Мёртвая, или последний гвоздь в...

Размер шрифта: - +

Глава 5-6

– Гиас, я всего-то хотела помочь. Я же и близко не подходила…

– Ты и так уже помогла, – рыкнул он в ответ. – Так помогла, что жизнь мне чуть не сломала. Из-за твоей выходки я чуть не лишился всего.

– Всего? – недоверчиво переспросила собеседница. – Хочешь сказать, что я… – она замялась и почти проскулила в трубу: – Прости-и-и-и-и.

Гиас вздохнул. Повернулся ко мне лицом и сунул пятерню в свою шевелюру, хорошенько её растрепав. В его глазах снова горело фиолетовое пламя, но следующие слова он произнёс уже более мягко.

– Прошу тебя, не лезь больше. Я сам ещё не понял, как буду всё это расхлёбывать, мне новые проблемы ни к чему, – и он одним движением ладони оборвал разговор.

От услышанного стало жутко. Жутко настолько, что маленькая девочка внутри меня вдруг заистерила, потому что подозрения мои по поводу Гиаса усилились многократно. Что за заговор?

Я отступила на шаг и усмехнулась, глядя на уставшее лицо бывшего кандидата в мужья. Бывшего, потому что не дура. Выходить замуж за собственного убийцу, скрывающего любовницу от возможной невесты – верх идиотизма.

Из тайного хода я выходила уже не такая бодрая, однако возвращаться в свою комнату не торопилась. Мне всё ещё была необходима прогулка по саду, способная немного развеять мрачные мысли и утихомирить рвущуюся наружу горечь. Не то, чтобы я прям без ума была от Гиаса, но всё же он мне нравился, да и планы на его персону я уже построила.

А если руки Гиаса действительно причастны к смерти Милары? Её смерть ему выгодна. Он, сто процентов, прибрал бы к рукам всё наследство, подставив под удар Вальена. Нет, он, конечно, мог выбрать менее кровавый способ и жениться на ней, но Мила заартачилась. Какие ещё варианты у него могли оставаться, зная, что вся империя в итоге перейдёт в руки её новоиспечённого мужа?

Я присела на лавку в беседке и вздохнула, глядя поверх деревьев на звёздное небо.

Почему так стрёмно-то на душе? Не то, чтобы мужики никогда не причиняли мне боли. Причиняли, и ещё как, но вот убить, чтобы заполучить наследство, никто не пытался.

– Добрый вечер, – поздоровался Гиас, заходя со спины. Не знаю, как не вздрогнула. Чудом. – Увидел тебя в окно, решил составить компанию.

Я вздохнула, и не оборачиваясь подняла тонкий прут с пола беседки.

– Гиас… Я была ужасной девушкой?

Мужчина молчал некоторое время, а я водила прутом по полу, вырисовывая невидимые глазу узоры кельтских узлов. Атмосфера была наполнена какой-то усталой грустью, что не было удивительным.

– Ты была хорошей, Мила.

– Была? – усмехнулась я. – А сейчас?

– А сейчас я тебя не узнаю. Будто другой человек.

Кивнула, принимая ответ. В конце концов, так и было, чему тут удивляться. А вот поговорить по душам всё же не мешает. Может, выведаю ещё что-то, чего не замечала раньше.

– Сегодня на прогулке, я встретила кое-кого. Думаю, мы вместе учились в Альгоне. Знаешь, мне показалось, что она, как и многиедругие настроены ко мне враждебно. Не знаешь почему?

– Знаю, – тихо ответил он, и мне показалось, что он едва ли не дышит мне в затылок. – Наш народ никогда не признавал слабость. Слабых детей отправляют в детские дома и навсегда забывают о них, слабых людей никогда не воспринимают всерьёз, потому что считают, что им здесь не место. А ты слабая, Мила. Только твой отец не хотел с этим мириться. С момента твоего рождения он пошёл против системы. Ты дочь человека, построившего империю. Уважаемого человека в городе, с чьим мнением считались, но никто не мог принять тебя, невзирая на его влияние. Они ненавидят слабых, потому что с начала времён, слабые были обузой.

– Обузой? – переспрашиваю, потрясённая я.

– Клайир, как первый король Эдрездонии был слаб телом и умом. Прославился кровавым правителем, выпустившим однажды армию грабить и убивать собственный народ. Десятки тысяч убитыми. Вирилл, как один из потомков Клайира тоже не отличился ни силой, ни умом, ни поступками. Десятки тысяч убиенных. После сменили правящую династию, однако, как показывает история, слабые телом, слабы и духом. Ничего хорошего не вышло и один из таких правителей начал многолетнюю войну с соседним государством. Это сейчас империя, но империя благодаря сильным правителям, чьё мнение разделили их подданные. В народе тоже замечали, что такие дети вырастают пьяницами и изгоями, а после сходят с ума, – Гиас вздохнул. – Если ты ещё раз спросишь меня за что ненавидят слабых, я отвечу всё то же: за слабость тела, духа и ума.

Какое варварство. Какая жестокая реальность. Тогда не удивительно, что Милу ни во что не ставили. Не удивительно, что и друзей у неё не было. Не удивительно, что ею все пользовались. Я даже не удивлюсь, если Вальен, тоже в тайне ненавидит.  Если Гиас…

– Ты тоже меня ненавидел? – спрашиваю прямо, и вздрагиваю, когда он отвечает мне в спину.

– Лучше бы ненавидел…



Майарана Мистеру

Отредактировано: 19.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться