается уберечь меня от чего-то? Но от чего?

Ночью снились дурные сны. Обычно дурные сны мне снятся тогда, когда впереди ожидается что-то плохое. И обычно это связано именно с моей сестрой. Которая не выходит на связь, а учитывая то, что вчера они с Брайаном отправились на «дело», я подозреваю, что что-то пошло не так. Сидя в машине, я то и дело набирала знакомый номер, но Большой Босс как назло тоже не брал трубку. Психанув, я всё-таки решила съездить домой, чтобы дать сестре подзатыльник и убедиться, что она жива и здорова, хотя бы частично.

Но в итоге я поцеловала закрытую дверь. Время близилось к полудню, и у меня возникли подозрения, что Катарина вообще не ночевала дома. Хорошо, что у меня с собой ключи, а то пришлось бы сидеть возле двери, как бездомная собака. Пройдясь по квартире, я убедилась в том, что сестры здесь не было с тех пор, как она уехала с Брайаном: кровать в её комнате так и осталась нетронутой, а из холодильника ничего не исчезло. Я устало присела на диван в гостиной, задумчиво грызя ноготь на большом пальце. Стрелки на часах тянулись медленно, тишина сводила с ума. Ненавижу быть в одиночестве.

И вот, наконец, входная дверь открылась, и я, вскочив, выбежала в холл, приготовившись рвать и метать. Но, увидев сестру в подавленном состоянии, моя злость испарилась, оставив место беспокойству.

–Рэйв? Что ты тут делаешь?–устало прислонилась к стене Катарина. Я внимательно оглядела сестру с ног до головы: всклокоченные волосы, бледные щёки, потухшие глаза, поджатые губы. И одежда—вчерашняя, примятая и как будто сырая.

–Где ты была?–слова вырвались в не очень хорошем тоне, и я запоздало прикусила язык, готовясь к очередной словесной борьбе, а Кэтти лишь грустно усмехнулась и покачала головой.

–Делала очередную ошибку, сестрёнка. Как всегда.

И я всё поняла. Всё, кроме одного.

–Где вы встретились?

Кэтти медленно разулась и, направляясь к себе в комнату, ответила:

–Как обычно—там, где не должны были.

Я вошла вслед за сестрой в комнату, наблюдая, как Кэтти медленно переодевается в домашнюю одежду и забирает волосы в высокий хвост. Надо же, я и не замечала, насколько у сестры впали щёки, обостряя скулы. Болезненный вид Катарины больно кольнул сердце. Вздохнув, я похлопала по одеялу, и Кэтти забралась с ногами на кровать, склонив голову мне на плечо. От неё слабо пахло вишнёвым табаком. Знакомым табаком.

–Я так устала,–голос Катарины был еле слышным шелестом осенней листвы под ногами. Я погладила сестру по волосам.

–По…почему ты сделала это?

Под «этим» подразумевалось то, с кем и как провела ночь Кэтти. Сестра усмехнулась.

–Осуждаешь?

Я покачала головой.

–Нет. Просто не понимаю. Ни его, ни тебя.

–А тут и понимать нечего, Рэйв,–Кэтти посмотрела мне прямо в глаза, и я невольно поёжилась—так много пустоты там было.–Можно заглушить разум, но не чувства. Можно отключить мозг, но не сердце.

–Но у него же…–язык не поворачивался напомнить о Кире, зная, насколько болезненно само упоминание этой девушки и её статуса в жизни Брэндона для Кэтти. Но сестра меня поняла и лишь пожала плечами, отвернувшись.

–А вот это уже не моё дело. То, что было ночью—исчезло. Растворилось с первыми рассветными лучами. Растаяло и унеслось. По крайней мере, для меня.

Я приподняла бровь, смотря на сестру, но ничего не сказала. Очевидно, что Катарина обманывает саму себя, вот только вечно она не сможет это делать. В голове вдруг послышались звуки из далёких обрывков туманного сна.

Похоронный колокольный звон.

КАТАРИНА.

Я знала, что сильно вымоталась. И дело не в физической близости, которая была воистину прекрасна. Как будто бы я вернулась на пять лет назад, и ничего не изменилось. Ощущения оставались такими же: счастливая наполненность, целостность, незыблемость. Пожар, текущий по венам раскалёнными рыбками. Мятный туман в голове и ощущение вишни и табака на губах.

Я провела пальцем по ним, чувствуя их опухлость. Сколько поцелуев подарил мне Брэндон? Сотни? Тысячи? Я не считала. Сколько нежности он преподнёс мне, взамен забирая всё тепло истосковавшегося по нему тела? Сколько несвязных, но полных любви слов он прошептал, нависая надо мной, щекоча отросшей щетиной мой нос? Был ли он искренен? Чёрт побери, мы снова вернулись на круги своя, и я не знаю, что мне делать, как разорвать эту замкнутую паутину.

Ночью я дала слабину, которую ни в коем случае нельзя было давать. Здесь я облажалась по полной программе. Странно, но сердце, стукнувшись о грудную клетку, благодарно кивнуло. А вот мозг сурово щурился. Клянусь, я это чувствовала. Прикусив губу, перевернулась на спину, уставившись в потолок. Рэйвен немного посидела со мной и ушла на работу, не забыв укоризненно напомнить о том, чтобы я включила свой телефон. Я стыдливо вздохнула: ну вот, снова заставила сестру волноваться. Эгоистка Катарина Дерри, ты играешь не совсем ту роль, которую следовало бы.



Deneka

Отредактировано: 29.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться