Мертвые земли

Размер шрифта: - +

Глава 12

Зана с матерью шли не меньше недели. По крайней мере, после седьмицы она перестала отличать день от ночи. Картинка перед глазами сливалась в одно трясущееся яркое пятно, ноги гудели и горели, но продолжали шагать. Останавливались они всего несколько раз – набрать воды и горьких, но съедобных листьев азура. Его всегда росло с избытком вдоль перелесков и кабаньих троп.

А потом снова шли, на ходу утоляя голод и жажду. Правда, от такой пищи у Занки раздуло живот, но жаловаться или плакать она не собиралась. Мысль о том, что придется искать еду в деревеньках, разбросанных по полям и лесам, мимо которых они шли, наводила ужас. В памяти свежим росчерком пылали налитые кровью и ненавистью глаза мертвых. Кто знает, сколько местных сёл они уже наводнили? Если верить упокоенному Хёрн мертвяку – спокойных мест уже не осталось. И чем дольше Зана думала об этом, тем явственнее чудился сверлящий злобный взгляд за спиной. Кто-то пострашнее мертвых мчался за ними по пятам, и Зане не хотелось, чтобы он их догнал.

Наконец, на горизонте замаячили каменные стены, облитые полуденным солнцем. Зана поразилась, насколько далеко они простирались и как надежно выглядели. За ними высились пики башен с золотисто-зелеными знаменами и круглые серебристые купола дворца. Вот уж куда точно не пробраться никаким кровожадным тварям! Силы, которые, казалось, совсем выдохлись, снова наполнили тело. Прибавив шагу, Зана скосила глаза на топавшую рядом Хёрн. Сердце защемило тревогой и жалостью – мать была совсем плоха. Щеки впали, лицо покрылось глубокими бороздами дряблой кожи, волосы прилипли к потной голове седыми клоками. Она шла, сгорбившись, едва переставляя ноги и тяжело дыша. Зана хотела остановиться и подхватить ее под руки, но вместо этого быстрее зашевелила ногами.

- Иди уже, дурёха! Все соки из меня вытянула! Доберемся, отдохнем, тогда и жалей!

И правда, не смотря на тяжелый шаг, Хёрн от Заны не отставала. Мимо них проплывали вытоптанные скотом кормовые пятаки, сараюшки с хлопающими на ветру дверями, редкие избы с заколоченными ставнями. Зана ежилась, кусала губу, но не бросала надежды, что за каменными стенами их ждет отдых и спасение. У матери, поди, чутье посильнее! Не может же она ошибиться?

Зана косилась в ее сторону – а вдруг все силы ушли у матери, чтобы помочь идти «дурёхе»? Вслух она ничего не сказала, но тут же ощутила, как затылок ожгло болью. Занка выпучила глаза, обиженно засопела. Вот тебе и сил нет – и мысли прочитала, и подзатыльник дала, не касаясь и пальцем! Так и хотелось крикнуть – за что?! Но стоило посмотреть на Хёрн, как все обиды вылетели из головы. Та уже не шла, а с надрывом толкала себя вперед.

- Не успеем, - без остановки шептали ее губы.

От этого шепота сердце тягуче заныло за ребрами. Занка хотела что-то сказать, но вместо этого застонала и закашлялась от плюнувшего в рот ветра. Он возник внезапно, заскреб по лицу поднятой из-под ног дорожной пылью, засвистел в ушах, заполз за шиворот. Казалось, он всеми силами пытался их не пустить туда, где зычно окрикивали друг друга крошечные фигурки стражников у ворот. Еще немного, и ветер принялся сыпать пылью в глаза, затыкать уши. Занка еле переставляла ноги, закрываясь пологом плаща. Она хотела обернуться и посмотреть – идет ли Хёрн, но лишь снова получила подзатыльник. На этот раз – слабее.

Иди-иди! Не сделает он нам ничего. Глаза отводит, да слух тупит. А вреда не причинит. Немного осталось.

Кто говорил в ее голове, Зана догадалась сразу. Оставалось только гадать, как мать умудрилась что-то разглядеть дальше своего носа? И надеться, что она права.

Совсем скоро на голову легли сумерки, окутали взгляд серой пеленой, мокрым студнем легли на плечи. И в ту же секунду стих ветер. Зана не успела обрадоваться, как ткнулась матери в спину и тут же повалилась в дорожную пыль, на лету додумывая – когда Хёрн успела ее обогнать? Но это сейчас было неважно, даже валяться на земле и глотать пыль казалось пустячным делом. А всё потому, что перед ними – городские стены! И не просто городские, Зана чутьем знала, что это – столица. Уж что-что, а ее будут беречь как зеницу ока! Ведь кроме простого люда и вельмож под чутким бдением хоронившихся в бойницах стражников находился сам Верховный король!

Она не сразу заметила фигуры в коричневых плащах. Они суетились около высоченных кованных ворот, медленно толкая их в сторону города. Закрывали! Надо было скорее проскользнуть внутрь! Зана попыталась вскочить, но вместо этого снова повалилась матери под ноги. Тела своего она не чувствовала совсем – оно вдруг превратилось в раздутую коровью тушу. Голова загудела, во рту пересохло. Занка засипела жалобно, пытаясь протянуть к матери руки. Изо рта вылетел стон вместо слов. Вот когда суетившиеся у ворот стражники обернулись в их сторону, схватились за поблескивавшие в ножнах мечи и кинжалы, а из бойниц высунулись другие – с луками наизготовку.

- Шли долго! - Скрипуче выпалила Хёрн, вскидывая руки в запрещающем жесте. – Устала она! Живая она!

Не будь у нее клюки – она тоже упала бы на землю. А так – уцепилась, укрепилась, стиснув зубы. Зато Занка почувствовала себя лучше, с радостью задвигала руками и ногами. Они ныли, просили пощады, но слушались. Занка неуклюже встала, отряхнулась, подошла к матери и подперла ее под плечо.

Напряженные взгляды стражников щупали их долго, но скоро потеряли всякий интерес. Раз странницы живые, бояться их не стоило. И обращать внимание – тоже. Лучники снова спрятались от любопытных глаз, а стража у ворот – принялись толкать кованные створки. Только один из них – невысокий с густыми седыми усами под носом – подошел к Зане с матерью.



Екатерина

Отредактировано: 31.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться