Месть Горного Клана

Глава 6

Часовой стоял на крепостной стене и уже вот как несколько часов сопел, опёршись о древко копья и прикрыв сонные глаза. В Ордене Свободы он был одним из «стариков», давно пребывая его членом, и посему был отлично осведомлён о тонкостях всяческих заданий, выдаваемых Орденом его ученикам. В случае же с полудневным бдением на стене тонкость заключалась в одном: это было время для сна. Нет, сначала, будучи ещё совсем зелёным, получив гордое, как ему казалось, звание часового, он непрестанно вглядывался в округу, то и дело представляя, как громко выкрикивает «тревога!», тем самым выполнив свою важнейшую миссию.

Но шли месяцы, в течение которых он не раз заступал на смену вместо других часовых, и до него постепенно дошло: какая, к чёрту, тревога? Здесь, среди безжизненных земель, на клочке живой земли, куда мертвецам путь заказан? Не появится вражеских силуэтов на горизонте, не удастся ему прокричать вожделенное «тревога!». Поэтому несколько часов, которые ему следовало внимательно оглядывать округу, часовой отдавал под сладкий сон: приноровился засыпать прямо так, стоя, обхватив копьё как родную мать и прислонившись к его древку щекой.

Его разбудило странное шипение.

Сначала далёкое и неясное, оно становилось всё более громким и отчётливым, пока наконец не выбило прочь всю сонливость, заставив юношу нехотя разлепить веки. А затем, широко раскрыв рот, наблюдать как в его сторону, рассекая воздух, несётся мерцающий тысячами молний шар.

– Тр… – залепетал парень, неясно зачем выставив перед собой задрожавшее в непослушных руках копьё, как будто оно могло спасти его от стремительно увеличивающегося в размерах нечто. – Тр…тр…ТРЕВО..!

Его крик вмиг оборвался, когда шар пролетел сквозь бойницы, снеся как часового, так и верхушку стены, оставив после себя только исходящую дымом обугленную дыру. А снаружи стен, воздев над головами мечи, нёсся отряд Храмовников, со скачущим впереди магом, медальон которого светился, обозначая готовность его обладателя вновь сотворить заклинание.

«Нашёл! Нашёл!» – ликовал про себя Сагер, бормоча очередную слово-формулу. – «След ведёт прямо сюда! Я нашёл тебя, горец! Ты в капкане! Теперь ты мой! Мой!». И следом за этими мыслями в опьяняющем воодушевлении послал в стену солнечный столб, просверливший в ней огромную дыру так же легко, как гвоздь пробивает бумагу. Храмовники за его спиной издали гаркающую хвалу Пожирателям: в получившийся «проход» могли въехать сразу с пяток всадников, в нескольких шагах друг от друга. «Штурм» получился слишком лёгким.

Всё было кончено быстро. За какие-то минуты.

Не готовый к вторжению замок встретил лавину из Храмовников слабым сопротивлением, которое успели оказать – подумать только! – дети, у которых над губами только-только проступил пушок, да ещё и девицы. Но Сагеру, тут же спешившемуся, лишь только они прошли через главные ворота, пришло в голову, что, не будь элемента внезапности, быть может, у них бы и не получилось прорваться так запросто: пускай и дети, но эти отступники были неплохими воинами. Те, кто успел оказать хоть какое-то сопротивление, дрались отчаянно и умело: несколько тел в доспехах смерти они оставили лежать мёртвыми позади. Но ведь не только клинки Храмовников разили местную падаль: медальон опытного мага был страшнее клинка. Так что почти сразу коридоры замка заполнились вопящими от боли, сгорающими заживо, или рассекаемыми на равные половины, людьми, которых Сагер разил без жалости, постоянно вглядываясь в их лица: не горец ли? Не сбежавший ли раб? Пусть ему и наказали убить гадёныша, всё-таки маг желал увидеть его живым, отдать, так сказать, должное, за все те невзгоды, что с ним произошли по вине грязного раба!

В какой-то момент откуда ни возьмись рядом с Сагером оказался взволнованный Мирмидон, проклятая ищейка магов, всю дорогу не дававшая ему покоя. Вот и на этот раз он с видом сира, обращающегося к своему слуге, затараторил:

– Удивительно, но наш поход обещает прославить всех в веках. Это же целая подпольная группировка! Противники Совета и веры! Это всё превосходно, просто отлично! Но… Тот, ради кого мы здесь, найден?

– Лицо этого гада я помню в мельчайших деталях, уважаемый Мирмидон, – попытался скрыть клокочущую в нём презрительную ненависть к шествующему рядом с ним индивиду Сагер. – И могу с уверенностью сказать, что тут его нет.

– Что ж, – со скепсисом в голосе протянул Мирмидон. – У Вас ещё есть шанс оправдать свою… пользу делу. На верхних этажах заперлись оставшиеся отступники. Сражаются слишком коварно и профессионально, да ещё и в узком проходе, чтобы наши воины смогли пробиться без потерь. Думаю, Вы там нужны. Пройдёмте?

– Ну да, – оскалил рот в улыбке маг, последовав за ищейкой.

Поднявшись по крутой круглой лестнице, они наткнулись на спины рычащих священников, которые будто налетели на тупик, не дающий им следовать дальше: хотя через кончики их шлемов можно было разглядеть неширокую дверь, в проёме которой то и дело мелькал чужой клинок, разя наступающих лавиной Храмовников. Несколько тел уже лежало у прохода, мешая остальным пройти дальше: ноги просто скользили на трупах, отчего невидимому хитрецу, выбравшему такую удобную позицию, было легче отбивать неуклюжие удары и разить противников чёткими сильными выпадами.

– Дайте мне. – Сагер оттолкнул плечом ближайшего к нему священника, протискиваясь между серебряными наплечниками-черепами, пока наконец не добрался до самой двери, где очередной идиот-священник, безуспешно пытался достать своим оружием искусного невидимку. – Уйди! – рявкнул на него маг, ощущая чувство сладкого предвкушения и нетерпения.